жуткие новости, которые заставили его побелеть от ужаса. «Ваша жена рожает! Домой скорее бегите!». Что значит рожает?! Как такое возможно?! Она же беременна всего три месяца?! Животик за это время вырос так значительно, больше, чем надо бы, если сравнивать с другими женщинами, но рожать? Вот прямо сейчас?!
На ватных ногах он выходил из своего меолёта, когда подъехал к дому. Руки тряслись. Да его всего трясло. Беда… случилась какая-то беда… И он даже боялся заходить в дом. Нет, нужно взять себя в руки, и войти. Василиса расстроена, он сейчас нужен ей, должен думать в первую очередь о ней…
В гостиной его встретила Крайли, которая счастливо улыбалась, и Тео искренне не понимал с чего бы помощнице так улыбаться.
Тут беда такая… вы…вы… выкидыш… Тео с трудом смог заставить себя принять это жуткое слово, а Крайли улыбается!
— Господин, идемте скорее! Василиса вас ждет!
— Игм… — не в силах сказать и слова он что-то неразборчивое гукнул, и отправился за ней следом.
Крайли можно сказать почти втащила его в комнату, подталкивала в спину, и когда они, наконец, оказались в спальне, Тео боялся, что увидит жену в слезах, а она улыбается… Усталая вся такая, взмокшая, и улыбается так широко… Так счастливо… Да что тут такое?! Почему она улыбается, если… если…
— Любимый… — позвала его Василиса. — Не бойся… Все хорошо. Вижу по твоему лицу — ты уже успел нафантазировать себе самое худшее, но ты сам виноват! Идем сюда… Смотри, что покажу!
Тео прошел вперед — боялся, ужасно боялся — но прошел вперёд. Что ему хотят показать? Его мертвого ребенка, что по непонятной причине захотел родиться раньше срока? Нет… Вряд ли он способен лицезреть такой ужас.
Однако он шел вперед. Любимая позвала, и он шел. Она улыбалась, и он сделал несколько шагов на ее улыбку, и когда Василиса убрала с подушки мягкое теплое покрывальце, он увидел фиолетовое чешуйчатое яйцо…
— Что это?.. — бестолково спросил Тео, а все вокруг — медсестры из больницы, Крайли, Василиса — все смеялись в голос.
— Сюрприз! — сказала Крайли.
— Ты, и только ты, виноват в том, что не прочел пособие по беременности драконов, которое я тебе давала, — улыбаясь, ответила ему Василиса. — А если бы прочел, то узнал бы, что драконихи, независимо от того, кто их мужья, вынашивают в себе лишь три месяца — яйцо, а вот уже позже спустя год, а иногда и гораздо-гораздо больше времени, из яйца вылупляется маленький дракоша… Яйцо такое нежное на ощупь, хочешь прикоснуться?..
— Да… — слушая её, как зачарованный, проговорил Тео.
Комната быстро опустела. Они оба не заметили, как Крайли всех выпроводила. Тео сидел на кровати рядом с любимой женой, и она осторожно подала ему фиолетовое яйцо. Несмотря на чешуйки, оно было таким нежным на ощупь. Словно трогаешь бархат… в одну сторону гладенько, а против чешуек — щекотно. Размер яйца был внушительным, как ему казалось. Меньше чем обычный новорожденный ребенок в длину и ширину, но все равно… Любимой наверняка было больно.
— А ты… — поднял он на нее голову, — как ты себя чувствуешь? Тебе было очень больно?..
— Со мной все в порядке, — улыбалась она для него. — Не беспокойся.
— А когда… когда наш малыш… вылупится?..
— Не знаю… Я сама вылупилась лишь через три года, — призналась она, а Тео с удивлением на нее уставился.
— Да за это время ты еще раз сорок новое яйцо родишь… — подметил он.
— Да… — подтвердила она. — С нашей-то любвеобильностью — не исключено!.. Вот только… Тео, мы должны очень бережно относиться к своим яйцам. Они безумно-безумно хрупкие… По идее наш малыш должен вылупиться тогда, когда в полней мере наберет себе сил: жизненных, магических, да в общем-то любых… Но очень часто бывает так, когда яйцу требуется для этого сотня лет, а еще бывает так, что яйца превращаются в чешуйчатые камни, и тогда малыш уже никогда не появится. Ты ведь поможешь ему, правда?.. Сделаешь так, чтобы с ним все было хорошо?
— Конечно, — кивнул он.
— Вот и замечательно… — улыбнулась Василиса. — А то я днями на работе, а няням не объяснишь всего. А ты отец, ты яйцо уже любишь, правда?
— Правда… — кивнул он, и вдруг опомнился… — Что?!.. Какое днями на работе?.. Ты должна быть теперь всегда дома с нашим яйцом! Я ведь тоже работаю!
— Но ты же работаешь дома, — невинно улыбнулась она. — Возьмешь яйцо к себе на коленки, и грей, высиживай.
— Ты прикалываешься, да? — опешил Тео.
— Нет, — с самым серьезным видом ответила Василиса.
— Я ничего не знаю о драконьих яйцах!
— Сам виноват, — важно хмыкнула Василиса. — Прочел бы пособие, которое я давала, всё знал бы… А так сиди теперь дома и грей яйцо. Знай, ему совершенно нельзя остывать!
— Знаешь, я вот всегда знал, что ты та ещё проныра, но чтобы до такой степени!
Любимая показала ему язык, и даже скорчила смешную рожицу. Ясно стало очень точно: спорить с ней дальше бесполезно. Она уже всё решила! И ведь права же… Он чаще работает дома, чем в центре. Может взять на коленки родное яйцо и греть его.
Как же все это нелепо звучит… Кому скажешь, пальцем у виска покрутят.
Уже к следующему утру Тео знал о драконьих яйцах всё, что только можно было найти в справочниках. Особенно ему понравилось: когда ребенок вылупится из яйца, то по возрасту в сравнении с другими малышами, ему будет годик, а вот сильно обеспокоили его слова жены и та информация, в которой говорится, что драконьи яйца действительно очень хрупки. Если остынут — то всё, считай, что это уже просто красивый чешуйчатый булыжник, из которого никто не родиться.
Тео не мог допустить, чтобы такой ужас случился с его малышом. Жене он, конечно, отомстил за пережитый страх и подставу. Да, он виноват в том, что
