Я имел честь участвовать в работе еще одной важной конференции – форуме, организованном Международным союзом гуманизма и этики для обсуждения проблем так называемой исламофобии и клеветы на религиозные инициативы, поставленных ОИК через своих представителей в Совете ООН по правам человека в Женеве. В панельной дискуссии участвовали два ведущих представителя мусульманских демократов на Западе – член датского фолькетинга Насер Хадер, выходец из Ливана, и Тарек Фатах, выходец из Пакистана, ставший активистом правозащитного движения и диктором на радио в Канаде. «Залп» в здании ООН в Женеве привлек внимание СМИ и многих неправительственных организаций. Конференция, заявленная как «Анализ и обсуждение религии и свободы слова в Совете по правам человека», состоялась 17 сентября 2008 г. Председательствовал на конференции Рой Браун, главный представитель «Международного союза гуманизма и этики ООН». Атаку начал Насер Хадер, один из самых убежденных мусульманских либералов, заявивший: «На самом деле исламисты лоббируют свои взгляды не только по всему исламскому миру. Теперь мы видим, как они ломятся на форумы, на которые следует допускать только людей, имеющих безукоризненную репутацию демократов».
Затем Хадер перешел к сути дела: «Исламистов приглашают на форумы, обсуждающие вопросы, о которых исламисты не могут сказать ничего. Подчеркиваю, абсолютно ничего. Они скажут, что их программы касаются только исламского мира. Но это ложь. Единственная цель исламистов – завоевание всего мира, а не какой-то его части. Подчеркиваю – всего мира. Они готовы вести нескончаемую войну, завоевывая мир по частям. А мы лишь облегчаем им задачу. Мы действуем как ослепленные – и только потому, что организация вроде ОИК говорит: она и только она выступает от имени всех мусульман. Если принять это утверждение на веру, мы окажемся наивными демократами (или, как я называю таких людей, «наивократами»). Мы начинаем думать, что ОИК выступает от имени всех мусульман. Но это не так. ОИК не выступает от имени моих друзей, современных мусульманских демократов, считающих религию частным делом каждого человека, а не открытым рингом, в одном углу которого стоит ислам, а в другом – демократия. По моему мнению, ОИК выступает только от имени своих богатых покровителей из Саудовской Аравии»4.
Тарек Фатах в своем выступлении указал, что «почти все мусульмане живут в условиях диктатуры и угнетения». Он утверждал, что исламисты используют ОИК для легализации политики, которая наносит мусульманским обществам травмы5. В своей речи на форуме неправительственных организаций в Женеве Фатах сказал:
«Не проходит и дня без сообщений о новых страшных нарушениях прав человека, совершенных в отношении мусульман, которые проживают в так называемых исламских странах. Будь то убийства сестер и матерей, отправка предупреждений о смерти, тюремное заключение политических противников или нападение на меньшинства, нам, мусульманам, проживающим на Западе, постоянно напоминают о правах, которыми мы пользуемся в парламентских демократиях как индивидуумы. Жизнь в странах ОИК – вот та причина, которая заставляет миллионы мусульман бежать в Европу и Северную Америку. Мы – живые свидетели пренебрежения стран ОИК к правам человека. В этих странах населением правят люди, считающие, что у них есть Богом данное право править, и верящие в то, что обладают таким правом, а миллионы людей страдают от их господства. Призываю вас не поддаваться чарам кампании, развернутой теми, кто ложно претендует на право выступать от имени всех мусульман и ислама. У них его нет, и их биографии говорят сами за себя.
Почему мусульмане могут пользоваться правами человека и свободой слова при обсуждении своей религии только там, где они составляют меньшинство, но никогда не имеют этих прав и свобод в странах, где они составляют большинство населения? Почему я должен бояться за свою жизнь просто потому, что спрашиваю, почему столь многие мусульманские общества прозябают в отсталости, несмотря на свои огромные природные богатства? Ислам – религия, но исламизм – это политическая идеология. Вопреки утверждениям ОИК, ислам не тождественен исламизму. Каждый имеет право исповедовать ислам, не опасаясь гонений. Однако исламизм – не что иное, как использование ислама для захвата власти над уже поставленными в подчиненное положение мусульманами. Защитникам исламизма лучше бы приготовиться к критике со стороны мусульман, которые являются главными жертвами этой тоталитарной идеологии»6.
