свое поместье говорит - наше! Не про мое! То есть на мое он не претендует, а свое он разделяет со мной! И ему в самом деле интересно мое мнение по поводу того поместья! Он ни разу не фыркнул пренебрежительно, мол, что там баба может понимать, а внимательно выслушивал все, что я говорила. Но и подкаблучником он тоже не был, когда мы ещё в Москве обсуждали планы по Глинкам, он мягко, но твердо отстаивал свое мнение. И, пожалуй, все это вместе, начало мне нравиться. Я уже поняла, что могу на него положиться, что он всегда за моей спиной, не прячется, а выступает в роли поддержки и опоры. Наверное, пора признаться самой себе - несмотря на всю свою крутость, независимость самостоятельность, мне именно этого не хватало - крепкого надёжного мужского плеча рядом, что в том мире, что в этом.
Глава 48
Наутро все мои синяки слились в одно безобразное багрово-синее пятно угрожающих размеров, поэтому я могла либо лежать на животе, попой кверху, либо полусидеть, обложенная подушками, как младенец. Ела я тоже в таком же положении, в ванную и, уж простите, в туалет меня носил на руках Сергей. Хоть я немного стала пофигуристей, чем раньше, но все равно, от бараньего веса недалеко ушла. Так что Сережа наверняка грыжу не нажил.
Приехал и врач, вызванный мужем ещё вчера. Осмотрел меня, цокая языком, стесняясь, спросил про работу почек, после моего уверения, что все отлично, изумился и спросил.
-Ваша Светлость, вы, наверное, часто болели и имели дело с врачами?
Тут удивилась уже я.
-А чего это вы так решили, доктор?
-Простите, первый раз вижу женщину, которая абсолютно свободно, не стесняясь, поднимает сорочку и спокойно даёт осмотреть ее и отвечает свободно на щекотливые вопросы.
Упс… опять мое прошлое сказалось! Мы в своем мире давно уже не комплексуем по поводу осмотров у врачей, и гинеколог-мужчина никого не шокирует. Где-то читала я о монашке, которая умерла только из-за того, что не позволила осмотреть себя врачу-мужчине. Вот где дурость! К счастью, я такому не подвержена.
Врач оставил мне какую-то мазь с резким запахом, составил акт медицинского освидетельствования моей несчастной тушки и сказал, что через пару дней заедет. Семенишна фыркнула на врачебную мазь, притащила какую-то свою, намазала мне пострадавшие места. Мазь приятно холодила спину и неплохо обезболивала, во всяком случае, мычала я в ответ на вопросы более осознанно, чем с утра. Тогда я только подвывала от боли.
После отъезда врача неожиданно попросил принять его Роман. Сергей нахмурился, но тоже решил поприсутствовать. Роман вошёл, неловко потоптался у порога, не зная, как начать. Я предложила для начала присесть и сказать, что он хотел узнать у меня. Роман сел и покаянным голосом начал.
-Елизавета Ивановна! Простите меня, ради Бога! Я места себе всю ночь не находил, когда мне сказали, что с вами случилось! Ведь если бы я вас проводил дальше, то ничего бы не случилось! Простите меня!
Я попыталась пожать плечами, но скривилась от боли.
-Роман Савельевич, не вините себя! И при вас могли напасть вполне, вам просто могли по голове оглоблей стукнуть и в кусты бросить. Или подкараулить меня на обратном пути из храма. Вариантов много.
Роман ещё повинился.
-Я ещё вчера долго думал над вашими словами. Вы правы, наверное. Блажь и дурь у меня в голове была, я ни о чем не хотел думать. А теперь понимаю - правы вы были! Да и оказывается, у нас с Ганкой ребенок будет. А дитё должно расти при отце! Прошу вас, Елизавета Ивановна, Сергей Николаевич! Не увольняйте меня! У вас так интересно! И нового столько! Ни в одном имении не видал!
Я отпустила Романа, обещав подумать. После ухода управляющего мы помолчали, потом Сергей сказал.
-Знаешь, Лиза, мне его жаль. Ну, принял он влюбленность за любовь и убедил себя, не хотел ни видеть, ни слышать того, что ему говорили. А случилась беда и он очнулся. Да и правда, если ребенок... Работник он хороший, это уж не поспоришь. Может, оставишь его? Только на житье пусть к своей Ганке перебирается! Не надо тут перед глазами мельтешить.
Я хихикнула про себя - ну, мужская солидарность! Я и сама хотела так сделать, но вот было интересно, что муж скажет?
На следующий день с самого раннего утра Сергей уехал в Курск с Кузьмой. Как он и говорил, навестить полицмейстера, узнать, как двигается дело о похищении, зайти к моему поверенному Хрисанфовичу, чтобы уточнить по поводу моих претензий о компенсации вреда, пусть составит документы, и Сергей вместе с ним поедет в суд. В общем, полностью выполнял все обязанности заботливого мужа. Кроме одной. Но об этом я решила подумать потом.
В кои-то веки мне можно было спать, сколько хочу, никуда не бежать, ничего не решать, срочно или ещё срочнее. Я валялась в подушках, изучала журналы, делала пометки, если находила что-то нужное для своего имения или Сергея, слушала усадебные новости и сплетни, в пересказе Фиодора и отчаянно скучала. Непривычно мне такое было.
Слухи быстро расходились по нашей округе. Меня навестил и наш попик, отец Василий, посочувствовал мне, рассказал о подготовке к Рождеству. Сказал, что Сергей заплатил нужную сумму. Навещали меня и дамы из ближних имений, они, конечно, жаждали подробностей о таком необычном приключении, ах, романтИк, дамы, романтИк! Знали бы они, как жутко лежать на гнилой соломе, вокруг тебя бегает сумасшедший с горящей лампой! Вот это романтИк, будь оно проклято!
Таких дамочек быстро выпроваживали либо Семенишна, либо Сергей, объявляя, что у меня сейчас или лечебные процедуры, либо я должна сейчас, по расписанию есть или отдыхать. Кстати, Семенишна и Сергей на ниве заботы о моем здоровье и благополучии объединились и примирились, как ни странно и теперь выступали единым фронтом.
Так прошло около недели. Завтра уже наступал рождественский сочельник. Мне давно надоело изображать полуиздохшую лань, по дому я передвигалась уже самостоятельно и даже выползла во двор, укутанная Семенишной по самые брови, как детсадовец 70-х годов. Наверняка без меня там все производство встало намертво, кругом катастрофа и мы на грани разорения! К моему удивлению, все работало как часы и никому моего присмотра не требовалось. Производства, какие должны были работать по сезону, работали, фермы тоже исправно содержались, жалованья выплачены и даже премия к Рождеству выдана. Все были довольны. Кроме меня. Я даже разозлилась. Получается, Сергей может управлять хозяйством не
