тех пор как Бар с Алис снова живут в академии, тут стало слишком много драконов!
Под руку с мужем я вышла из оранжереи. Мы свернули на большой балкон, с которого было хорошо видно задний полигон. Место для магических тренировок, куда мы выпускали всех наших детей порезвиться.
На соседних балконах действительно было немало зрителей.
На полигоне все мелькало, взрывалось безопасными, но яркими молниями, вспыхивало огненными шарами. Четверо мальчишек от четырех до шести с половиной лет бегали друг за другом, кидались нехитрой магией. Это были наши с Родвером сыновья – старший Гаурин и младший Бодир, и близняшки Бара и Алис – Дарлор и Краус.
Иногда двое из мальчишек – сыновья Бара – превращались в маленьких драконов. Впрочем, летали они еще плохо, да и защитный купол сверху предотвращал попытки отправиться в самостоятельное путешествие. Поэтому нашим с Родвером сыновьям было не сложно хватать друзей за хвосты, дергать, смеяться, катиться кубарем по земле…
– Ох уж эти ваши молодецкие забавы! – улыбнулась я. – Жду не дождусь, когда родится наша принцесса. Мы с ней будем вышивать, играть в куклы…
– Выращивать цветочки, – продолжил за меня Родвер.
– Да, и выращивать цветочки! Откуда ты знаешь?
– Я знаю тебя, любовь моя. К тому же ты говоришь так каждый раз, как видишь эту кутерьму. Гаурин, Бодир, полетели домой, мама устала! – крикнул Родвер вниз. Гаурин как раз оседлал маленького бронзового дракона Дарлора и кричал: «Иго-го, моя летающая лошадка!» Дарлор, разумеется, был не в восторге, пытался скинуть захватчика.
– Все равно драконы сильнее! – заявил Дарлор, превратившись обратно в темноволосого мальчика. Видимо, решил, что другого способа избавиться от наездника, кроме как просто перестать быть «лошадкой», не существует.
Да, наши сыновья унаследовали огромную магическую силу своего отца. Но второй драконьей ипостаси у них не было и быть не могло. Увы.
– Ничего подобного! – ответил Гаурин. – Без второй ипостаси даже лучше! Нет хвоста – значит, не за что дергать!
– К тому же наш папа тепель тоже длакон! – поддержал старшего брата Бодир.
– Неважно, кто тут дракон, а кто нет! – громче крикнул самый старший из мальчишек. То есть мой муж-дракон Родвер Гайнорис. – Если не успокоитесь, я всем вам хвосты накручу – и существующие и несуществующие!
Мальчишки восприняли угрозу всерьез, ведь Родвер действительно не бросал слов на ветер. Маленькой темноволосой шеренгой они выстроились перед балконом, на котором стояли мы с Родвером.
– Папа, а домой мы на тебе полетим? – хитро улыбнувшись, спросил Гаурин.
– Нет, конечно, – сказал Родвер. – Вы же знаете, маме сейчас не стоит летать на драконе.
– Тогда покатай нас сначала! Пелед тем, как ехать домой! – заявил Бодир. – Мы уже два дня не летали!
– Дядя Родвер, пожалуйста! – поддержали его сыновья Бара.
– Ладно! – махнул рукой Родвер. Я знала, что ему и самому нравится катать всю эту ораву. – Дорогая, ты позволишь нам полетать в суровой мужской компании?
– Ну почему бы нет, – улыбнулась я. – Чем больше ты их укатаешь, чем спокойнее они будут вечером. И тем лучше будут есть ужин…
Родвер спустился на полигон. Я заметила, как зрители на соседних балконах замерли в предвкушении. Не каждый день показывают, как легендарный герцог и глава королевской службы безопасности Эйдорина превращается в огромного черного дракона.
Обращался Родвер дольше, чем обычные драконы. Все же его тело не было приспособлено для таких метаморфоз, процесс требовал от него усилий. Но я знала, что одновременно он доставляет ему истинное наслаждение. Обретение второй ипостаси – это обретение недостающей части мозаики для каждого, в ком живет драконий дух.
Когда пару лет назад Родвер впервые обратился, Бар заявил, что «дух окончательно взял власть над плотью, а помогло этому обретение истинной пары». Поэтому предсказание Бара, что Родвер еще может начать обращаться, сбылось раньше, чем мы ожидали.
А я считаю, неважно, какая там пара, просто истинная любовь творит чудеса. Это любовь, а не что-то еще, разбудила дух Гайнира и изменила тело Родвера. Для любви нет ограничений и преград, ни магических, ни физических. Просто истинная любовь не так часто встречается, поэтому и чудеса происходят не каждый день.
Черный вихрь крутился почти пять минут, потом собрался в огромного черного дракона.
Родвер-Гайнир был великолепен: мощный, блестящий, хищный. Четверо мальчишек быстро вскарабкались по гигантской ноге. Делали они это ловко, привычно. Ведь и Родвер, и Бар часто баловали их такими прогулками.
– Только не урони никого! – крикнула я мысленно, когда под изумленные вздохи они начали подниматься в небо. Просто на всякий случай, знала, что ничего страшного не случится. Родвер ни за что никого не уронит, а эти сорванцы ни за что не упадут, ведь полет у них в крови.
Для кого-то полет на драконе – экзотика, невиданное зрелище. А для меня и наших детей – обычная часть жизни. Я и сама любитель полетать на своем муже. Это и приятно, и удобно, и быстро. Когда наша принцесса родится, обязательно снова начну это делать.
А пока пусть полетают «суровой мужской компанией». Потом поедем домой.
Кстати, и Бара с Алис нужно пригласить на ужин, подумала я. Вызвала Снурри и отправила его с весточкой к любимым друзьям. Крошечный дракон, между прочим, тоже дракон, улыбалась я, глядя на него.
Драконов у нас тут много: разных габаритов, разноцветных и с разными характерами. И каждый прекрасен по-своему. И я люблю их всех. Просто одного черного дракона люблю больше всех остальных.
Повезло ему, ничего не скажешь.
Примечания
1
Эту историю придумала не я. Такая маленькая смешная сказочка ходит по интернету, я ее просто немного модифицировала, так как она очень мне нравится. К сожалению, не знаю, кто ее автор (прим. авт.).
2
Дорогие читатели, ответьте, что за дракон Гайнир и какова была его судьба, когда он ушел из мира Магрит, Родвера и Бара? J Кто читает мои книги, вполне может вспомнить его. А еще может вспомнить фамилию героя другой книги, созвучную имени этого дракона. J
