Все изменилось так же внезапно, как и началось. Когда массивные стены рухнули, во все стороны дунул мощный порыв воздуха. Пыль заполнила всю округу, а кроме того, упавшая громадина разлетелась на более мелкие куски, которые от удара словно футбольные мячи полетели во все стороны, подпрыгивая и отскакивая от земли.
— Все назад! За спину! Быстро! — пока люди пытались убежать подальше от эпицентра, феникс поступила наоборот и вышла вперед, пытаясь остановить как можно больше летящих во всех стороны снарядов. Но если у нее и получалось хотя бы немного уменьшить количество опасности, то на других направлениях был полный швах.
Булыжники на огромной скорости влетали в людей, сбивая с ног, раскидывая их словно кегли, дробили кости. Воздух буквально вибрировал от криков боли и помощи.
Благо, что продлилась экзекуция недолго, и уже спустя пару минут все улеглось.
Фу Хуа несколько растерянно осматривала окружающих. Кто-то спешил побыстрее убраться подальше, некоторые, уже не ожидая больше сюрпризов, просто сидели на асфальте. Откуда-то доносился плач, с другой стороны — стоны.
Пыль постепенно оседала, давая возможность оценить масштабы бедствия. Впрочем, к облегчению феникса, ничего серьезного не случилось. Да, многие получили травмы, но жить будут.
“Нужно найти Джека и остальных”.
Фу Хуа кивнула собственным мыслям. Девушка даже не думала о том, что могло что-то произойти. Ведь она каждому уделила внимание. Проследила, чтобы все выбрались из здания. Однако нотка тревоги на душе все же имелась — и усилилась, когда феникс заметила бегущую в ее сторону Араши. На кролике буквально лица не было.
— Что случилось?
— Джек, он… там…
У феникса екнуло сердце.
— Где?
Кролик оперлась на колени и выдохнула.
— Его завалило.
Теперь безобидная куча бетона уже не выглядела такой безобидной. Узнав обстоятельства, феникс прикинула, где сейчас мог находиться Джек, а затем обвела взглядом высоту, на которой возвышались обломки.
— Я не знаю как, — Фу Хуа еще раз окинула взглядом обломки, — но мы его вытащим.
***
А-а-а-аха-ха, бляха-муха. Говорят, мол, надейся на лучшее, но готовься к худшему. В общем-то, я не против следовать этому правилу и действительно надеяться, что все будет хорошо, но как можно было подготовиться к такой подставе?!
Когда вода поднялась по щиколотку, я мечтал о том, что она все же найдет какие-нибудь щели и успешно потечет дальше, оставив нас в покое, однако уже на уровне пояса у меня закрались подозрения, что вот конкретно в моей яме нет никаких щелей. Кроме одной, да и та контуженная.
Возможно, вода все же уходила, но насколько я сейчас могу заметить, прибывало значительно больше, а потому ее уровень довольно быстро рос.
Рита до сих пор находилась в бессознательном состоянии и лишь иногда издавала страдальческие звуки, большего о ней я сказать не мог.
А вообще, блин, отличная ситуация! Погребенный заживо, умру захлебнувшись, к тому же в полнейшей темноте. Было ли страшно? Да. Немного. Голова по-прежнему надеялась на лучшее. Хотя, той же головой я понимал, что чуду тупо неоткуда взяться. Я даже стены пытался простучать, но все было тщетно.
– “Джек?”
— Хон?
– “Мне кажется, у нас сегодня не очень удачный день”.
— Хах, нет, дружище, тебе не кажется.
В этот момент я понадеялся, что если меня не станет, то Иделька с Филькой каким-то чудом выживут. Да и если уж на то пошло, я тоже рассчитывал на капельку чуда, потому как другого способа выбраться не знал.
Тем временем воды становилось все больше. На уровне шеи мне пришлось перехватить Риту и, прижав к себе, поднять ее голову над поверхностью. Так она хотя бы немного дольше сможет дышать.
Воздушный карман уменьшался с каждой секундой. Особенно страшно стало, когда я почувствовал, как вода начала касаться ушей. Вот тут я, мягко говоря, запаниковал.
И, конечно же, наступил тот момент, когда мой нос уперся в потолок. Это был финиш. Перед глазами пролетела если не вся жизнь, то многие моменты, которые так или иначе были связаны с дорогими моему сердцу людьми.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Последнее, что я сделал, так это набрал полные легкие воздуха. Зачем? А хрен его знает. Все еще надеялся на чудо.
