с Вивьен и Маркусом в начале месяца ездили в горы на пару дней отдохнуть от суеты. Правда Маркус вывихнул ногу и некоторое время им по очереди приходилось таскать его на себе. Профессор передавал тебе привет. Он недавно ездил в столицу к декану для очередных совместных исследований, а когда вернулся, оказалось, что в школе на чердаке завелись летучие мыши. Он так ворчал на Бернис с Брайаном из-за этого, что Бернис обиделась и пригрозила уволиться.
Лора и Бесс тоже передают тебе привет. Я виделась с ними несколько дней назад. Они очень надеются, что вы с Пати благополучно вернётесь и сможете присутствовать на голосовании. Конечно, мы мало что можем сделать, но если будем рядом с ними в этот важный день, то, каким бы ни был исход, наша поддержка не станет лишней.
Я сейчас нахожусь в Италии. Это довольно долгая история и ты наверняка помнишь, что я тебе рассказывала про сеньора Фернандо — местного ростовщика. Так вот, он дал мне расписку, точнее, его, уж не знаю каким образом, принудил к этому мой хороший друг мистер Джон Коул. Собственно, он же и пригасил меня поехать во Флоренцию. Ты только не подумай — между нами ничего нет. Мистер Коул попросил оказать ему услугу по экспертизе картин, которые он собирается купить для Национальной галереи. Я очень волнуюсь, ведь никогда раньше ничем подобным не занималась, но Джон доверяет мне, а значит, я не должна его подвести.
Когда мы только приехали, я не могла поверить своим глазам. Мне очень трудно было сдержать слёзы и, оказавшись наедине с собой в комнате гостиницы, я разрыдалась и проплакала, наверное, с полчаса. До сих пор мне иногда кажется, что это всё происходит не со мной и огромный купол Флорентийского собора за окном — лишь иллюзия. Мистер Коул сейчас занят по торговым делам и некоторое время мои услуги ему не потребуются. Пользуясь этим, я днями напролёт гуляю по городу и окрестностям, как путешественник, который впервые оказался в этих местах и попал под колдовские чары тосканских пейзажей. Я даже отважилась недавно потанцевать вместе с уличными цыганками под гитару на Пьяцца делла Сеньория и чувствовала себя такой счастливой и свободной, как никогда прежде.
Мы ненадолго здесь и свой ответ на это письмо присылай по адресу Кэтлуэлла. Напиши, как вы устроились, как проходит вакцинация и когда вас отпустят домой? Мы все очень ждём тебя и скучаем. Береги себя.
С любовью, Бьянка.»
Бьянка со вздохом опустила руки. Ещё с минуту она размышляла о том, что можно добавить в постскриптум, но так ничего и не придумав, запечатала письмо в конверт, добавив к нему две красивые открытки с видами родного города. Она аккуратно уложила своё творение в сумку, вышла в коридор и направилась к выходу из гостиницы. По пути её окликнул знакомый детский голосок:
— Бьянка! — Софи уже спешила к ней по лестнице, тогда как чопорная гувернантка посылала вслед девочке возмущённые наставления.
— Мисс, не бегайте! Вы упадёте! Осторожнее!
Софи подбежала к девушке и крепко обняла её. Бьянка сделала то же самое и наклонилась, чтобы поцеловать ребёнка. В это время к ним, недовольно хмуря брови, подошла запыхавшаяся воспитательница.
— Мисс, у вас по расписанию прогулка, а вы не надели головной убор, — сухопарая женщина в тёмно-сером строгом платье потрясла в воздухе прелестной розовой шляпкой с кружевом.
— Я хочу гулять с мисс Инноченти! — капризно возмутилась девочка. — С тобой скучно! — она ещё крепче прижалась к Бьянке.
Та перевела на няню виноватый взгляд и спросила:
— Миссис Гарди, можно мы с ней сходим погулять? Я хорошо знаю местность, мы не заблудимся.
Женщина окинула её взглядом, которым обычно одаривала тех, кто не заслуживал ни капли доверия.
— Мисс Софи должна вернуться к половине шестого, — надменно проговорила женщина. — Если с ней что-нибудь случится, то отвечать перед мистером Коулом будете вы, — она передала девушке шляпку, развернулась, не нарушая осанку и скрылась на лестнице.
Бьянка и Софи взялись за руки. Переглянувшись, обе чуть не прыснули со смеху, а когда выбежали на улицу, уже не в силах были удерживать эмоции. Вид этой женщины, вопреки её стараниям, не внушал им трепетного ужаса. Как и многие, чрезмерно преданные своему делу люди, миссис Гарди грешила неспособностью отступать от принятых традиций и менять намеченные планы. Хотя, возможно, ей всё это казалось излишним, как и возможность сблизиться со своей воспитанницей, стать ей другом.
Маршрут прогулки начинался от здания городской почты. Бьянка бросила в большой ящик у входа письмо, после чего принялась рассказывать девочке обо всём, что встречалось им на пути. Но то была не обычная экскурсия с сухим описанием достопримечательностей. За свою жизнь Бьянка излазила вместе с товарищами все закоулки города и знала немало интересных фактов о самых обыкновенных на первый взгляд местах. От палящего солнца они прятались в закоулках узких тёмных улиц, где Софи чуть не наступила на красивую пёструю ящерицу и, вопреки ожиданиям, не испугалась, а пришла в восторг от существа, которое увидела впервые в своей жизни.
После того, как они выскочили из очередного лабиринта улиц, перед ними возникло здание кафетерия. Запах выпечки так сильно раздразнил подруг, что Бьянка, не раздумывая долго, повела Софи трапезничать. Обе радовались тому, что в эти минуты рядом не было гувернантки. Какой бы шум она подняла, увидев их здесь, уплетавшими пирожные, которые не были учтены в дневном рационе юной мисс. За кафе следовал тур по развалинам старинного акведука, за руинами — прогулка в бедном квартале, где девочка подала милостыню нескольким нищим и даже поиграла с местными мальчиками в футбол. Они чуть было не забыли про время и почти бегом бежали к дому, чтобы не получить очередной нагоняй от гувернантки. А когда оказались на крыльце, Софи решилась признаться:
— Бьянка, я коленку поцарапала.
Бьянка в ужасе округлила глаза, осознав в этот миг, что переборщила с развлечениями. Для итальянский сироты, которая проводила на улице большую часть своей жизни, было нормальным лазать по развалинам, играть с мальчишками в футбол, но Софи пришла сюда из другого мира и Бьянка очень остро ощутила, что у Джона теперь могут возникнуть к ней неудобные вопросы. От этого стало не по
