попали в поле ее периферийного зрения с оружием, направленным на Аркантуса.
Ваунд поднял меч, остановив жужжащее лезвие в сантиметре от глаза Саманты. Она попыталась откинуться назад, но пошевелиться было невозможно, деваться было некуда. Она все еще видела Аркантуса одним глазом, черты его лица были более демоническими, чем когда-либо, из-за ярости и беспокойства, другой глаз видел только ее неминуемую смерть.
Ей хотелось снова сказать Арку, как сильно она его любит. Хотела бы она сказать ему, что на этот раз она не сожалеет — когда дело касалось его, Саманта ни о чем не жалела.
Сердце Аркантуса несколько мгновений не билось, дыхание застряло у него в горле. Малейшее движение руки Ваунда причинило бы Саманте огромную боль и нанесло бы ущерб. Всепоглощающая ярость и леденящий страх боролись внутри него за превосходство.
— Брось оружие, седхи, — сказал Ваунд.
Между Арком и Сэм… между Арком и Ваундом было всего несколько метров, но он не мог выстрелить. Это было бы слишком опасно для нее. И слишком велика вероятность, что шлем Ваунда был защищен от бластерного огня.
Стиснув зубы, Аркантус перевел центральный глаз на Драккала, ажера, казалось, дышал, но в остальном был неподвижен. Его левая рука лежала на полу в метре от тела, аккуратно отрубленная чуть выше локтя. Это вызвало новую вспышку гнева в животе Арка. Слишком близко к тому, что Ваунд сделал с ним много лет назад.
Аркантус медленно убрал палец со спускового крючка, направил ствол вниз и бросил оружие в сторону Ваунда. Оно с грохотом остановилось у его ног.
— Если ты причинишь ей боль, Ваунд, я…
— Ты не в том положении, чтобы угрожать, седхи, — Ваунд кивнул подбородком в сторону двери позади Аркантуса. — Скажи своей команде, чтобы выходили.
— Их там нет, — ответил Аркантус, — он мог только надеяться, что они двигались достаточно быстро, и что они закрыли за собой люк.
Ваунд несколько секунд молчал.
В мастерской прогремел взрыв — судя по звуку, рядом со столом Арка. За взрывом последовали звуки падающих обломков и потрескивание электричества.
— Идите туда. Убейте всех, кого найдете, — сказал Ваунд.
Головорезы Синдиката поспешили вперед, держась по бокам от частично открытой противопожарной двери. Аркантус задержал взгляд на Ваунде, когда в мастерской взорвались светошумовые гранаты, взрывы оставили звон в ушах Арка, это почти заглушило звуки врывающихся в комнату боевиков Синдиката.
Ваунд продолжал удерживать Саманту, чьи глаза были широко раскрыты и полны страха. Энергетический клинок был невероятно устойчив в его руке.
— Освободи ее, — сказал Аркантус.
— Я должен убить ее, — Ваунд поднес лезвие чуть ближе к бледной коже Саманты.
Она съежилась и тихо заскулила.
Внутренности Аркантуса скрутило узлом, и он сжал кулаки.
Смех Ваунда был подобен электрическому разряду, вырвавшемуся из сломанного корпуса.
— Но я не собираюсь. Я причиню ей боль, можешь быть уверен в этом, но потом я оставлю ее у себя.
— Здесь никого нет, босс, — крикнул кто-то из глубины мастерской.
— Где они, седхи? — спросил Ваунд.
— Нас только двое, Ваунд, — сказал Арк, изо всех сил стараясь, чтобы его голос звучал ровно. Он не мог позволить себе забыть один из уроков, которые усвоил давным-давно — битву можно выиграть до нанесения первого удара, если заранее проникнуть в голову противника.
Аркантус сосредоточил свою ярость в крошечной точке, в мощной, контролируемой форме и позволил инстинктам и страху охладить ее, это было бы оружие, которым он мог бы намеренно воспользоваться против своего врага, смертоносный инструмент. Он не мог позволить этому контролировать его, иначе проиграл бы.
Ваунд снова рассмеялся и оттолкнул Саманту в сторону. Она, спотыкаясь, прошла полдюжины шагов, прежде чем тяжело рухнуть на пол. К облегчению Аркантуса, ее голова немедленно вскинулась, но на лице был написан ужас. Ее плечи вздымались от быстрого, судорожного дыхания.
— Мы двое и двадцать моих людей в комнате позади тебя, — сказал Ваунд.
— Я думал, это должен был быть честный бой, — сказал Аркантус. — Или дело в том, что ты все еще не можешь победить меня без удерживающей банды?
Ваунд поднял пустую руку, сорвал с себя плащ и отбросил его в сторону. Его обнаженный торс был худощавым, с твердыми, неправильной формы выступами мышц, а из-под пепельной кожи предплечий выступали бронированные пластины. Изодранная плоть, измазанная темно-синим ихором15, свисала с его груди. Он выглядел более похожим на скелет и менее живым, чем когда-либо прежде, его грудь даже не двигалась от хриплого дыхания, проходящего через поврежденную трубку в шлеме.
— Мне не нужна помощь, чтобы убить тебя, седхи.
— Хорошо. Я просто хотел убедиться, что мы понимаем друг друга, — Аркантус поднял руку, подключил нейронную связь к автоматическим канонам, установленным на потолке мастерской, и щелкнул запястьем, чтобы включить режим автоматического устранения угрозы.
К тяжелым ударам скорострельной канонады на несколько коротких мгновений присоединились крики незваных гостей в мастерской. Вспышки света пульсировали из-под открытой противопожарной двери, отбрасывая мерцающие тени вокруг Аркантуса. Все было кончено в течение четырех или пяти секунд, единственным звуком, оставшимся после того, как канонады смолкли, было напряженное дыхание Ваунда.
— Не имеет значения, сколько еще у тебя снаружи, — сказал Аркантус. — Ты будешь мертв прежде, чем они доберутся сюда.
Ваунд издал жужжащий рык.
— Я собираюсь снова отрезать тебе конечности, одну за другой, и твоя терранка будет смотреть. До конца своей жалкой жизни ее будет преследовать то, что я с тобой сделаю.
Аркантус открыл отделение на своем левом предплечье, опустив рукоять меча жесткого света в подставленную руку. Он активировал оружие, и из рукояти материализовалось полупрозрачное желтое лезвие.
Ваунд медленно обошел его слева, Аркантус повторил движение врага, сохраняя дистанцию между ними, пока Ваунд приближался к большой двери, а Аркантус к Саманте, что закрывала собой Драккала.
— Ты мог бы просто принять мое предложение много лет назад. Мы могли бы избежать всего этого. Всей этой боли и раздоров, — сказал Арк. Но он не сожалел о том, как все произошло, не сожалел о том, что был вынужден бежать из Кальдориуса, потому что эта цепочка событий,
