Император, несомненно, начал вести себя как избалованный любимец судьбы. Планируя свои военные кампании, он уже не так сильно сосредоточивался на важнейших деталях и слишком полагался на свои внезапные гениальные озарения. Он слишком охотно верил, что, раз его интуиция была верной раньше, она будет верной всегда. Вероятно, предположения, что он страдал болезнью, ослабившей его способности, неверны. Но он, возможно, утратил часть той быстроты тела и ума, которая восхищала людей во время его первой войны в Италии. Но в любом случае ослабление способностей императора было оценено по достоинству лишь после его великого поражения. В июне 1812 г. Европа знала только, что он ведет в самое сердце России более 553 тысяч солдат, среди которых, кроме французов, очень много итальянцев, поляков и немцев.
То, что случилось потом, показало всем народам, что Корсиканец – человек, а не идеально работающий и обладающий безжалостным умом механизм. Рассказ о Русском походе – один из самых знакомых читателям книг по истории. В июне Наполеон со своей Великой армией перешел Неман и направился к сердцу Московии. 7 сентября он выиграл битву при Бородине, самое кровопролитное сражение его войн[207]. Через семь дней он вошел в Москву и разместил свой главный штаб в покинутом людьми Кремле. Но его основная армия уже уменьшилась до 95 тысяч человек. Конечно, не все остальные погибли, но нужно было обеспечивать сохранность путей сообщения, которые были в опасности из-за своей большой длины, и это отнимало у армии много людей. С 15 по 19 сентября Москва горела. Теперь уже нет смысла выяснять, начались пожары случайно или были сознательно спланированы русскими. Очевидно, что положение Наполеона было неудобным. Он ожидал, что царь станет просить мира, но Александр этого не сделал. Неизбежное и скорое наступление русской зимы не принималось в расчет примерно до 19 октября, когда положение не стало таким критическим, что император со своей армией покинул Москву и отдал непривычный для него приказ отступать.
В начале ноября начался ужасный северный мороз. Погибающая от голода и холода Великая армия едва плелась в сторону Польши, и по пути ее подстерегали все новые беды. При переправе через Березину русские почти перерезали французам путь; французскую армию спасла только отвага Нея и Удино. С этого времени отступление захватчиков превратилось почти в бегство.
Если бы казаки царя получили приказ атаковать более решительно, возможно, все огромное множество их врагов было бы захвачено в плен или погибло. Но в конце сражения победа казалась им настолько полной, что они позволили Наполеону и последним остаткам его армии ускользнуть. Наконец у границы Пруссии император «решил покинуть армию и направиться в Париж, где срочно понадобилось его присутствие». Огромную катастрофу нельзя было ни скрыть, ни отрицать, но в знаменитом Бюллетене № 29 главной виновницей несчастья была названа суровая русская зима. Примерно 20 тысяч солдат императора с трудом перебрались через границу, сохраняя порядок, немного похожий на армейский. Из оставшейся части огромного войска многие попали в плен к русским, некоторые выбрались из России малыми группами. Но даже осторожная оценка показывает, что французы и их союзники потеряли убитыми 300 тысяч молодых и сильных мужчин. Случалась ли когда-нибудь раньше такая военная катастрофа?
Однако то, что казаки не надавили на Наполеона сильнее, было большим несчастьем для его врагов. Он потерял почти всех своих солдат, но значительную часть того остатка французской армии, который смог уйти, составляли лучшие офицеры, которые благодаря своему профессиональному мастерству ценились на вес золота. Поэтому Наполеон мог надеяться, что, имея достаточно времени и сырого материала, он сумеет создать новые армии. Времени у него не было: как только новость о его великом поражении достигла Пруссии, эта страна сбросила надетые на нее французами цепи и призвала не только свой народ, но и многих других северных немцев вооружиться и вовремя заключить союз с приближавшимися победоносными русскими. Англия снова была готова финансировать большую коалицию против своего главного врага. Австрия продолжала говорить о нейтралитете, но и на нее Наполеон не мог надеяться: эта страна просто ждала удобного случая.
