Не то чтобы у меня челюсть отвисла от увиденного, но удивляться было чему.
— И все? — только и спрашиваю, подходя поближе к инквизитору. — Это что, все, что ты скрывал!?
— А тебе мало? — изумился он.
— Да, мало! Да, ты весь покрыт какими-то серыми иероглифами и вензелями, на тебе места живого нет, но это просто татуировки! Разве тут есть то, что нужно так прятать!? Это даже красиво!
— Ты понимаешь, что это? — на всякий случай спросил Арланд.
— Похоже на арабскую вязь и на японские иероглифы, но этими языками я никогда не владела, — хмыкаю, рассматривая его тело.
Шея, плечи, грудь, руки, даже пальцы были покрыты татуировками, которые немного настораживали своей многозначительностью.
— Бэйр, этими знаками покрывают одержимых. Этими, — он указал на грудь, — простых чертей, этим, на руках, низших демонов, теми, что на животе — средних по силе… я всегда думал, что одержим, потому по мере того, как учился, пытался избавить себя от этого недуга. Я наносил все новые и новые знаки, которые должны были покончить с одержимостью, но ничто не помогало. Как-то, когда я уже не мог выносить ритуалов обновления, ежемесячного обновления всех рисунков, того, что ты видела недавно, я решил наколоть на шее ошейник, с последним знаком которого и я, и высшей демон внутри погибли бы. Но ничего не произошло. Я долго думал над этим и понял, почему ничего не получается… Нельзя изгнать из себя демона, если ты сам — демон. В библиотеках ордена я нашел книги, в которых говорилось о таких демонах, которые рождаются в обличии людей и растут с небывалыми способностями. Это иномиряне, демоны из кармана какого-то другого мира. Они приходят сюда по какой-то вселенской случайности и несут в себе хаос и разрушение. Если такой демон останется на свободе, может произойти катастрофа. Потому и создано Аббатство Церкви Черных Куполов. Монахи отлавливают людей, не подозревающих о своей сущности, и везут их в место, где проверяют, демоны они или нет. Над ними проводят ужасные опыты, никто не выживает уже после четвертого испытания, а всего их более сотни. Каждое испытание проявляет демона внутри, усиливает его. В Аббатстве истязают тело и душу, потому что главная цель демонической сущности — стать сильнее. Отрежь ему руку и через несколько дней при определенных условиях отрастет новая, с прочной кожей и крепкими костями, выколи глаз, и демон будет видеть в темноте без единого лучика света, искалечь душу и он станет величайшим магом… Но никто не выживает, только одному за всю историю удалось выжить и пройти через все мучения. Этот кто-то — Истэка Демонтин. Он пробыл в Аббатстве пленником около пятидесяти лет, а потом, когда стал развитым и всемогущим демоном, смог сбежать оттуда. С тех пор он живет где-то в нашем мире.
— Подожди-ка… ты хочешь сказать, что ты — демон? Демон-экзорцист!?
— Да, — кивнул Арланд. — Скорее всего это так, потому что другого объяснения своим способностям я не вижу.
— И, если это так, то ты до смерти боишься попасть в это Аббатство и… ты иномирянин!? Как и я!? Черт возьми, этот день меня убьет!!!…
От избытка чувств я просто села на ближайшую лавку, чтобы не упасть на нее в следующую же секунду.
— Ты в порядке?
— Да, немного… — киваю. — Охренеть… Нет, лучше бы ты оказался вампиром, это было бы не так удивительно!
— Прости, если напугал тебя, — виновата сказал Арланд, отойдя от меня подальше. Он неуверенно комкал в руках рубашку, думая о чем-то.
— Не напугал, но удивил — не то слово, — вздыхаю. — Только не уходи сейчас, ладно? А то будет совсем ужасно. Сядь лучше рядом, поговорим.
— О чем?
— О нас.
— О нас? — с подозрением переспросил Арланд. — То есть?
— Раз тут охотятся за иномирянами и раз они так опасны, что ты остерегаешься даже раздеться лишний раз, мне тоже есть, чего опасаться, разве нет?
— Ты ведьма, причем признанная. И ты не демон, а человек… была им в том, другом мире. Аббатство никогда не ошибается, они берут только демонов. Люди бы не прошли даже первое испытание, умерли бы, но все, кого поймали, доходили до четвертого. Тебя не поймают, наверное, даже внимания не обратят, — решил он. — Уж я это точно знаю…
— А разве ты мне это рассказал не для того, чтобы предупредить? — удивленно спрашиваю.
— Нет. Я хотел попросить помощи… я думал, ты знаешь, как туда попасть. В другой мир, где все такие, как я.
— Зачем тебе туда? — пораженно смотрю на него. — Вы, демоны, живете в ужасном месте, оно не даром называется Ад. Тем более, этом мир гораздо лучше, уж поверь мне.
— Тебе, наверное, не понять, — вздохнул Арланд. — Если я не отсюда, то мне нечего здесь делать. Я здесь чужак, за которым гоняются с капканами монахи из Церкви Черных Куполов. О них никто не знает, но они повсюду, их миллионы… Я тут дичь, которую вот-вот затравят охотники! Конечно же, я хочу уйти куда-нибудь, где я не буду чужим, где смогу жить спокойно.
Я не нашла, что ему можно ответить. Чужак? Чужак. Нечисть? Нечисть. Родившись таким, Арланд вынужден будет всю жизнь скрываться и мучить себя ритуалами изгнания, чтобы ославить запах своей истинной сущности. И вряд ли ему когда-нибудь удастся это исправить. Даже если он попадет в долгожданный мир демонов, там ему будут мешать его инквизиторские качества, и там за ним будут охотиться, и так его не признают. Арланда можно только пожалеть, посочувствовать его судьбе.
— Ты никогда не задумывался, что став инквизитором совершил большую ошибку? — спрашиваю у него.
— Это было необходимо. Никто не станет подозревать экзорциста в том, что он демон. Это неплохо отведет глаза тем, кто меня ищет, — объяснил Арланд.
Он все еще стоял в стороне, не решаясь подойти.
— Знаешь, что? — говорю, вставая. — А, может, поедешь со мной к Демонтину?
— Что? — удивился Арланд. — Думаешь, он поможет? Везде написано, что он так и смог пробить окно в другой мир…
— А вдруг уже пробил, просто не афишировал? — предполагаю, встав ближе к собеседнику, который, кажется, хочет убежать, так нервно переминается с ноги на ногу. — Мне все равно к нему, так присоединись ко мне. Даже если ты не попадешь в мир демонов, то в моем мире тебя примут любым. Там нет инквизиции или еще кого-то, кто охотиться за иномирянами… журналисты, разве что, но они не станут отрубать тебе руки и выкалывать глаза, это точно! Ты сможешь там жить спокойно, не опасаясь ничего. Можешь даже стать монахом — вряд ли церковь как-то отреагирует на тебя.
— Ты предлагаешь мне отправится с тобой, на эту… Землю? — переспросил Арланд, удивленно разглядывая меня.
— Да, — просто киваю, улыбнувшись. — Так ты согласен?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
