хорошо известно было и в античной философии, и в средневековой схоластической философии. В новоевропейской рационалистической философии, у Декарта, оно тоже, естественно, было подтверждено. А в английской эмпирической философии оно было чётко сформулировано ещё Томасом Гоббсом.
135
Этот приоритет практики над теорией в области гносеологии есть дальнейшая реализация принципа отказа от рационалистической философии и метафизики в пользу естественно-научного, т. е. прикладного (= практического), утилитарного знания.
136
Уточнение. «Качество» есть синоним «признака», «свойства» и «особенности» познаваемых предметов. В своей познавательной деятельности мы ведь познаём именно признаки, свойства и качества предметов, а не, как это в обывательском понимании принято думать, прежде всего сами предметы, а уже затем, если будет досуг и желание, то и некоторые признаки, свойства и качества этих предметов. Поэтому именно от онтологического характера качеств, признаков и свойств познаваемых предметов напрямую зависит гносеологический характер нашего знания. Если эти качества онтологически полноценны, т. е. обладают объективно реальным бытием, то и наше знание о них приобретает гносеологически реальный характер. Если же познаваемые качества и признаки познаваемых предметов не обладают настоящей онтологической реальностью, то и наше знание о них не получает гносеологически реального значения. Отсюда и различие между качествами и признаками познаваемых предметов: онтологически реальные качества названы Локком «первичными качествами», онтологически сомнительные качества названы «вторичными качествами». К сказанному уместно добавить и следующее. Само различие значения познаваемых качеств и признаков предметов на первичные и вторичные не есть оригинальное открытие Локка. Это различие продумано и изложено было ещё в античной философии (стоиками), а затем воспроизведено неоднократно и в новоевропейской философии. Непосредственно перед Локком это сделал Декарт. А уже декартовскую версию этого различия избрал Локк в качестве модели для своего умствования на эту тему.
137
Пространственно-временные осмысления строятся исключительно только на математике. Вообще, категории «пространство», «время» и «математика» в истории метафизики всегда существовали в неразрывно-тесной связи. Стоит вспомнить Пифагора, Коперника, Кеплера.
138
Список, очевидно, неполный. Перечислены ощущения только четырёх органов внешних чувств. Не хватает ощущений пятого органа внешних чувств – осязания. Ощущения осязания обычно обозначаются словами «плотность», «непроницаемость». Декарт ощущения плотности (= непроницаемости) считал знанием субъективным, так как не усматривал принципиального отличия познавательных результатов действий осязания от познавательных результатов действий других органов внешних чувств. Это последовательно. Менее последовательный Локк онтологическое качество плотности (= непроницаемости) подвёл под рубрику «первичные качества» и, тем самым, ощущения плотности (= непроницаемости) стали элементами реального, истинного знания. В чём непоследовательность? Во-первых, в том, что общее положение, относящееся именно к характеристике сенсуалистического познания, положения, признанного истинным самим Локком и гласящего, что в любом чувственном ощущении самом по себе нет гарантии его реального гносеологического значения, так вот это положение, по сути дела, отвергается фактическим признанием реального гносеологического значения именно осязательных ощущений плотности (= непроницаемости). Во-вторых, признав математику критерием отличия истинного (= реального) знания от знания неистинного (= условного), Локк уклоняется от линии эмпирической гносеологии, ибо математика – это элемент уже рационалистической гносеологии. В-третьих, математика не приложима к осмыслению любых ощущений, получаемых через все без исключения органы внешних чувств, в том числе, конечно, и к ощущениям осязания, и поэтому все без исключения ощущения, в том числе и ощущения осязания, не могут быть элементами истинного знания. И тем не менее, вдруг, ощущения осязания получают статус истинного, реального знания.
139
В анализе сущности представления и понятия и в сравнительной оценке их познавательного значения Локк повторяет позицию номинализма, хорошо известную ещё в античной философии (ещё до Сократа), воспроизведенную в Средние века (в споре об «универсалиях» Росцелином и Оккамом) и зафиксированную в качестве окончательной гносеологической установки в английской эмпирической философии Гоббсом.
140
Оба эти процесса, и расширение смысла единичных представлений до объёма общих представлений, и соответствующее расширение смысла слов, употребляемых для обозначений представлений, мыслятся, прежде всего, как синхронные. Естественно предположить, что это даже не два процесса, а один, лишь проявляемый двояким образом – во внутреннем, душевном мире индивида он проявляется как превращение единичного представления в общее, а во внешнем, общественном мире – как превращение единичного звукового (до возникновения письма) обозначения единичного предмета в словесное (звуковое или графическое) обозначение общего представления. Примером такого единого процесса, проявляемого двояким способом, можно предложить происхождение существительных. Кроме того, надо принять в соображение ту несомненную реальность, что этот двуединый процесс превращения единичных представлений в общие и единичных звуковых обозначений единичных представлений в слова-существительные, обозначающие общие представления, произошел в доисторическую эпоху человеческого существования, ибо на заре культурно-исторического бытия человечества все языки различных народов предстают как вполне сформировавшиеся, в которых существительные обозначали именно общие представления.
141
В античной философии эта проблема, хотя и не продумывалась детально, но, во всяком случае, упоминалась, т. е. об этой проблеме в те времена знали. Упоминание и даже набросок её решения засвидетельствованы в третьем тезисе Горгия, которым он выражал свой радикальный (= нигилистический) скептицизм относительно возможности передачи своего индивидуального знания, даже если бы оно оказалось возможным (он ведь и в этом сомневался), другим людям именно по той причине, что слова человеческого языка не могут в принципе адекватно выразить мысли. Для напоминания, список этих трёх скептических тезисов Горгия: 1) ничего нет; 2) если бы что-то и было, то это что-то невозможно было бы познать; 3) а если бы и можно было бы познать, то невозможно было бы это знание передать другим людям словами.
142
Это убеждение Локка о субъективно-произвольной комбинации индивидом своих субъективных же ощущений ради систематизации этих ощущений, чтобы усмотреть в возникающей таким образом конкретной системе ощущений адекватное познавательное отражение внешней реальности, это убеждение оказало в дальнейшем заметное влияние на всё последующее развитие европейской философии. Самым ярким примером такого влияния стало впоследствии провозглашение Кантом категорий («интуиций» по его терминологии) «пространства» и «времени» субъективными формами познания («априорными формами познания» по его терминологии), которым в объективной реальности нет адекватных соответствий. Ведь именно категории «пространства» и «времени» действительно имеют своей непосредственной формальной функцией приведение в порядок, систематизацию тех ощущений, которые оказываются в душевно-познавательной сфере индивида. И вот оказывается, по убеждению теперь уже Канта, что эта систематизация осуществляется, по сути дела, произвольно самим индивидом, ибо категории «пространство» и «время», при помощи которых он,
