то бобр водится почти исключительно на Камчатке. Черного соболя, который наиболее распространен в Восточной Сибири и чья шкура стоит 500 крон, ловят силками. Коричневый соболь, как и черный, в Западной Сибири достаточно редок. Его шкура стоит от 25 до 100 крон. Белок ловят как аборигены, так и русские. В течение осени и зимы охотники убивают миллионы этих животных. У белки есть много разновидностей. Ее шкура стоит от 25 до 100 эре. Черная белка, живущая на самом северо-востоке Сибири, имеет ценную шкурку. Хотя сибиряки сами носят много мехов, шкуры медведей, соболей, лис и белок преимущественно отвозятся большими партиями в Санкт-Петербург и Лондон. Интересно, что сибирские русские импортируют товары, сделанные из дубленых шкур, из Америки. Как правило, жители Сибири носят красивые и ценные одежды из пушнины. Подделки и дешевые меха отвергают, тогда как человек, одетый в настоящие и дорогие меха, производит солидное впечатление. Поэтому меха, которые имеются у нас дома, в первую очередь должны служить украшением, быть настоящими и дорогими, иначе они будут портить впечатление – даже при красивой внешности. Другое дело, когда шкура животного должна использоваться нами исключительно с практической целью – тогда человек приспосабливается к обстоятельствам, однако никто не должен носить дешевые меха напоказ.
Сибирского белого зайца ловят из-за его шкуры, которую дубят и используют для подбития одеял. Зайчатину русские не едят. Из Сибири в крупные европейские города экспортируются большие объемы замороженных куропаток.
Из встречающихся в Центральной Сибири рыб промысловых видов наиболее важны лосось (в Восточной Сибири), осетр, стерлядь, муксун, нельма, карась, окунь, карп, линь, форель и щука.
В Северной Сибири, как выше было сказано, водится много видов рыб, чье мясо весьма вкусно; также встречаются щука и налим, которых аборигены не употребляют в пищу в сезон, а вместо этого выбрасывают, поскольку и без них хватает съедобной рыбы. В Сибири также ловят креветок и крабов.
В озере Байкал, как известно, обитают нерпы.
Слово «степь» имеет очень много значений и представляет собой отнюдь не плоский равнинный пейзаж, как думает большинство людей. Южносибирские степи, конечно, во многих местах имеют равнинный характер, на больших расстояниях представляя собой монотонный ландшафт, однако там часто встречаются и видимые издалека скалы, чьи верхушки возвышаются над уровнем снега. Там также встречаются красивые рощи, леса, озера, реки и долины. В скалах обитает аргали, то есть дикий баран, который в два раза крупнее нашего домашнего. На бескрайних поросших травой равнинах бродят степные антилопы и лошади, которых часто преследуют кочевники- киргизы. Там обитают сурки, суслики и многие другие млекопитающие, характерные для этой части Сибири. В степных озерах водятся малые чайки, а на дорожных столбах сидят орлы-могильники, тупо и вяло посматривая на чужаков, которые по южносибирской тропической жаре едут в деревни. Наиболее типичные куриные для степей – дрофа, а также степная куропатка и горная курочка. Дикий як бродит по безлюдным и темным восточносибирским лесам, а марал взбирается на скалы в Юго-Восточной Сибири, поскольку поблизости периодически появляются львы и тигры. Из не очень крупных рогов марала в Китае готовят популярное возбуждающее средство, которое захворавшие сыны Поднебесной ценят на вес золота.
Глава XXX
Морское сообщение между Сибирью и Европой
Морской путь через Карское море в 1875–1898 гг. – Капитан Уиггинс. – Возможность регулярного сообщения
За островом Новая Земля вдоль северного берега Сибири простирается Карское море, куда впадают две крупные судоходные реки – Обь и Енисей, по которым пролегают маршруты судов в самых различных направлениях. Раньше многие ученые с уверенностью заявляли, что Карское море покрыто огромной непроходимой массой льда, поэтому вопрос об открытии северного морского пути в Сибирь считался нереализуемой идеей.
В 1853 году это мнение решил оспорить известный энтузиаст Севера русский М. К. Сидоров[91], однако ни в одном научном обществе он не получил ни капли поддержки. Он без устали указывал на существование постоянного сообщения между жителями района реки Печора и устья Оби. Предубеждение против возможности путешествия по Карскому морю было настолько сильным, что даже крупная премия, обещанная Сидоровым судну, которое поднимется вверх по Енисею и оттуда привезет груз графита, долгое время никого не соблазняла.
Наконец в 1862 году Сидорову удалось уговорить г-на Крузенштерна[92] снарядить экспедицию в указанный район. И хотя она не была удачной, ее участники убедились, что Карское море было почти полностью свободным ото льда.
Лишь в 1875 году Норденшёльду[93] удалось достичь устья Енисея на норвежском судне «Превен». Морской путь в Сибирь, который 300 лет назад преодолевали мужественные русские поморы (жители северных прибрежных районов европейской части России от Архангельска и на восток), был открыт заново.
Однако в подвиге Норденшёльда люди видели лишь удачное стечение обстоятельств, и это не помогло убедить ни русских купцов, ни английских капиталистов в том, что Карское море проходимо. Для того чтобы их разубедить, пришлось предпринять множество удачных экспедиций, после чего можно было констатировать безопасность плавания по данному морю. Это задание было поручено выполнить английскому капитану Уиггинсу. В течение 22 лет он предпринял двенадцать экспедиций в Карское море. В начале 1895 года Уиггинс представил подробные отчеты о своих поездках Царскому русскому географическому обществу, Царскому русскому техническому обществу, Царскому обществу содействия русской торговле и промышленности и Санкт-Петербургскому отделению Общества содействия русскому торговому мореходству.
Потерпев практически полное фиаско в российских научных кругах, ныне покойный М. К. Сидоров обратился к известному географу Петерманну[94] с просьбой опубликовать в своем журнале сообщение о премии в 2000 фунтов стерлингов тому, кто первым дойдет морским путем до устья Енисея. Таким образом капитан Уиггинс узнал о предложении Сидорова и предпринял свое первое полярное путешествие на пароходе «Диана». Проплыв Карское море, он пошел далее на восток до гавани Диксона и вернулся оттуда в Англию. Карское море было свободно ото льда. На следующий год Уиггинс предпринял другую экспедицию, во время которой он опять убедился в отсутствии льда в Карском море. В 1876 году этот храбрый моряк прошел устье Енисея и выгрузил там первую партию товаров, доставленную морским путем. На следующий год к Луковой Протоке (удобная гавань в Енисейском заливе) под руководством капитана Уиггинса пришла целая флотилия, состоявшая из пароходов «Бискай», «Тулей» и «Бард», с которыми прибыло 800 тонн коммерческого груза. Первые два парохода пошли к городу Енисейск, где и зазимовали. Три года спустя пришла еще одна флотилия: пароход «Орестис», яхта «Бланкастр» и речной пароход «Минусинск», которые, помимо