Дальше была тьма. Нет, не бессознательная, как у меня это обычно бывает. Я просто погрузился на дно своей каменной клетки.
Спустя секунд десять очнулась Рита. Валькирия дернулась в одну сторону, в другую, я же только крепко сжал ее ладонь.
Как оказалось, когда ты окружен тьмой, то почему-то так важно чувствовать хотя бы какое-нибудь тепло. Пусть оно даже исходит от ладони этой неугомонной засранки, которая, похоже, будет похоронена здесь рядом со мной. И, видимо, осознав, что произошло, валькирия успокоилась. Рита тоже с силой сжала мою руку.
И все же глупо. Как же глупо сдохнуть вот так. Пережив столько всего, погибнуть так нелепо.
Оставалось немного. Я буквально каждой клеткой своего тела ощущал, как быстро заканчивается воздух. И в какой-то момент просто открыл глаза.
Да, вокруг было темно. Все звуки стали приглушенными. Отчетливо слышалось только то, как мерно бьется мое собственное сердце.
Самое время, чтобы тяжело вздохнуть, но увы. Мысленно усмехнувшись, взмахнул головой.
И тут мое внимание неожиданно привлекла маленькая блестящая точка на полу. Я понял, что уже видел ее, когда только погрузился, но мозг почему-то воспринял это на уровне мусора. Как нечто абсолютно неважное, словно обычный осколок стекла. Но даже если это он и был, то эта падла никак не могла блестеть там, где нет света, а значит, он есть. И если сделать расширить это маленькое отверстие до состояния дыры, то мы вполне можем выжить.
В этот момент у меня появилась надежда, а вместе с ней и план. Время шло на секунды. Отправив бестию поплавать в сторонку, сам встал у основания колонны. Именно ее я планировали использовать как таран.
Упершись хвостами в пол, я изо всех сил дернул колонну вверх. К моему удивлению, она ни на грош не стала легче в воде. А организм тем временем уже начал требовать живительный кислород. Хотя бы один глоток воздуха.
Вложив все, что есть, мне удалось поднять колонну достаточно высоко. Оставалось надеяться, что сил хватит, чтоб расковырять это чертово отверстие.
Переместив все хвосты к потолку, я хорошенько уперся и долбанул что есть сил. Таран устремился в землю. Раздался удар. Глухой и, я бы даже сказал, какой-то утробный, но довольно сильный. Следом — хруст, и вдруг точка света превращается в огромный овал.
Надеюсь, это не портал в ад.
Колонна полетела вниз, а вместе с ней и мы.
Едва почувствовав под собой твердую поверхность, тут же рванул в сторону, хвостами утягивая за собой Риту. Не знаю уж, где мы оказались — глаза еще не успели освободиться от воды, — но здесь всяко лучше, чем там, где были ранее.
— Кха-кха! Мать твою же… кхе…
Поднявшись на карачки, я все же смог осмотреться.
То место, куда мы попали, было довольно просторным. В метрах не скажу, но, думаю, сюда вполне могло поместиться около двадцати машин. Что касается выхода, то его, естественно, завалило, причем с обеих сторон. Однако перекрытия выглядели довольно надежно, а это значит, что мы вполне можем дождаться спасения здесь.
К слову, основные лампы не работали. Свет исходил от довольно тусклых аварийных светильников, расположенных на стенах. Не знаю, каким образом я вообще его заметил, потому как сейчас он таким ярким мне совсем не казался.
— Подземная парковка… Кто бы мог подумать… Хон, ты веришь в это?
– “Во что? В подземные парковки?”
— Хах, нет. В то, что мы выжили.
– “Я даже не сомневался, Джек. Кстати, насчет “мы”. Не хочешь проверить, как там уважаемая мадемуазель Рита?”
Мадемуазель, епт. Как что скажет…
Впрочем, Хон вовремя о ней вспомнил, потому как наша мадемуазель сейчас лежала лицом в луже и пускала пузыри.
Аккуратно уложив валькирию около стены, я теперь мог провести нормальный осмотр. Конечно, не уровня Ангелы, но первую помощь оказать мне по силам. А дела у Риты шли неважно. Платье вымокшее и грязное. Столь привычный безупречно белый фартук сейчас был буквально пропитан кровью. Даже вода из фонтана никак не повлияла на ситуацию. Здоровый цвет лица стал болезненно бледным. А при каждом выдохе девушка жутко хрипела, иногда срываясь на жуткий кашель.