Пакистанская газета Daily Times так обобщила доводы Фатаха: «Исламисты используют ОИК для легализации действий и мер, которые создают увечные и неспособные к нормальному функционированию общества по всему исламскому миру»7.
В своей речи на этом форуме я доказывал, что люди, выступающие на международной арене как официальные представители всех мусульман, не представляют и не могут представлять те группы, которые борются за плюрализм и права человека. Я предупредил о том, что в исламских странах готовят законы, предусматривающие кары для тех, кто якобы «клевещет» на религию. Эти законы можно использовать для удушения инакомыслия и оппозиции в обществах, в которых мусульмане составляют большинство. Я предсказал, что неправительственные диссидентские и демократические организации будут, в конце концов, вынуждены утверждать свои взгляды на международной арене и на той же арене представлять те сегменты общества стран Среднего Востока, которые верны признанным международным сообществом ценностям демократии8.
По-видимому, эксперты, принявшие участие в дискуссии, и представители неправительственных организаций укрепились в понимании того, что установление наднационального режима на Среднем Востоке будет играть роль современного Халифата. Такой режим неизбежно будет угнетать народы Среднего Востока, препятствовать выражению мнений мусульманских демократов и сближению гражданских обществ стран региона с международным сообществом в стремлении к равенству и свободе.
Голоса, требующие изменений, звучат все громче, политики и законодатели начинают прислушиваться к мнениям нового поколения реформаторов. В июле 2009 г. член палаты представителей конгресса США Сью Майрик организовала в нем «Саммит умеренных исламистов», в работе которого приняли участие 6 организаций, выступающих за освобождение политики от влияния религии, но расходящихся в представлениях о мире и о способах достижения прогресса на Ближнем и Среднем Востоке. В числе участников этого саммита были д-р Хедих Мирахмади, президент международной неправительственной организации, занимающейся проблемами образования; Зейно Баран, директор Центра евразийской политики в Институте Хадсона; сирийский реформатор Фарид Гхадри; иранская феминистка Манда Занд Эрвин; д-р Али Аляами, директор Центра демократии и прав человека в Саудовской Аравии; Омран Салман, член организации «Арабский реформистский проект»; и д-р Зухди Джассер. После дискуссий участники встретились с должностными лицами различных правительственных ведомств США. Темой этих встреч стала помощь, которую США должны оказать умеренным силам в противостоянии радикализации их стран и в установлении связей с умеренными в других странах Среднего Востока.
Немедленного воздействия на политику правительства США эта конференция не оказала, но задала динамику, в рамках которой защитники демократии смелее действуют в обществе и смелее транслируют свои взгляды общественности. Руководствуясь теологическими и политическими причинами, Аляами стремился к полномасштабной реформе, тогда как Мирахмади и Джассер выступали за адаптацию мусульман к современной светской политике, при условии, что такая адаптация происходила бы отдельно от дебатов о трансформации теологии.
Сходные интересы возникают и в Европе. 20 марта 2010 г. несколько интеллектуальных центров Германии, Нидерландов, Испании, Австрии совместно с Центром европейских исследований и европейским филиалом Международного республиканского института провели трансатлантическую конференцию о политическом исламе. Целью конференции, на которой присутствовал президент фракции европейского правого центра (в то время эта фракция в Европарламенте была в большинстве) Вильфрид Мартенс, был поиск путей взаимодействия с «политическим исламом» и способов снижения его радикализма.
В своем выступлении я сосредоточился на различии между исламистами и мусульманскими демократами. Я утверждал, что мусульманские демократы пока еще не создали своих политических партий на Среднем Востоке, но весьма активны в неправительственных организациях, социальных сетях, студенческих и профессиональных союзах, им симпатизируют некоторые политики и чиновники. От Марокко до Ирана повсюду есть люди, разделяющие одну и ту же систему международных ценностей, эти люди действуют, но их надо выявлять, им надо оказывать помощь. В сущности, либеральным демократиям необходимо не только найти этих людей, но и вовлечь их в активную деятельность.
