Платежная система – это по определению та область, в которой Центральный банк должен сотрудничать с коммерческими банками. Поэтому было разработано короткое (на полутора страницах) соглашение: участники, подписавшие документ, брали обязательство координировать свои усилия по созданию платежной системы в области стандартизации, форматов обмена информацией и единого подхода к построению внутренних систем. Соглашение было открыто для присоединения. Вначале число подписавших банков было невелико, однако на заседания приходили и сотрудники других банков, которые наблюдали за процессом. Некоторые крупные банки вначале предлагали платежных систем не создавать в принципе: они считали, что крупные банки откроют прямые корреспондентские отношения друг у друга, мелкие банки – у крупных, и все заработает без лишних усилий. В тот момент наиболее конструктивные позиции занимали руководители Народного сберегательного банка (З. Какимжанов) и «ТуранАлем Банка» (Е. Татишев).
Со временем, когда основные вопросы были урегулированы, Жандосов постепенно отошел от непосредственного участия в работе, как и руководители коммерческих банков. Вместо них работали либо курирующие заместители, либо директоры служб информатизации. К этому моменту все ведущие банки подписали соглашение о присоединении к Национальному платежному совету.
Создание Национального платежного совета сыграло, с одной стороны положительную роль, – банки принимали непосредственное участие в становлении системы крупных платежей и системы розничных платежей. С другой стороны, когда дело коснулось системы расчетов с использованием платежных карточек, банки жестко отстаивали свои интересы, с моей точки зрения, даже в ущерб общенациональным.
РАЗРАБОТКА КОНЦЕПЦИИ ПРОМЕЖУТОЧНОЙ ПЛАТЕЖНОЙ СИСТЕМЫ
Принципы реформирования платежной системы были разработаны методом мозгового штурма. Трудно сейчас сказать, кто какие подавал идеи, но в результате родился документ, который назвали концепцией промежуточной платежной системы. Он предусматривал:
– создание областных клиринговых палат, которые должны были до конца отделить платежную систему от бухгалтерской системы Нацбанка и приучить коммерческие банки управлять денежной ликвидностью в филиалах;
– создание системы крупных платежей, работающей в реальном времени;
– развитие платежных инструментов, таких как чеки, платежные карты, прямой дебет и т. д.
В принципе, создание любой платежной системы при правильном подходе является достаточно регламентируемым процессом, который хорошо укладывается в рамки проекта.
Для создания платежной системы необходимо:
– определить круг участников (банки, небанковские финансовые организации и т. д.);
– определить используемые в системе платежные инструменты (платежные поручения, чеки, прямой дебет и т. п.);
– определить системы управления рисками;
– иметь законодательное основание для определения правил проведения платежей и расчетов;
– иметь техническое решение.
У нас существовало формальное разделение по сегментам: С. Абдулкаримов отвечал за создание системы крупных платежей, Ф. Назыров – за систему розничных платежей, О. Поликарпов – за систему с использованием платежных карт, а Р. Мусаев – за систему с использованием чеков и векселей. Но мы работали вместе, обсуждая различные платежные системы мира, возможность использования их опыта у нас в стране. Тем не менее не был решен главный вопрос – окончательного расчета по счетам в Национальном банке. Без него вести разговоры о создании системы расчетов в реальном времени было очень трудно. Уговорив сначала Жандосова, а потом и все правление Нацбанка, мы добились только одного: чистые позиции банков по результатам работы Алма-атинской клиринговой палаты были поставлены в начало очереди и ни в каком случае не должны были выбрасываться при «раскручивании» платежей.
ПРЕОБРАЗОВАНИЕ СИСТЕМЫ НАЦИОНАЛЬНОГО БАНКА
Осенью 1995 года в Национальном банке сложилась система неустойчивого равновесия: Управление платежных систем разрабатывало концепцию национальной платежной системы и пути ее реализации. В это же время происходил переход Нацбанка на единое программное обеспечение, в котором также были заложены возможности осуществления платежей и расчетов. Стало ясно, что с таким подходом мы обречены на долгий путь. За это время коммерческие банки создадут свою (еще одну!) систему перевода денег, основанную на прямых корреспондентских отношениях, а это чревато как системными последствиями, так и отставанием инфраструктуры от экономики в целом. Кроме того, группа программистов НБРК разработала систему доставки платежей от коммерческих банков в Нацбанк, аналогичную системе Алма-атинской клиринговой палаты. В ней окончательные расчеты проводились методом раскручивания в конце дня, то есть платежи могли быть выброшены. В результате произошло то, что и должно было произойти – в один из дней при проведении окончательных расчетов платежи были выброшены. Разгорелся серьезный скандал.
Воспользовавшись ситуацией, я за ночь написал вариант разделения департамента информатизации. Суть его сводилась к тому, что департамент разбивался на пять частей: департамент эксплуатации, департамент развития, казахстанский центр межбанковских расчетов (объединенный с Алма-атинской клиринговой палатой), банковское сервисное бюро (для тех банков, счета которых обслуживал ДИ НБРК), а также Центр межбанковских финансовых телекоммуникаций. На следующий день я показал свой проект сотрудникам управления. Реакция была неоднозначная. Никто не верил, что можно преодолеть мощное сопротивление конкурирующей группировки, но все соглашались, что другого выхода нет. Я пошел к У. Жандосову, рассчитывая на сложный и долгий разговор. Но получилось иначе: он самостоятельно пришел к выводу, что при существующем положении дел построение платежной системы невозможно. Обсуждение шло, скорее, вокруг кандидатур, которые будут назначены во вновь образованные структуры. В результате С. Абдулкаримов и Ф. Назыров стали руководителями КЦМР, О. Поликарпов – директором департамента информационных технологий (развитие), Ю. Денисов – директором департамента эксплуатации.
Это жесткое и абсолютно правильное решение быстро принесло свои плоды. Каждый стал заниматься своим делом. В результате наладилась работа во всех созданных подразделениях.
В то время я больше всего опасался вмешательства Н. Абдулиной. Она обладает большим авторитетом в финансовом секторе. Если бы она сказала твердое «нет» и поддержала другое направление, нам бы пришлось тяжело. Мы готовились к тяжелым битвам, запасали аргументы, искали союзников. Но она просто поверила в нас и приняла нашу сторону. Очень часто потом она привлекала нас для других работ и аргументировала примерно так: «Я знаю, это не твоя работа, но больше некому. Поэтому будем молчать и работать».
