– Хорошо.
Мастер ушёл, а я остался наедине с мужиком. Почти наедине… За его спиной скрывался… Наверное, это можно назвать цехом. Стоял шум и грохот, десятки работяг на заднем фоне ваяли какую-то продукцию. Приглядевшись, увидел в основном обычную посуду.
– Как звать? – спросил меня мужик.
– Эрнест.
– Чужак? Оно и видно. Дикий ты. А я Мохром. Так и обращайся, если что. Руны накладывал уже?
– Нет.
– Эх, надеюсь, ты не весь товар испортишь. Мастера я уважаю, но обидно будет. Пойдем, дам тебе то, что с браком.
Дальше мне показали целый склад, заваленный разного качества изделиями.
– Мастерская делает посуду в основном. Тарелки, ложки, вилки, ножи. Мы много куда её поставляем. Наше качество славится во многих мирах. Но на производстве без брака не бывает. Потом беднякам это сбываем. Если улучшишь, то хорошо.
– Посмотрю, что можно сделать, – взял я первую попавшуюся тарелку, сделанную из какого-то дешевого сплава.
Как оказалось, земля и металл в этом мире родственные стихии. Их не особо то и разделяли. Но уклон всё же был на работу именно с камнем. Мастер знал, что мне знаком и металл. Мы с ним обсуждали эту тему и он говорил, что руны для металла также прекрасно работают, как и для камня, поэтому нет разницы, с чем работать.
А вообще интересный момент. Искательская система чётко делила на стихии, выдавая ограниченный набор умений. Здесь же ты мог двигаться в любых направлениях. Звание повелителя камня означало, что маг долго изучал именно камень, наладил с ним связь и это проявление физического мира лучше других слушается его. Что и называется связью со «стихией». Но стихия – это мой убогий перевод того, как на самом деле дела обстоят.
Если обратиться к местным учебникам, то там говорилось приблизительно следующее: мир един, но его можно разделить на части и с этой частью наладить контакт. Это моя вольная трактовка многих страниц философских рассуждений. Интересно здесь то, что можно налаживать связь отдельно с камнем, с металлом, с драгоценными камнями или вообще, с каким-то конкретным проявлением. Маг земли общего профиля сможет работать с алмазами, но тот, кто посвятил себя именно алмазам, сможет работать на более высоком уровне.
Классическое развитие мага – определиться с направлением, углубиться в общую стихию, а потом развивать частности, в зависимости от своих целей.
Делается это до ужаса раздражающим меня способом – медитацией. Есть целые талмуды, как лучше медитировать, где это делать, в какое время, десятки практик… Короче целое отдельное знание, как прокачивать связь. Бесит же меня это, потому что нельзя медитировать в моделировании, а значит в этом вопросе я на общих условиях, то есть буду долго и упорно устанавливать контакт.
Я по привычке удалил примеси из посудины, от чего тарелка заблестела, создал руну укрепления и наложил прямо в центр. Полыхнуло, запахло кислятиной и на тарелке появилось… выжженное пятно. Н-да… Я ожидал несколько другого эффекта.
– Ничего, бывает, – поддержал меня начальник цеха, – Ты, главное, быстро освойся.
Получив в ответ злой взгляд, мужик, улыбаясь, поспешил свалить и заняться работой. Я же окинул взглядом большую кучу тарелок и постарался понять, в чем ошибка. Как там говорил мастер? Качество руны, количество влитой энергии, скорость её подачи… Ещё десяток раз попробую и отправлюсь в моделирование, надо разрабатывать методологию наложения рун.
* * *
Часа через три я знал, что конечный итог, примет материал руну или нет, зависит от его качества. Если структура слабая, то наложить что-то можно, но это что-то должно быть с минимальным эффектом. В качестве тренировки сгодится, а в качестве практического смысла нет. Но меня это не останавливало. Я обрабатывал одну посудину за другой, учась высчитывать, сколько силы выдержит та или иная штука. Несколько десятков изделий загубил специально, применяя на них разрушающую руну.
