— Глупо, вступать в битву, не зная своего противника.
— Простите, господин Баламар, — выступил вперёд Пол и виновато склонил голову. — Это я повёл своих друзей, не разведав обстановку, это я подставил их под удар.
— А у них своих голов на плечах нет что ли? Эх. Тебя ведь Пол зовут, верно? — Юный маг кивнул. — Знаю о смерти Эйха, как и о твоей близости с его внучкой. Пусть мне уже много лет, но всё ещё помню всю пылкость юности. Порой гнев может помочь преодолеть свой предел, а иногда загнать в безвыходную ситуацию, как сейчас. Помни, что ты сражаешься не только за себя, но и за других.
— Спасибо за наставления, — смиренно произнёс Пол.
— А что Вы здесь делаете, и как оказались так вовремя? — Поинтересовалась Анна.
— Чудом успел. Ваш знакомый указал мне путь.
— Эдвард? Как? Где он?
Баламар на это ничего не ответил, а лишь посмотрел на троих юных магов, оценивая их снаряжение и припасы. Тёплая одежда, что на них была, насквозь промокла от снега и пота, а сумок с едой и свёрнутых одеял у них не было, ведь они всё побросали при побеге.
— Думаю, нам стоит заглянуть в Хальту, там вы и запасы свои пополните и посмотрите на своего друга.
— О, так этот громила, ставший коротышкой, тоже в городе. Отлично! — Радостно воскликнул Стэн. — Устроим реванш!
— И он размажет тебя одним единственным заклинанием, — сурово ответил Баламар, а затем тяжело вздохнул. — По крайней мере, если бы мог двигаться. Что ж, вы сами сможете увидеть, какова цена безрассудства.
После этих слов Повелитель душ развернулся и направился в сторону Хальты, а трое юных магов переглянулись, не до конца понимая сказанного, и последовали за Баламаром. Они шли по заснеженной дороге, храня молчание, каждый из перерождённых задумался над словами старого чародея. Цена безрассудства. Эдвард был единственным из пассажиров последнего рейса, кто выбрал знания вместо оружия. Как такой человек мог поступить необдуманно? К тому же он смог указать путь Повелителю душ, значит, с ним самим всё должно быть в порядке. Тогда почему он сам не пришёл? Не поспел за Баламаром? И что значили последние слова? Как бы то ни было, в Хальте они узнают о том, что произошло с их товарищем по несчастью.
Путь был довольно близким. Бегство от адептов культа вывело юных магов к тракту, что соединял Хальту и Мьяну, отсюда до Предместья было рукой подать, а там уже и городские стены рядом. Пройдя поля и площадь деревушки, все четверо, наконец, достигли городских ворот. Уже вечерело. Стражники на посту, со скучающим видом смотрящие вдаль, неожиданно приободрились, увидев темнокожего человека. Пусть они и не знали его в лицо, но других таких людей здесь не было, поэтому стало ясно, кто перед ними. Маг легендарного ранга не тот гражданин, у которого может просить пропуск в город какая-то мелкая сошка. Поэтому двое стражников просто вытянулись по струнке, неожиданно для самих себя, и поприветствовали Повелителя душ.
Баламар сказал, что рядом с портом есть рынок, где они могли бы прикупить провианта, но отправляться туда, когда уже начало темнеть, нет смысла. Лучше всего туда пойти утром, а сейчас можно переночевать на постоялом дворе, тут есть таверна, где подают вполне неплохую еду, там ребята могут утолить голод и жажду, а заодно отдохнуть на сухой кровати.
Стоило Стэну услышать про таверну, как он тут же взбодрился, словно от былой усталости не осталось и следа, а его глаза радостно засверкали. Собравшись уже ломануться в злачное место, где эль льётся рекой, юноша тут же был остановлен Анной. Девушка поругала его за такое поведение и сказала, что, прежде всего, нужно увидеться с Эдвардом. Сердце Стэна дрогнуло от того, что его останавливает та, чьё внимание он пытается привлечь, ведь всего один неверный шаг, и все его предыдущие старания пойдут прахом. Как бы он хотел оказаться ребёнком и покапризничать. Осознание тягот взрослой жизни могло бы толкнуть юного мага к написанию философского трактата о тщетности бытия, которая загнала бы в депрессию даже самого психически устойчивого человека. Смирившись со своей судьбой, Стэн молча кивнул головой, и все четверо пошли в ту самую комнату. Баламар открыл дверь и впустил гостей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Боже правый. Что это такое? — С ужасом прошептала Анна.
