дня, чтобы порадовать себя в праздник.
Тата поудобнее устроилась в кровати, вскрыла конверт и начала читать:
Здравствуй, куколка! Меньше всего на свете мне хотелось бы тебя расстроить, но сделать это мне всё-таки придётся…
Два дня назад ко мне приходил твой отец, и разговор с ним заставил меня посмотреть на нашу с тобой жизнь по-другому. Родная моя, что же я делаю с твоей жизнью? Я говорю, что люблю тебя, а сам даже ни разу не спросил тебя, готова ли ты быть со мной с такими сложностями в моей жизни, которые к тебе не имеют отношения.
Шанс на то, что Лиза встанет на ноги очень маленький и если это чудо случится, то я не знаю когда. Через год, два, через десять, двадцать лет… Нет, я не могу так поступать с тобой. Как я не пытаюсь себя обмануть, но подарить тебе ту жизнь, которую я хотел, я уже не смогу. А ты достойна счастливейшей жизни на свете. Я не имею права удерживать тебя рядом с собой.
Я должен честно признаться себе, что моя жизнь после аварии теперь связана с Лизой до конца моих дней. Я хочу верить, что массаж даст эффект и она встанет, но я должен понимать, что этого может не произойти. Для меня теперь в жизни не может быть большей радости как известие о том, что мой сын нашёлся и с ним всё хорошо. Я буду зарабатывать деньги в поте лица на частный розыск, чтобы получить возможность поискать его ещё раз.
Тата, я знаю, как тебе тяжело это читать, но каждая строчка этого письма – чистая правда. Я не хочу, чтобы ты всю жизнь провела в неопределённости, которая сейчас творится в моей жизни и тянет твою жизнь ко дну всё глубже. Эта участь страшнее моей. Я очень хочу, чтобы твоя жизнь в отличие от моей сложилась. Я слишком сильно люблю тебя, чтобы позволить остаться со мной. Не знаю хватит ли мне жизни, чтобы принять это, но я должен и ты должна понять меня, куколка. Так как есть сейчас, быть не должно.
Я всегда буду любить тебя…
Тата сжала в руках мокрый от слёз листок бумаги.
Как же так?..
Она подбежала к двери; чтобы выйти, ей нужно было разбудить Лукьяна. Она погладила его по голове и пёс встал. Тата ринулась к выходу. У входной двери её догнал Матвей.
– Тата, ты куда?
– Мне нужно домой. Сейчас же!
– Куда домой? В особняк Роз?
– Нет, в Нижний Новгород.
– Что?..
– Матвей, у меня нет времени объяснять. Я должна сейчас же уехать.
– В ночь на первое января? Ты с ума сошла! Успокойся и расскажи мне, что случилось?
Тата впервые в жизни ощутила чувство тупика. Выхода больше нет… Надежды больше нет…
Голова пошла кругом и ей стало нечем дышать. Её как будто оглушили. Ей хотелось упасть в обморок и отключиться от этого кошмара. Но кроме мутной видимости вокруг, с ней больше ничего не происходило. Она поддалась головокружению, и её мотнуло в сторону. Но её поймали и куда-то повели.
***
Ощущениями Тата понимала, что оказалась в кровати Дарьи. К её губам стали подносить бокал с травяным напитком. Она хлебнула, а потом перевернулась на спину и зарылась в подушку.
Голосов в её комнате становилось всё меньше и вот они совсем затихли. Тата подняла голову с подушки и вздрогнула, увидев перед собой Матвея. Ей казалось, что все ушли.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил он.
Она подскочила и прижалась к его груди, заливая её слезами.
– Матвей, как же так?.. Он от меня отказывается… Я не вижу смысла жить дальше. Я не знаю, зачем мне нужен завтрашний день. Я с ума сойду…
– Тата, ты говоришь страшные вещи, но я ничего не понимаю…
– Ну почему всё так сложно, Матвей? – она сжала руки в кулаки и стала ударять ими по его груди. – Зачем я узнала, что такое быть с ним? Лучше я бы этого не знала. Что теперь будет значить моя жизнь без него?
Она почувствовала его поглаживающие руки на спине, а потом он произнёс:
– Тата, попей ещё чаю. Давай.
Он подставил под её губы стакан, и Тата с трудом сделала глоток.
– Тебе нужно выпить всё, Тата.
– Не могу…
– Постарайся, пожалуйста…
Тата взяла стакан обеими руками и, сморщив лицо, стала делать глотки до тех пор, пока жидкость не начала вытекать через её нос. Она закашляла и Матвей забрал у неё стакан.
– Вот молодец. А теперь расскажи, что у тебя случилось?
Тата отдала ему в руки конверт с письмом.
– Ты уверена?.. – спросил он, нахмурив брови.
– Да. У меня сил не хватит тебе это пересказать.
Пока Матвей читал письмо от Артёма, Тата потихоньку приходила в себя. То ли чай ей помог, то ли просто время прошло, но постепенно до неё начал доходить смысл его письменных слов.
Когда Матвей прочитал письмо, он мельком заглянул в её глаза и со вздохом произнёс:
– Тата, мне очень жаль, но я думаю, что он прав.
– А я так не думаю! – Тата ударила растопыренными ладонями по матрасу. – Он не имел права принимать это решение без меня! Как это жестоко… Ведь я далеко от него. У меня нет возможности сразу поговорить с ним. Нужно ехать, а ещё и Новый год… Мне стало бы легче, если бы я могла поговорить с ним прямо сейчас.
– Тебе нужно поспать, а завтра…
– Не хочу я завтра! – Тата прижала руку к груди. – Всего несколько минут назад у меня была надежда и я верила. А он отнял её… Я хочу поговорить с ним. Я так не могу…
Матвей ухватился за её плечи и заставил посмотреть в его глаза:
– Тата, я понимаю твоё состояние, но поговорить с ним немедленно у тебя не получится. Просто смирись с этим. Завтра на свежую голову напишешь ему письмо. Не воспринимай эту ситуацию как конец света. Всё можно решить.
Он взял её локон и, прокрутив в пальце, улыбнулся. Тата тоже слегка приподняла уголки губ.
– Ты прав, Матвей… как всегда. Все слава богу живы. И это главное. Спасибо тебе. Господи, чтобы я без тебя делала?..
Ей снова захотелось его обнять, но в этот момент у неё «заработала» голова и она заставила себя этого не делать. Он был человеком, а не её жилеткой. Нельзя было так обращаться с его чувствами.
– Извини меня за
