уже тогда.
Но подойдёт ли такое «закрывание глаз» уже нам, пограничным рыцарям? Мне?
Нет уж, оставим на самый крайний случай!
С преступностью нужно бороться, ведь мне на этих землях ещё жить. Я уже планы на них, какие-никакие заимел, а тут - на тебе, работорговцы, прямо под боком! А ведь не так далеко земли моего отца, которые я ещё и навестить хотел в этом году: попроведать племяшку, обнять мать, треснуть Гейбу промеж ушей, да денег подкинуть.
Им явно не нужны такие соседи!
Но что делать с нападением всадников? Даже будь мы максимально готовы к нему, то нас будет восемнадцать рыцарей и три оруженосца против минимум тридцати! Вроде бы столько было, но я мог и ошибиться, ведь больше сосредоточен был на другом.
Мда... Тут и считать нечего, при таких раскладах лучше отступать, других вариантов нет. Но я, сука, не командир отряда! Просто приказать взять крестьян с солдатами Фарела и отойти, например, к замку того же Келлье, я не могу.
Эх, всё же моя сила раскрывается на полную лишь в те моменты, когда я получаю возможность полноценно командовать другими людьми. В таком случае, уже начинаю видеть варианты развития, удобные и полезные для меня. Сейчас бы, для начала, смело повёл все двадцать рыцарей к Крапивнице, где разузнал бы подробности, одновременно принимая решение по следующим действиям. Может быть даже смог захватить самого Фарела, выбив из него реальную историю произошедшего.
Хотя, всегда ещё есть шанс на банальное недопонимание. Вдруг нас, каким-то чудом, перепутали с врагами? То есть... у нас же «в плену» были их солдаты и крестьяне.
Такое себе оправдание, но другого у меня нет.
Что же, попробую напроситься в разведку, вместе с остальными. А там, если так сложится, откачусь ещё раз, ведь теперь поставлю новую метку заранее.
Глава 10
- Ты уверен, Арвинд? - недовольно скрестил Кеннинг руки на груди, - чутьё подсказывает, что намечается заварушка.
На это я лишь выдыхаю. Тебе чутьё, а я знаю конкретно.
- Потому и хочу глянуть своими глазами. И... - коротко оглядываюсь, подходя ближе, - не разбивайте лагерь, а лучше отойдите подальше, да выставьте наблюдателя за дорогой и окрестностями.
- Думаешь, попробуют напасть? - кривит он в ухмылке уголок рта, - вот так, нагло и напрямую?
- Если крестьяне говорят правду, - пристально смотрю на него, - то Фарел постарается не позволить этой информации выйти за пределы своих земель. Любыми методами.
Орбарт нахмурился, а я залез на коня и подъехал к Гилберту с Гервином.
- Арвинд, ты я гляжу, прямо-таки переквалифицироваться в профессиональные лазутчики хочешь, - посмеивается подошедший ближе Джейк, - вначале у Крейка и Свифта в лагерь ходил, потом у Эстрена. И ладно бы, там за это хоть деньги платили, но сейчас-то зачем идёшь?
- Устал уже от этих ваших лагерей, - улыбаюсь в ответ, - особенно от твоей рожи, так что поеду, своими глазами хоть посмотрю, там ли страшен этот Фарел, как его рисуют забитые крестьяне.
- Ну-ну, - махнул рукой Джейк, - скучать ещё будешь по моей роже! Ай, - сплюнул, - не маленький уже...
Вообще, ещё маленький, только четырнадцатый год идёт. Но... кхм, для этого времени - вполне взрослый. Да и ощущаю я себя тоже, как взрослого, вот, даже жениться собираюсь, ха-ха.
Теперь в сторону деревни скачем втроём, достаточно быстро натыкаясь на небольшой конный разъезд.
- Пограничные рыцари? - спрашивает улыбчивый мужчина, - давно уже у нас не были! Мы думали, решили холода переждать, либо сразу от Лидденов начать. А что только втроём, остальные где?
- Лагерь разбили здесь рядом, - машет рукой наш «лучший охотник», то есть - сир Гилберт. Просто эта кличка конкретно к нему прилипла, уж больно часто он это про себя произносил. Правда озвучивали её, практически всегда, с хорошо ощущаемым сарказмом, что сильно бесило вспыльчивого рыцаря, - и вообще, как бы мы прошли мимо этих земель?! Проезжали вот мимо, думали уже направиться к вам в «Ключи», как тут вываливаются какие-то грязные крестьяне, начиная поливать грязью лорда Сарвика. А там следом, не менее подозрительные солдаты, вроде как в ваших гербах...
Он откровенно сливал все сведения, ничего не утаивая от вежливого и приятного мужчины, который и проводил нас до самой Крапивницы.
Кретин, - прикрываю глаза рукой, но пока не встреваю, как и Гервин, полностью отдав инициативу более старшему и «мудрому» товарищу.
Конная разведка, кстати говоря, уже должно было бы нас насторожить. Но мне было плевать, ибо шёл за информацией и готов был перезапустить события, Гервин похоже просто не сообразил, что такая мощная охрана, что аж будет рассылаться разведка вокруг, попросту не нужна лорду на своих землях, а Гилберт был попросту рад найти свободные уши, куда вливал самовосхваления.
А вот когда добрались до деревни, то происходящее в ней сразу вызвало, как минимум, ряд вопросов к лорду Фарелу Сарвику.
Здесь присутствовали солдаты, порядка трёх-четырёх десятков человек, которые целенаправленно обшаривали все деревенские дома, выбрасывая на снег их нехитрые пожитки. Скот и крестьян сбили в одну большую, голосящую кучу, которая, видимо, уже достаточно давно стоит на морозе, ведь ясно вижу задубевшие бороды и посиневшие носы.
Люди были вялыми и даже почти не отреагировали на появление новых лиц.
Пока Гилберт и Гервин залипли на происходящее, лично я сразу приметил двух «старых знакомых» - всадников, что тогда заметили наш отряд на подходе и сбежали. Было ожидаемо, что спешили они сюда. В этот момент эти рыцари как раз что-то рассказывали высокому и очень заросшему мужчине. У него были длинные чёрные и кудрявые волосы, большая борода и усы. Он кивал, слушая своих людей, а потом просто махнул рукой в нашу сторону.
Всадники резво вскочили на коней, помчавшись куда-то дальше, а нас подвели к стоящему мужчине поближе.
К этому времени, даже такой тугодум как Гилберт, начал осознавать, что «что-то не так». Лично я бы, не будь метки, просто развернул коня и попробовал сбежать. Шансы, в принципе, должны быть неплохими, я был гораздо легче по весу, чем патрулирующие окрестности всадники. Там были уже взрослые мужики, в стальной броне. Я буду легче в два раза, да и вместо железа одет в кожанку.
Но... мне нужно было узнать подробности в как можно большем объёме. Вот только «разоблачающей речи» или признания «главного злодея» не было.
«Арбалет» - вот последняя мысль, которая промелькнула в моей
