власти. Затем — сохранение завоеваний революции. Потом шаг за шагом — индустриализация, подготовка в войне, победа, восстановление народного хозяйства, космос, Целина, а потом цели кончились. От космоса отказались, всесоюзные стройки стали обыденностью. И СССР зачах. Нужна большая цель. Объявлять целью захват всей планеты нельзя — это прямой путь к ядерной войне. Втягиваться в гонку общества потребления, как пытались сделать сторонники Брежнева тоже нельзя — ресурсы Земли очень ограничены. Остаётся космос. Нужно направить силы и средства на разработку космических двигателей и систем подъёма на околоземную орбиту. Ближайшую цель для конструкторов можно сформулировать крайне просто: взлёт на высоту двести-триста километров над поверхностью планеты, должен стоить не дороже полёта на реактивном пассажирском самолёте. Поставив эту задачу, нужно готовить из сегодняшних первоклассников космонавтов. Их потребуются миллионы. Нам нужны орбитальные города из бетона и стали, в которых будут заводы и верфи. Нам нужны люди, которые будут там работать. Нужно напрячься, подтянуть пояса ради достижения цели. Мы, система социалистической экономики это сможем, а вот капиталистическая система — не обязательно, потому что здесь требуются слишком долговременные вложения — на сто-двести лет до получения отдачи. Это задача для централизованной плановой экономики, и в случае принятия нашего вызова, США и страны «Золотого миллиарда» будут вынуждены внедрить её у себя, и просто станут странами с государственным капитализмом, а именно таким государством сейчас является СССР. Мы к тому времени, я надеюсь, уйдём ещё дальше по пути строительства коммунизма.
— Освоение Солнечной системы как общенародная цель?
— Именно так. Мы сломаем США в ходе космической гонки.
— Военные будут капризничать.
— Проведите испытания: уроните в заданном квадрате небольшой камень, и пусть генералы посмотрят на результаты. И подумают, чем они будут защищаться от простого камня из космоса.
— Дельно. Только нужно обеспечить секретность таких испытаний. Но это дело будущего. На первых порах маршалу Огаркову и его ближнему кругу достаточно расчётов. В общем, жду от тебя развёрнутую записку. А теперь познакомлю с телохранителями.
Сергей Иванович нажал на кнопку селектора:
— Александр Викторович, Зуйков и Иванов прибыли?
— Так точно, ожидают.
— Пусть входят.
В дверь вошли два парня, чуть постарше меня. Оба подтянутые, гибкие. Лица умные, глаза ясные. Одеты по нынешней моде: один в клетчатый костюм и рубашку с свободно повязанным галстуком, а другой в джинсы и бесформенный свитер. Впрочем, вещи недорогие. Причёски ещё короткие, как память о только что законченной военной службе, но скоро будут по нынешней моде.
— Присаживайтесь, ребята. — командует генерал — У нас неформальный разговор. Инструктаж вы получили, теперь просто уточним некоторые детали взаимодействия. Первое, и оно же главное: один из вас должен постоянно находиться рядом с Юрием. Второе: все бумажки из-под его пера должны быть учтены. Исключение: тетради, рефераты и прочие вещи, которые используются в учебном процессе. Третье: постоянно отслеживаете всех, кто настойчиво пытается приблизиться к Юрию. Особенно это касается не влюблённых девочек, а взрослых людей. Но важнее всего, ребята, это учёба. Вы должны учиться вровень с Юрием, потому что на индивидуальные курсы преподаватели выбирают по склонностям и способностям, и они должны у вас совпадать. И последнее: вы должны доверять друг другу, поскольку вы вместе, как минимум на ближайшие пять лет.
Сергей Иванович встал и подвинул ко мне пакет, лежавший на столе:
— Здесь ордер на квартиру, ваши студенческие билеты, деньги на первое время, права и документы на машину и ключи. Горбатый Запорожец тебя устроит?
— Лично я обошелся бы велосипедом, но раз Вы решили закрепить за мной машину, подчиняюсь.
— Это правильно, ты человек дисциплинированный. Запорожец, кстати, стоит внизу. Водить-то умеешь?
— Обижаете! У меня отец шофер, и Запорожец я водил, знаю.
— Тогда до встречи, Юрий, до свидания, ребята.
* * *
Уже спустившись на улицу, я познакомился с ребятами. Антон Зуйков родом из Саратова, а Сергей Иванов почти земляк, из Кокчетавской области. Парни отслужили срочную в войсках госбезопасности, и тут им предоставили выбор. Выбор такой: отправляться домой, поступать в гэбэшное училище или поступать в МГУ, но с условием, что будут моими телохранителями. Парни без колебаний выбрали МГУ, пусть и с довеском в виде непонятного мажора. Но и тут они успокоились: оказывается, Юрий Бобров личность известная, в том числе и своей скромностью. Ну что же, приятно, что у меня в народе сложилась такая репутация.
Откровенно говоря, я бы с большим удовольствием воспользовался метро: быстро, удобно, красиво. Но приказ есть приказ, едем в машине. За руль сел Антон. Он вообще лидирует в этой паре. Я влез на заднее сиденье и вытянул ноги: суставы до сих пор побаливают после трёхчасовой поездки в микроскопическом тайнике.
— Антон! — скомандовал я — Сейчас мы едем в продовольственный магазин, нужно взять еды на вечер, а после везёшь на квартиру.
— Понял. — кивнул Антон — А может возьмём готовое в кафе? Лично я невеликий повар, Серёга тоже. А Вас припрягать как-то не с руки.
— Мысль хорошая. Кстати, об обязанностях: уборку в квартире, вопросы с прачечной будем решать по очереди. У нас будут гости, они не должны видеть, что вы в подчинённом положении. Это понятно?
— Так точно.
— Армейские выражения из речи исключить, употреблять только в виде шутки, но нечасто. Да, обращаемся друг к другу на ты. Мы старые друзья, когда-то вместе были в пионерлагере, а теперь, поступив на один факультет, решили жить в квартире моей тётки Анны. Сама она постоянно живёт на даче. Вы в армии отслужили, я собираюсь служить после окончания университета.
Квартира оказалась просто громадной, трёхкомнатной, очень похожей на ту, где происходило действие ещё не снятого фильма «Иван Васильевич меняет профессию». Даже детская педальная машина стояла у лестницы в просторном холле. Ну что, буду врать, что фильм снимался именно здесь, может какой дурачок и поверит. Вид с балкона — потрясающий. Лепота!
Распределили комнаты. Я выбрал дальнюю, самую маленькую, зато с выходом на балкон. В прихожей телефон, рядом бумажка с номером. Кручу диск:
— Алло, будьте любезны, позовите Катю Траутманн.
— Я у телефона. Кто говорит? Я узнала! Юра!
— О, это ты? А я не узнал, богатой будешь. Да это я, Юрий Бобров.
— Юра, я все эти дни не отходила от телефона. Где ты пропадал? — раздаётся в трубке взволнованный голос.
Ого! Катя так мною увлеклась? А я думал, что она строит глазки ради журналистской работы. Так сказать, увлечь, чтобы я размяк и выболтал все свои страшные тайны. Но судя по тону, всё серьёзно. Ну да ладно, со временем отфутболю. Но сейчас я
