– Это никогда не прекратится, – всхлипнула Ольга, наливая расплескивающийся кофе дрожащей рукой. – Никогда… Даже если мы спрячемся на Северном полюсе, они найдут и убьют нас…
Борис раздумывал, не торопясь отвечать.
– Они, – повторил он. – Но кто – они?
– Как кто? АЦНБ, «коршуны»!
– Сомневаюсь…
– То есть как – сомневаешься? А кто же это? Борис отпил обжигающий напиток.
– Не очень мне верится в мстительность «коршунов». Пусть они… мм… не совсем нормальны, но они профессионалы, а не отъявленные маньяки. По-моему, это люди Бека.
– Да? А им зачем нас убивать? Похитить, я еще понимаю, но убить…
– Кто сказал, что они хотели нас убить?
– Вот тебе раз! А, ну да, они хотели пригласить нас на чай. Чистейшее недоразумение…
– Убить тебя, – сказал Борис. – Тебя, а не нас. В ванной стреляли в тебя. Смотри, все просто. «Коршунам» нет смысла ни убивать, ни похищать нас, но, если бы они все-таки задумали похищение, целью этого похищения была бы ты, правильно? Для них логичнее предположить, что именно ты утаила информацию, и они ни за что не стали бы в тебя стрелять. Но гоняться за тобой они могли бы раньше. Что толку теперь, когда мы здесь? Не круглые же они идиоты.
– А люди Бека?
– Тут совсем другое дело. Они охотятся за мной, то есть за дискетой. Им ведь вряд ли известна вся история. Каким-то образом они выслеживают меня в Англии. Ты для них – только помеха, свидетель, и они стреляют в тебя в ванной…
– Ну конечно! Как я не додумалась! Да, но постой. А зачем они бомбили «Аманду»?
– Бомбили, но не попадали! Все время по правому борту. Хотели бы попасть, попали бы. Они прижимали нас к берегу, опять же, чтобы захватить меня…
– Ты прав. А значит…
– А значит, я возвращаюсь в Россию. Ольга поперхнулась глотком кофе.
– Что?!
– Я знаю, как остановить Бека. Эта мысль давно свербила, как-то неуловимо… не могла оформиться. Черт, я же надеялся, что им не достать нас здесь… И я упустил из виду…
– Что упустил?
– Помнишь слова Левандовского? Примерно так: «Я отдал стилет профессору Калужскому… И подробные схемы расшифровки…»
– Ну и что же?
– Из-за этих схем все равно пришлось бы вернуться. Кто знает, НАСКОЛЬКО они подробны? Если профессор сохранил их, они могут быть опасными. Но это – и оружие против Бека. Надо вновь встретиться с Антоном, и тогда, если удастся их найти…
– А если не удастся?
– В этом случае потруднее придется, но я доиграю до конца. Поведу себя с Беком так, как если бы они у меня были… В глазах Бека у меня создалась некая репутация. Она мне поможет.
– Не понимаю.
– Тебе и не надо понимать.
– И ты хочешь уехать в Россию… Один, без меня? Борис долил в стаканы кофе.
– Оля, а не довольно ли приключений на твою голову? Приедешь, когда все будет позади.
– Нет!
– Прекрати.
– Борис, в нашей будущей жизни я обещаю беспрекословно слушаться тебя во всем. Что хочешь исполню без вопросов и возражений. Но сейчас я говорю «нет».
– Оля, выслушай меня…
Борис не успел обрушить на девушку поток аргументов, потому что в помещение полицейского участка вошел Джек Слейд.
– Поехали, – сказал он. – Мое начальство договорилось с полицией, вас отпускают под мою ответственность. Потом, конечно, вас допросят. От моего коттеджа осталось что-нибудь? Я туда не заезжал.
– Немногое, – сообщил Борис. – Но стены в основном целы.
– Спасибо. Я привез вам одежду. Ту, что на вас, верните полицейским, а свою заберите с собой.
– Откуда вы узнали, что нам понадобится одежда? – полюбопытствовал Градов. – По телефону, кажется, я не просил ее у вас.
– Пол-Англии уже знает в подробностях, что произошло на реке Крауч, – усмехнулся Слейд. – Трудно тонуть и не намокнуть. Ну, поехали в Лондон.
В машине Градов спросил:
– Мистер Слейд, о нападавших есть хоть что-то?
– Пока одни догадки.
– У меня тоже имеются догадки. – Борис коротко посвятил Слейда в свои умозаключения.
– Возможно, – кивнул англичанин. – Расследование едва начато…
– Мистер Слейд, я хочу вернуться в Москву.
– Мы хотим, – поправила его Ольга.
– Вот как?
– Здесь ничуть не безопаснее, – продолжал Борис. – НИГДЕ не безопаснее. А справиться с Беком я смогу только в Москве.
– Здорово! – Слейд вдавил акселератор. – Вот так сразу и справиться?
– У меня появились идеи. Слейд приподнял плечи.
– Вы – свободные люди, Борис. Если вы решите вернуться, я не вправе препятствовать. Но так ли вы уверены, что это были не «коршуны»?
– Да, уверен. АЦНБ – это спецслужба, хотя и своеобразная. А чистая мстительность, по-моему, спецслужбам чужда, нет?
– Вообще-то да. КГБ при коммунизме проводил какие-то ликвидации изменников, но их целью было устрашение, коль скоро преданность делу великого Ленина давала сбои… Не ваш случай.
– Вот видите…
18
В комнате, расположенной справа от кабинета Марстенса, сотрудники Интеллидженс Сервис допрашивали Бориса, слева такой же обработке подвергали Иллерецкую. А в центре, в кабинете, Марстенс беседовал с Джеком Слейдом.
– Исчезновение Ингрэма мне очень не нравится, – сказал Марстенс, глядя в окно. – И еще больше меня смущает тот факт, что его машину обнаружили неподалеку от вашего коттеджа в ту ночь…
– Вы допускаете, что Ингрэм участвовал в нападении?
– Не знаю. По показаниям охранников вертолетного клуба и Тома Лэннинга точно ничего не установишь. Мужчина в маске… Возможно, это был Ингрэм, а может быть, и нет. Второго видели мельком… Но бесспорно, что Ингрэм умел управлять вертолетом.
– А что дали подводные работы?
– Об опознании тел и речи не идет, извлечены лишь фрагменты. Кости, черепа, зубы – все в пыль. Остается экспертный анализ ДНК, но это дело долгое. Под водой нашли исковерканную израильскую автоматическую винтовку «галил АРМ», а в парке аттракционов – глушитель от не найденного пока оружия. На нем есть отпечатки пальцев, но не Ингрэма.
– А машина? Перевозилось ли в ней оружие? Если да, могли остаться следы масла.
– В машине обнаружены два пустых кейса, действительно со следами масла внутри. Такие же следы есть и на сиденье, сейчас их исследуют в полицейской лаборатории. Но ни снаружи, ни внутри кейса нет отпечатков пальцев Ингрэма.
– Ни одного твердого факта, – подытожил Слейд. – Градов и Иллерецкая также не опознали Ингрэма по фотографии, но не отрицают, что это мог быть и он.
– Косвенные улики – великая вещь, Джек, – произнес Марстенс. – Скольких людей осудили на смерть на основании косвенных улик…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