Ничего страшного, цех от этого не сильно потеряет. Я как минимум половину изделий сделал на порядок лучше. Жаль, что мана тратится быстрее, чем я восполняю её. Надо озаботится ещё парочкой вместительных хранилищ, а если быть точным, то заряжать броши перед серьезной работой. Сейчас меня хватает на полчаса, а потом надо минут двадцать отдыхать или сбавлять темп.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
К концу первого дня я уже на глаз определял, как надо впечатывать руны в предмет. Затраты тоже сократились, а скорость работы, наоборот, увеличилась. Когда вернулся в таверну и убедился, что Саша тоже пришла, живая и невредимая, запустил ещё ряд моделирований, чтобы отточить навыки работы. На следующий день я пахал, как конвейер и обработал несколько тысяч изделий, дойдя до того, что накладывал сразу по пять рун за раз.
К концу дня я накладывал по несколько рун на одно изделие, превращая их в небольшие шедевры. Теперь этими тарелками драться можно или отбить слабое заклинание. Надо было видеть лицо начальника, когда он оглядывал, насколько улучшилось качество его товара и как он жадно потирал руки, думая, что его никто не видит.
На четвертый день я не пришел. Больше здесь мне делать было нечего.
* * *
– Чего так рано? Столкнулся с трудностями? – поинтересовался мастер, стоило мне к нему зайти. Поинтересовался со скрытой издевкой. Мол, только не говори, что ты закончил.
– Я закончил. У него закончился товар, который можно обрабатывать.
– Закончил? – нахмурился Горн, – Удивительно.
Опять эти его скупые реакции.
– Тогда расскажи, чему научился.
– Лучше покажу. Я составил таблицу.
Я решил выпендриться и сделать небольшую научную работу, перенеся на бумагу точные данные. Многих вещей я не знал, поэтому пришлось изобретать их с нуля. Такие как коэффициент прочности материала. Мастер вчитался в мои записи и нахмурился ещё больше.
– Очень любопытно…
О, что-то новенькое. А когда будет: очень-очень любопытно?
– Вроде не вижу ошибок. Правда, ты зря старался. Это уже описали десятки мастеров до тебя. Но я ещё не видел, чтобы кто-то сделал это настолько лаконично. Ты знаешь, что с этими записями вполне можно начать преподавать?
– Хотелось бы избежать подобной участи, – хмыкнул я.
– Ну да, ты у нас из другого камня. Ладно, ученик, признаю. Ты меня удивил. В который раз. Смотри, не загордись. Чего хочешь теперь?
– Узнать остальные руны.
– Я же говорил, что их тысячи. Где твой предел?
– Сам не знаю. Вы покажите, а там разберемся.
– Это как минимум будет любопытно.
Начался новый виток учебы. Ещё никогда в этой школе не обучались настолько быстро.
* * *
– Какая твоя цель? Чего ты хочешь достичь в ближайшее время? – поинтересовался мастер, спустя часов пять, когда закончил показывать вторую сотню рун.
Показать, как оказалось, недостаточно. Ещё требовалось объяснить, что это за руна, как она сочетается с другими, на какие материалы её лучше накладывать, а где не стоит. Мастер буквально разразился потоком ценнейшей практической информации, не забывая давать ссылки на книги. Он больше не писал номера стеллажей, зная, что я и так запомню.
– Повысить свои боевые качества. Выживание – приоритетная цель.
– А дальше что?
– Мне нравится изучать магию.
– Смешно, – ничуть не рассмеялся мастер, но на меня глянул с повышенным интересом. – Я могу помочь тебе с первой частью. За несколько месяцев поднять твой боевой потенциал. Я кое-что знаю о пути искателей. Тебе надо наработать ауру, научиться ею сражаться, усилить родство со стихией, развить свою броню и набор боевых и защитных заклинаний. С твоей скоростью обучения хватит двух месяцев, чтобы это сделать. Дальше надо перевести теорию в практику и наработать боевой опыт. За этим можешь обратиться к заданиям. Там хватает интересных целей, чтобы ты мог отточить боевые навыки.