Однако вернувшийся в Париж император вовсе не был раздавлен горем. Впервые он проиграл Судьбе, но у него еще было много ставок, которые он мог бросить на игральный стол. Он без малейших угрызений совести объявил новый призыв в армию и забрал в войска почти всех здоровых мужчин и юношей Франции. То, что сделал император, чтобы обеспечить свою новую армию снаряжением и одеждой, можно назвать чудом. Новобранцы были храбры и позже проявили себя в сражениях как французы, верные своей родине, хотя родители этих солдат проклинали безжалостную власть, уводившую их сыновей из дома ради политических целей. Однако желание воевать не могло превратить новичков в закаленных и опытных ветеранов. Начиная свою последнюю кампанию в Германии, Наполеон имел в распоряжении человеческий материал намного хуже тех солдат, которые были ему опорой в любой из его предыдущих игр с Судьбой. Кроме того, Корсиканец совершил серьезную ошибку: он старался удержать слишком много северонемецких крепостей – Данциг, Штеттин, Кюстрин, Гамбург и др. Он разместил в них часть своих лучших войск. Вскоре они были блокированы отрядами местного прусского ополчения и, обездвиженные, стали бесполезны для боевых действий в открытой местности. Увеличив за счет этих гарнизонов свою полевую армию, Наполеон имел бы возможность победить, без них, как позже выяснилось, у него не было этой возможности.
Таким образом, кампания 1813 г. началась так, словно одна рука Корсиканца была привязана к спине. Он был слабее, чем раньше, а его враги, как он сам с горечью признал, научились многим приемам его собственного военного искусства. В мае он нанес пруссакам и их русским союзникам поражение возле Лютцена (рядом с Лейпцигом), затем снова разбил их возле Бауцена. Но эти победы были далеко не решающими. В июне он совершил еще одну грубейшую ошибку – заключил со своими противниками перемирие (с 4 июня по 10 августа 1813 г.). Официально это было сделано для того, чтобы Австрия смогла выступить посредницей между воюющими сторонами и уладить миром спор между ними; на самом же деле обе стороны выигрывали время, чтобы получить подкрепления. Однако Австрия оказалась очень неискренней посредницей, а у императора было меньше, чем у его врагов, войск, которые могли быть использованы как подкрепления. Маршалы Наполеона забеспокоились по поводу возможного исхода войны. Если империи не станет, что будет с их собственными прекрасными княжествами и доходами? Они попытались советами удержать своего повелителя, но он не придавал большого значения их словам. До самого конца он был уверен, что французы не потерпят его в качестве правителя, если он хотя бы один раз публично признается в своем поражении. А его враги теперь требовали, чтобы он отказался от значительной части того, что раньше завоевал, и согласиться на это означало именно признать поражение. Кроме того, он упрямо верил, что сможет вернуть все каким-то молниеносным ударом своих войск.
Катастрофа произошла 26 июня в Дрездене, когда хитрый и коварный австрийский премьер-министр Меттерних встретился с императором и во время этой знаменитой встречи настойчиво, но безуспешно просил Наполеона проявить благоразумие. Наполеон был настроен высокомерно и заносчиво: несчастье ничему его не научило. «Значит, вы хотите войны, – сказал он. – Что ж, вы ее получите. Я разбил русских возле Бауцена. Теперь вы хотите, чтобы настала ваша очередь! Если это случится, мы увидимся в Вене». Меттерних напрасно напоминал Наполеону, что у того армия была обескровлена и солдатами в ней были не мужчины, а юноши, почти мальчики. Корсиканец, великий эгоист, бросил ему в ответ: «Вы не знаете, что происходит в уме солдата: такой человек, как я, обращает мало внимания даже на смерть миллиона людей» – и отшвырнул в сторону шляпу. Меттерних ее не поднял, то есть их беседа закончилась ссорой. Когда австрийский министр уходил, в прихожей вокруг него столпились французские генералы: они надеялись услышать, что начались настоящие переговоры о мире. Вертье озабоченно спросил: «Вы довольны императором?» – «Да, – ответил Меттерних. – Он объяснил мне все. Ему пришел конец».
Стало ясно, что ради безопасности всего мира огромный вампир, который имеет множество восхитительных качеств, но буквально высасывает лучшую кровь из Франции и из всей Европы, должен быть сброшен с престола. В августе 1813 г. после того, как выяснилось, что Наполеон абсолютно не желает примирения, война возобновилась. Австрия присоединилась к остальным его врагам. Впервые с 1795 г. Пруссия, Россия, Австрия и Англия одновременно воевали против Франции и при этом были объединены в искренний и дружественный союз. Теперь война шла не на жизнь, а на смерть. Прежняя находчивость не покинула Наполеона: он больше двух месяцев держался в Центральной Германии, защищая линию Эльбы. Он отразил первые атаки и даже выиграл большое сражение при Дрездене (26 августа), но силы были неравны[208].
