– У оригинала есть коробка и лейбак на самом диске.
– Хорошо. – Председатель кинул оригинальный диск за спину и смахнул коробку со стола. – Оригинал утерян. А с копии, – в руке у него появилась еще одна болванка, – я сделал еще один диск. Что теперь считать оригиналом?
– Оригинала нет.
– Так. Но любая из этих копий, – Председатель кинул болванки на стол, – может служить почти адекватной его заменой. В отсутствие оригинала это лучше, чем ничего. Согласны?
– А где же оригинал?
Председатель и Вэ-Вэ снова переглянулись. На этот раз, как показалось Никушкину, хитро.
– Мы его ищем. Но из-за огромного напластования имитаций сделать это очень не просто.
– Но хоть что-то…
– Боюсь, что ничего. Все, что поначалу кажется реальностью, при тщательной проверке оказывается имитацией. Причем, как я уже говорил, далеко не первого порядка.
– И что же остается? – растерянно посмотрел на профессиональных имитаторов Никушкин.
– Смотря о ком идет речь, – заговорщицки, как показалось Никушкину, улыбнулся Председатель. – Большинство людей будут довольствоваться имитацией жизни, ни о чем не догадываясь. А мы, профессиональные имитаторы, будем стараться поддерживать стабильность. Насколько это возможно.
– И продолжать поиски реальности, конечно, – добавил Вэ-Вэ.
– Конечно, – всецело согласился с ним Председатель.
– Здорово, – уныло кивнул Никушкин.
– Так вы, Олег Рудольфович, с нами?.. Или – как?
Задав вопрос, Вэ-Вэ едва заметно прищурился.
– А у меня есть выбор?
Никушкин был уверен, что услышит в ответ какую-нибудь гадость, которая ему страшно не понравится. Но Председатель даже бровью не повел. А Вэ-Вэ так и вовсе отвернулся, сделав вид, что с интересом рассматривает корешки книг.
– Никто не собирается удерживать вас здесь силой, Олег Рудольфович. Мы пригласили вас стать членом Клуба, искренне надеясь, что это в наших общих интересах. Клуб получает в вашем лице еще одного талантливого имитатора. Вы же… Ну, по-моему, об этом даже смешно говорить…
– Что получаю я?
– Дружище, – перешел на доверительный тон Председатель. – Вы получаете весь мир. И, кстати, меня очень радует то, что вы атеист. Иначе ведь вы черт знает что могли бы о себе возомнить.
– Заканчивайте этот разговор, – не отрывая взгляда от корешков книг, негромко буркнул Вэ-Вэ.
– Одним словом, Олег Рудольфович, – Председатель взял со стола «Библию» и, не глядя, протянул ее Вэ-Вэ. Тот покрутил книгу в руках, ухмыльнулся и поставил на полку, – вы можете выйти отсюда так же, как и пришли. Вернетесь домой, ляжете спать и к утру обо всем забудете.
– Или не забудете, – вставил Вэ-Вэ. – И будете всю оставшуюся жизнь локти кусать, вспоминая, какую возможность упустили.
– Да, – коротко согласился с ним Председатель. – Но, если хотите, можете воспользоваться другой дверью. – Он указал на узкий проход, через который попал в кабинет Вэ-Вэ.
– А что там?
– Попробуйте и узнаете. Я не хочу убеждать вас или оказывать какое-то давление…
– Но вы можете…
– Нет, не могу. Вы сами должны принять решение.
– Или не принять. – Вэ-Вэ взял со стола Председателя медную чашечку, вытряхнул на ладонь пепел сгоревшей ароматической пирамидки, слизнул его и с омерзением скривился. – Хотите знать, что я выбрал бы на вашем месте?
– Вы за идиота меня принимаете?
Вэ-Вэ безразлично пожал плечами и отошел в сторону.
– Кем вы хотели стать в детстве, Олег Рудольфович?
Никушкин задумался.
– Не помню.
– Да не стесняйтесь, Олег Рудольфович, здесь все свои…
– Честное слово, не помню.
– Космонавтом, – ехидно заметил Вэ-Вэ.
– Кстати, а что насчет космоса? Его тоже не существует?
Вэ-Вэ хохотнул негромко.
А Председатель молча указал на проход между книжными шкафами.
– И что, после этого у меня уже не будет дороги назад?
– Вы задаете слишком много вопросов, Олег Рудольфович, – устало вздохнул Председатель.
– Но я хочу знать…
– Все хотят знать. Однако истинное знание дается немногим.
– Хорошо сказал, – похвалил Председателя Вэ-Вэ.
– Спасибо.
Они оба ненормальные, думал, глядя на имитаторов, Никушкин. И я тоже ненормальный, потому что разговариваю с ними о ненормальных вещах. Нужно встать и уйти… Нет, сначала вежливо поблагодарить за прием, потом распрощаться и только после этого уйти… Кстати, могли бы кофе предложить. Как гостеприимные хозяева… Все, пора уходить…
– Кстати, кофе с каждой новой имитацией становится все хуже. То, что мы пьем сейчас, мало чем напоминает тот превосходный напиток, который когда-то называли кофе.
– Ну, хорошо!
Никушкин решительно поднялся на ноги и направился к двери между книжными шкафами.
– Вы не передумаете, Олег Рудольфович?
– Я хочу знать, каким был настоящий кофе.
– Ради этого…
Председатель дернул Вэ-Вэ за рукав.
– Я всего лишь хотел сказать, что ради этого Колумб открыл Америку.
– Колумб открыл Америку ради табака.
– А что такое табак?
– А что такое Америка?
– Кто такой Колумб?
Оба весело рассмеялись.
– Придурки, – неслышно прошептал Никушкин и шагнул в проход между шкафами.
Вэ-Вэ тут же метнулся к одному из шкафов, тихонько толкнул его, и проем закрылся.
– Ну, вот и все, – услышал Никушкин голос Председателя.
Или это был голос Вэ-Вэ?..
А может, его собственный голос?..
Он не прислушивался.
Он не думал о другом.
Он вообще ни о чем не думал.
Он шел по полутемному коридору с голыми кирпичными стенами и сводчатым потолком. Раскинув руки в стороны, он мог прижать ладони к противоположным стенам. А, подняв руку вверх, мог коснуться пальцами потолка. Или ударить кулаком по плоскому, как виниловая пластинка, жестяному рефлектору, под которым тихо умирала лампа накаливания.
Дойдя до конца коридора, он открыл небольшую дверцу и, пригнув голову, вышел в ночь.
Только сейчас, вдохнув прохладный, сырой ночной воздух, он почувствовал, как душно было внутри.
Он стоял в полумраке, рядом с большими бочками, уложенными одна на другую. Из-за бочек выползал свет. Тусклый, желтый, как луна на картинке. Самой луны видно не было, как не было видно и неба. Над головой каменный свод подворотни, ведущей из ниоткуда в никуда.
Услышав шаги, он выглянул из-за бочек.
Навстречу ему шел человек с крайне растерянным выражением на лице. Никушкин вышел из-за бочек, но человек продолжал идти так, будто не видел его.
Неожиданно человек как будто оступился и начал падать.
Никушкин сделал шаг вперед и схватил человека за локоть.
– С вами все в порядке? – спросил он.
Человек смотрел на него так, будто видел привидение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