Вся комната: пол, стены и потолок — была исписана множеством чёрных символов на неведомом языке, а в центре всего этого в воздухе парил Эдвард, окутанный темно-синей энергией. Его глаза горели жутким светом, казалось, что его взор проникает в саму суть этого мира. Пророк непрерывно водил головой из стороны в сторону, словно что-то осматривая, при этом, вообще никак не реагируя на то, что происходит вокруг.
— Знаете, почему он сильнее вас? — Обратился Баламар к троим перерождённым. — Потому что он выбрал знания, а вы оружие. Изначально обладая силой, которая вам не принадлежит, вы не особо-то задумывались о том, на что способны на самом деле.
— Кажется, я понимаю, к чему Вы клоните, — отозвалась Анна. — Обладая необходимыми знаниями, можно создать оружие, но второе всего лишь инструмент, поэтому не сможет ничему научить того, кто не причастен к его сотворению.
— Верно. Не перестаю удивляться, как вы, пришельцы из другого мира, похожи на этих ребят. Кроме этого балбеса, разумеется, абсолютная противоположность Брину. — С укором сказал Баламар, указывая на своего ученика, а после тяжело вздохнул и продолжил. — Сейчас он в таком состоянии, потому что хотел узнать слишком много, а вы сегодня чуть не погибли, потому что вообще ничего не хотели знать.
— Цена безрассудства, — заговорил Пол.
— Всё верно. Однако оба этих случая сильно отличаются, хоть и очень похожи. Если бы не эти странные колебания в воздухе, исходящие от Эдварда, что почувствовал недавно, то не успел бы вас спасти, и вы просто погибли бы. Вы все должны понять, что не стоит так спешить, а подходить ко всему обдуманно, иначе единственное место, куда вы успеете — это загробный мир.
— Так… что с ним сейчас происходит? — Робко спросила Анна.
— Самому хотелось бы знать, — ответил Баламар. — Судя по потокам энергии, он использует какое-то могущественное заклинание. Возможно, оно легендарного ранга или даже мифического. Это как-то связано с воспоминаниями, но не отдельного человека. Нет. Его взгляд проникает гораздо глубже, словно Эд рассматривает события давно минувших дней. При этом сам он никак не реагирует на то, что происходит вокруг, но иногда случается что-то странное, что вызывает необычные колебания его энергии. Например, сегодня, когда поток его силы устремился за пределы постоялого двора, указав мне направление.
— Господин Баламар, — обратилась Анна к старому магу. — А что это за письмена повсюду?
— Ах, это. Пытаюсь привести этого балбеса в чувство, а заодно сдержать его силу, чтобы он ненароком не превратил этот город в руины.
— Что? — Недоумевая, воскликнул Стэн. — Неужели он действительно обладает такой силой?
— Нет, но сейчас он напрямую слился с энергией этого мира, черпая силу из неё. Если что-то пойдёт не так, случится катастрофа, что унесёт множество невинных жизней. При вашей ошибке погибли бы только вы трое, но Эд стал опасностью для сотен людей, что здесь живут. Неосторожные действия этого дурня могут привести к более страшным последствиям. Поэтому хорошенько запомните то, что сегодня увидели, и будьте осторожны в своих стремлениях.
Трое перерождённых ещё некоторое время молча смотрели на молодого пророка, а после решили поужинать в таверне и лечь спать. После всего увиденного даже у Стэна пропало всякое желание хоть немного покутить. С восходом солнца Баламар отвёл юных магов на рынок, где они запаслись провизией, а затем распрощались с Повелителем душ и покинули город, направившись обратно в сторону Мьяны. Им предстоял долгий путь.
*** Помнят моря последние штормы, Помнят брега океанские волны, Событьями дни минувшие полны.
