при этом сестёр. Ну да, Линка так та вообще сказала, что теперь я ей должен как минимум два желания. Я правда, спрашивать какие не стал, слишком уж у всех, были заинтересованные мордашки. Только кивнул соглашаясь, чем похоже удивил сестрёнку безмерно.
Гул клинков изменил свой ритм, вплетая в него звуки разрезаемых банок. Охрана развлекается. Их как-то раз, отец привлёк, попросив бросать в меня всякую всячину, вот они и готовят снаряды загодя. Папа ведь обещал приличную премию тому, кто попадёт в мою тушку. Ну и пусть их не мешают… Так, а вот камни кидать, это лишнее. Небольшой камешек брошенный низкорослым, но широким в плечах корейцем, шпага разрубила не две половинки не заметив каменность снаряда, второй камень я отбил плоскостью, отправив снаряд обратно. А вот не хрен. Попадание для меня окрасилось ментальным вскриком. Бойцу явно поплохело от возвращённого снаряда.
Не прерывая свой танец, решился на эксперимент, раньше страшно было, а вот сегодня почувствовал свою готовность. На концах клинков загорелись сферы плазмы, следующие за остриями клинков. Рисунок танца тут же поменялся, а к гулу клинков добавился шелестящий треск шаровых молний.
Класс, получилось, вот теперь нужно Ваську, мне нужен спарринг партнёр, интересно как он сможет отбиваться при таком раскладе.
Кот появился, повинуясь мысленному приказу, сразу включившись в танец, он обозначал укол, и уворачивался от сферы, чертиком кружась в противофазе вокруг меня.
Неожиданный взрыв, обдавший меня перегретым паром, заставил прервать тренировку.
Стоявший рядом с бойцами охраны, отец держал в руках полулитровку с водой. Так вот что рвануло. Плазма с водой не лучшая пара.
— Сын, это внешне конечно выглядит красиво, но это неправильно, я надеюсь ты это понимаешь.
— Ага, — я пустил энергию к обожжённым участкам, заодно вспоминая о необходимости подлечить незадачливого бойца, вон он бедняга за руку держится, — спасибо за науку пап.
— Хорошо, что ты понимаешь свои ошибки, — отец ободрительно наблюдал за мною и исчезающей раной на руке корейского гнома, — но сама идея хороша, и нужно её доработать. Сегодня встречаем деда. Надеюсь, ты не забыл? Постарайся не задерживаться в школе. Как там у тебя с тренировками. Мне доложили, что ты вооружил оружием с гербом клана своих кадетов. Это так?
— Так и есть папа. Мне кажется, это будет правильно. Тем более у руководства школы возражений не возникло.
— Ну это как раз, и не удивительно, сам бы мог догадаться, что возражать аристократу в столь щепетильных вопросах простолюдины не станут. Тем более если он ещё мальчишка, и у него есть отец.
— Упс, прости папа, чёт я, кажется, зарвался.
— Как раз ты всё сделал правильно, ты поставил чиновников из дворца перед дилеммой проявив самостоятельность в вопросе, на разрешение которого они ожидали сначала получить запрос, а потом помурыжить наш юристов пару месяцев. Вот только я не понял тех объяснений про тип, какие такие карабины ты раздавал?
— СКС. Самозарядный карабин Симонова. — ляпнул я не задумываясь.
— Кого? Симонова? Это кто такой? Не знаю такого. Автомат, который ты мне дал, тоже этого мастера?
— Автомат? — обана, а про автомат я как-то забыл, — нет пап, автомат придумал и сделал их него легенду знаменитый оружейник Калашников.
— Сын. — отец замолчал, собираясь с мыслями, потом обернувшись взглянул на охрану и направился в дом поманив меня за собой.
В кабинете папа достал из сейфа мой автомат, положив его на зелёное сукно стола.
— Ну давай рассказывай.
— А чего рассказывать, — я взял в руки оружие, отняв магазин, в котором оставался один патрон, а дальше руки привычно начали неполную разборку уже вычищенного автомата, — Михаил Калашников, изобретатель самого надёжного оружия в своём мире. Выиграл государственный конкурс в конце сороковых голов прошлого века, ещё одним конкурсантом был Сергей Симонов, чьими карабинами я вооружил своих кадетов.
Я положил рядом со своим веслом Симоновский карабин, в современном обвесе и тюнинге. Отец молча подошёл, взял в руки легенду советской оружейной промышленности. Покрутил в руках, приложил к плечу заглянув в диоптрий прицела, отнял магазин, внимательно осмотрел затвор, затем выщелкнув пару патронов, так же внимательно осмотрел донца гильз.
— Сын, ты, наверное, не удивишься если я скажу, что не знаю этих мастеров оружейников, а я, если ты помнишь, имею офицерское образование. Впрочем, если учесть твою оговорку про «Свой мир», и прибавить к ней твою дачу, о которой никто из родственников не знает… Сын я жду твоих пояснений в столь неординарной ситуации.
— Пап, а что пояснять, я здесь и сейчас и у меня про дачу тоже много вопросов, одно могу сказать, у меня… ну как бы это сказать две… А может и больше памяти, которые с одной стороны наложены друг на друга, а с другой стороны, информацию я могу фильтровать. Это ещё в больнице началось. — Я посмотрел в глаза внимательно слушающего меня отца, — пап когда я с девчонками вышел на свою дачу, там была соседка, которая нас ждала, она знала что я прибуду и знала что буду не один, она огроменную сковородку картошки нажарила. Думаю, мы со всем этим разберёмся. Вот прилетят дедушка с бабушкой, сядем и разберёмся
— Ты, кстати, встречать их не будешь.
— Жалко. — Я тяжело вздохнул, Я понимаю пап, нельзя всех вместе собирать в одной точке, опасно это. Хорошо, мы с сёстрами подождём вас дома.
— Нет, — глаза отца серьёзны, но эмпатия мне передаёт его сдержанное предвкушение.
— И куда ты нас решил отправить? В бункер?
— Зачем в бункер. Вы поедете в баню, — улыбка растянула его губы делая лицо сразу моложе лет на десять, по всей видимости моё неумение держать серьёзную мину его развеселило, — именно в баню сынок. В Империи, знаешь ли, отличные общественные бани. А Сеул так вообще ими славиться, небезызвестный тебе чеболь Ли владеет лучшими банями города, вот под его крыло и охрану вы и отправитесь.
— Блин, я так и не позвонил деду Хасану, а ведь собирался.
— Вот и хорошо, без меня не звони, Восток дело тонкое.
— Да я понимаю, — Я задумчиво уставился на потёртый приклад калаша, — пап, а ты раньше уже имел дело с такими как Ночная охотница?
