Регрессу подвергнутся и способы перемещения, подумал он. От ракетной тяги к реактивному самолету, от реактивного самолета к пропеллеру, потом угольные паровозы, повозки на конной тяге… Нет, вряд ли до этого дойдет. Хотя в руках у нас сорокалетней давности магнитофон с лентопротяжкой на резиновых роликах и пасиках. Может, и дойдет.
Эл и Джо быстро направились к лифту, Джо нажал кнопку, и они застыли в ожидании, погруженные каждый в свои мысли.
С лязгом остановился лифт, Эл вышел из оцепенения и машинально распахнул железные решетчатые двери.
Перед ним оказалась открытая кабина с полированными медными поручнями, В углу с сонным видом сидел на стуле лифтер в униформе. Он равнодушно взглянул на них и потянулся к тумблеру. Эла передернуло.
— Не входи! — Он схватил Джо за рукав. — Ты посмотри и вспомни, на каком лифте мы спускались! Гидравлический, закрытый, бесшумный, без…
Эл осекся, ибо древнее лязгающее сооружение растворилось, а на его месте возник привычный лифт. Старый, однако, не исчез совершенно, дрожал на периферии зрения, словно готовясь снова материализоваться, как только Эл и Джо ослабят внимание. Он хочет вернуться, понял Эл. Он намерен вернуться. Мы можем это отсрочить, но составляющая направленных в прошлое сил начинает доминировать. Старое наступает быстрее, чем мы предполагали. Сейчас в один момент могут пролететь сто лет. Этот лифт был столетней давности.
И тем не менее мы, похоже, способны в некоторой степени контролировать этот процесс. Нам все–таки удалось вернуть современный лифт. Если мы соберемся все вместе, объединив не два, а двенадцать сознаний…
— Что тебе померещилось? — спросил Джо. — Почему ты запретил мне входить?
— Ты что, не видел старого лифта? Открытая кабина, медь — все на уровне 1910 года! И лифтер на стуле!
— Нет.
— Хоть что–нибудь ты видел?
— Вот это, — Джо показал перед собой. — Обычный лифт, на котором я каждый день езжу на работу. Я видел то, что вижу всегда, то, что вижу сейчас.
Джо вошел в лифт.
Наше восприятие становится различным, понял Эл. Интересно, что это означает?
Ему стало не по себе. Он почувствовал темную, страшную угрозу, будто произошла самая ужасная перемена с момента смерти Ранситера. Они стали изменяться с разной скоростью. Кольнуло острое интуитивное прозрение, что именно это испытывала перед смертью Венди Райт.
Интересно, сколько осталось мне, подумал Эл.
Он вдруг ощутил коварное, всепроникающее похолодание, которое давно подкрадывалось к нему и всему окружающему миру. Вспомнились последние минуты на Луне. Холод исказил очертания предметов. Ледяные пузыри коробили поверхности, раздувались и громко лопались. В открытые раны затекало студеное дыхание и пробиралось внутрь, к сердцевине, к самой сути, которая делала все вещи живыми. К ледяной пустыне с застывшими валунами подступила тьма, на миг ослепив его полностью.
Но ведь все это, подумал Эл, только мое восприятие. На самом деле вселенная не похоронена под пластами ветра, холода и льда, они внутри меня, хотя мне кажется, что я вижу их снаружи. Как странно. Неужели внутри меня целый мир? Заточенный в моем теле?.. Наверное, так ощущается смерть, сказал он себе. Моя неопределенность, погружение в энтропию — это процесс, а лед — результат этого процесса. Когда меня не станет — исчезнет целый мир.
Может быть, я смогу во всем разобраться, если просто прилягу и отдохну, найду в себе силы все обдумать.
— Что случилось? — спросил Джо.
— Ничего, — коротко ответил Эл. Лифт продолжал подниматься. Больше они не разговаривали.
Войдя в конференц–зал, Джо сообразил, что Эла с ним нет.
Обернувшись, он увидел его в конце коридора. Эл застыл на месте и не двигался.
— В чем дело? У тебя все в порядке?
— Я устал, — вздохнул Эл.
— Ты неважно выглядишь. — Джо стало не по себе.
— Мне надо в туалет. Ты иди к остальным, посмотри, все ли в порядке, а я скоро подойду. — Эл сделал несколько неуверенных шагов. — Все будет хорошо. — Он неуклюже пошел по коридору, словно едва видел дорогу.
— Я тебя провожу.
— Только плесну теплой воды в лицо, — пробормотал Эл, толкая дверь туалета.
Что–то с ним случилось, подумал Джо, стоя в коридоре. Увидев старый лифт, он изменился. Интересно, почему. В дверях показался Эл.
— Что? — выдохнул Джо, увидев выражение его лица.
— Взгляни, — Эл ввалился внутрь и показал на стену, — графити. В туалетах всегда пишут на стенах. Ты прочти.
Карандашом или фиолетовой пастой на стене было написано:
Прыгай с писсуара, бейся головой,
Все равно вы мертвые, а я живой.
— Ты узнал? — прошептал Эл. — Почерк Ранситера.
— Да, — Джо кивнул. — Это Ранситер.
— Ну вот мы и знаем правду.
— Это правда?
— Конечно. Теперь уже ясно.
— Ну и способ, черт побери, узнавать истину. Со стены туалета. — Джо стало просто обидно.
— На стенах так и пишут. Коротко и ясно. Мы могли месяцами читать газеты, смотреть телевизор, прислушиваться к видеофону — и ни о чем не догадываться. Пока бы нам прямо не сказали.
— Но мы не мертвые! — воскликнул Джо. — Кроме Венди.
— Мы в полужизни. Может, еще на «Пратфоле–II», может, еще возвращаемся на Землю после того, как взрыв убил нас, — нас, не Ранситера. А он пытается принять поток наших протофазонов. Пока что у него не выходит, он не может установить обратную связь. Но он к нам пробивается. Мы наталкиваемся на него повсюду, даже в случайно выбранных местах… Меня тошнит. — Эл склонился над раковиной, открыл кран и плеснул водой в лицо, Джо видел, что вода не теплая: в струе сверкали и потрескивали льдинки. — Ты ступай в конференц–зал. Я подойду, когда мне полегчает, если мне вообще когда–нибудь станет легче.
— Я лучше побуду с тобой.
— Нет, черт побери, оставь меня! Слышишь? — С посеревшим, искаженным гримасой лицом Эл вытолкнул Джо в коридор. — Иди, иди, проверь, как там все!
Эл кинулся обратно в туалет. Джо заметил, как он схватился за глаза и согнулся. Дверь закрылась.
— Ну ладно, — с сомнением пробормотал Джо. — Побуду с остальными в конференц–зале… Эл? — Джо прислушался. Боже, с ним действительно происходит что–то страшное. — Я должен убедиться, что с тобой все в порядке! — С этими словами он распахнул дверь.
Спокойно и едва слышно Эл произнес:
— Слишком поздно, Джо. Не смотри.
Внутри было темно. Очевидно, Элу каким–то образом удалось выключить свет.
— Ты мне ничем не поможешь. — Голос Эла был слаб, но не дрожал. — Нам не следовало отделяться от остальных; из–за этого погибла Венди. Ты, может, проживешь еще немного, если найдешь их и будешь с ними неотлучно. Скажи им это, пусть все поймут! Ты сам понял?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
