― Горе тебе, брат, что случилось с тобой сегодня: может быть, ты состарился и твои суставы ослабели? Я ведь вижу, как ты отстраняешься от этого молодца! Ты давно мог бы поразить его, такого неопытного в бою. Смотри, уже день клонится к закату, а ты все еще не покончил дела. Скажи мне, как ты хочешь поступить с ним?
Тогда Антара ответил:
― Клянусь Аллахом, Шейбуб, в бою с этим юношей я словно зачарованный. Я не удивляюсь, что с Мукри случилась беда: может быть, этот юноша какой-то волшебник или у него есть какой-нибудь чудодейственный талисман?
Но Шейбуб ответил ему:
― Клянусь, брат, ты лишился разума! Этот проклятый сын распутницы уничтожил твою доблесть! Если хочешь, я выстрелю в него из лука и убью его.
И услыхав его слова, Антара вскочил на коня, напал на Майсару, крикнул на него и поразил копьем его коня. Конь упал, а Майсара покатился на землю, и к нему тут же подбежал Шейбуб и связал его, а потом они все пустились в путь.
И Антара намеревался убить Майсару, чтобы отомстить за Мукри, которого они похоронили в степи, но, вспоминая о сне Мукри, Антара думал и о своем сне и хотел понять его значение. Поэтому он поручил Майсару своим всадникам, а сам решил отправиться в Мекку, чтобы спросить толкования сна у жреца Сатиха, который предсказывал события и объяснял сны.
И он ехал несколько дней, пока не прибыл в Мекку. Там он обошел семь раз вокруг священного дома, а на следующий день отправился к дому шейха Абд аль-Мутталиба и увидел, что тот сидит на судейской скамье окруженный шейхами и знатными корейшитами. И когда Антара подошел к шейху, он приветствовал его, а тот взял его за руку и усадил возле себя и, выслушав его, приказал принести Сатиха. А этот Сатих был самым удивительным созданием Аллаха: у него не было ни рук, ни жил, ни костей, ни глаз, ни желудка. Вместо этого у него было несколько душ, которые жили у него под кожей. И когда его хотели перенести с места на место, его сворачивали, как платье, и несли на руках, а потом спрашивали о том, что хотели от него узнать, и он отвечал на все вопросы и предостерегал, если кому-нибудь грозила опасность.
И вот принесли Сатиха и положили его, и все присутствующие дивились его виду и строению, так что их волосы поднялись дыбом. Все приветствовали Сатиха, а он отвечал на приветствие слабым голосом. А когда эмир Антара подошел к жрецу Сатиху и приветствовал его, тот сказал:
― О Абу-ль-Фаварис, о смуглый фарис абситов, о прославленный герой, радуйся увеличению твоего счастья и знай, что Аллах осчастливил тебя, послав тебе двух сыновей, неустрашимых львов, перед которыми склонятся враги и которым покорятся арабы и персы; благодаря им ты достигнешь высочайших степеней. И старший из них пленен тобой, а младшего ты узнаешь через некоторое время. Вот что значит твой сон — ведь луна и меч означают сыновей.
И Антара удивился тому, что жрец знает его сон, хотя он и не рассказывал ему ничего. После этого Сатиха свернули и унесли, Антару же слова жреца наполнили радостью, и он говорил себе:
― Этот пленный юноша, без сомнения, мой сын, потому что во время боя я чувствовал к нему жалость и сострадание. Только я не знаю, кто его мать, — видно, я силой овладел какой-нибудь пленной девушкой во времена моей юности и неведения, и она потом родила мне сына, А если это правда, то с помощью такого сына я унижу всех своих врагов.
И Антара поспешно отправился домой и скакал по степи до тех пор, пока не достиг земель абситов. И узнав о его приближении, друзья Антары вышли к нему навстречу, а Шейбуб подошел к нему и сказал:
― Лучшая встреча — это встреча с сыном.
А Майсара подошел к своему отцу и стал целовать его руки и ноги, а Антара едва не лишился чувств от счастья. Он спешился, обнял сына, стал целовать его, плача от радости, и спросил Шейбуба:
― Я узнал от жреца Сатиха, что он мой сын. А кто рассказал вам об этом? И кто мать этого юноши?
И Шейбуб ответил ему:
― Мать этого юноши — Мехрийя, которую мы отбили от ее жениха в землях Бену Дарим, когда мы отправились туда, чтобы увести Абджара у Лукейта. Помнишь, как ты провел с ней ночь в долине? А когда мы возвращались, мы встретили ее двоюродного брата и отдали ее этому человеку, как она того хотела.
И услыхав от Шейбуба эти слова, Антара все вспомнил и спросил:
― А где сейчас Мехрийя?
И Шейбуб ответил:
― Она у нас в становище, мы разбили для нее шатер и приняли ее с большим уважением.
И Антара еще больше обрадовался, а потом они с Майсарой снова сели на коней и отправились в становище, где их встретил царь Кайс и его братья, которые поздравили их со счастливым возвращением.
А потом Антара направился в свой шатер и приказал позвать Мехрийю, и когда она пришла, он попросил ее рассказать историю их сына. И она сказала:
― О защитник племени Абс, знай, когда ты отдал меня моему двоюродному брату, мы отправились в отдаленные страны Йемена и попросили приюта у одного из племен. Там я родила сына Майсару, и мой муж удивился, увидав, что он чернокожий. Тогда я рассказала ему всю правду, и он сказал мне: «Я знаю, что он взял тебя насильно, и не виню тебя, но мы здесь чужаки, и я боюсь, что над нами будут смеяться, когда увидят этого ребенка. Давай переедем в какое-нибудь другое племя, а там мы скажем, что этот чернокожий ребенок — сын одной из наших рабынь, которая умерла, а мы усыновили его. Я бы убил его, если бы ты согласилась на это, но боюсь, что ты будешь горевать о нем и возненавидишь меня». И мы переехали в другое племя и пробыли там несколько лет, а потом мой муж погиб в одном из набегов, и я сама воспитала Майсару. И потом он полюбил Асму, и с ним произошло все то, о чем ты знаешь. И вот, когда я узнала, что ты захватил Майсару, я побоялась, как бы ты не убил его, и поспешила сюда, чтобы рассказать тебе обо всем.
И Антара подивился рассказу Мехрийи и приказал почитать ее и давать ей все, что нужно, а своему сыну Майсаре он приказал разбить большой шатер, одарил его богатыми платьями, лучшим конем, оружием и снаряжением.
А потом он направился к Абле, и когда он вошел к ней в палатку, она встала ему навстречу, говоря:
― О Антара, ты забыл своих родных и свою первую жену, и Абла у тебя теперь на последнем месте.
И Антара ответил ей:
― Нет, клянусь жизнью, которая дорога мне, о сестра, мое сердце стремится только к тебе, и я не желаю во всем мире никого, кроме тебя. Но ведь эта женщина — мать моего сына, и она одинока, у нее нет ни родичей, ни заступников.
А потом Антара стал утешать Аблу и развлекать ее беседой и произнес стихи, в которых говорилось, что она ему дороже всех на свете и что он никогда ее не забудет.
