вложенная в тот удар, растаяла, столкнувшись с защитой Лан Ина, и принц не причинил ему никакого вреда. Обнаружив это, он сменил тактику: сделал ставку не на духовные силы, а на обычное оружие, и даже схлестнулся с врагом врукопашную. Да только Лан Ин оказался невероятно выносливым – ничто его не брало!
Вдалеке послышались рыдания:
– Ваше высочество, спасите меня!
Се Лянь в этот момент взял из рук Фэн Синя чашу с водой и только отпил глоток, как сразу поперхнулся. Не успев перевести дух, он бросился на крик. Звал тот самый молодой человек, что когда-то подарил ему зонт. Се Лянь очень тепло к нему относился и потому особенно спешил. У юноши лицо выросло на коленке. Принц использовал заклинание, чтобы замедлить распространение болезни, так что парню ещё повезло: на другие части тела зараза не перекинулась. Сейчас он отчаянно дёргал изувеченной ногой, корчась в муках. Се Лянь прижал его к земле и попытался утихомирить:
– Спокойно! Я здесь!
Юноша совсем обезумел от ужаса. Он вцепился в Се Ляня и закричал:
– Ваше высочество! Спасите! У меня вдруг страшно зачесалось колено, как будто трава кожу колет. Смотрю вниз, а там эти… Они… Эти штуки пораскрывали рты и жуют траву! Они двигаются, они живые!
У Се Ляня от его слов волосы встали дыбом. Он пригляделся: и правда, левая нога юноши была покрыта несколькими десятками человеческих лиц, которые разевали голодные рты и щипали траву!
Остальные заражённые в ужасе завизжали; поднялась паника, и только благодаря усилиям Фэн Синя, Му Цина и дежурных солдат удалось пресечь беспорядки в зародыше. Се Лянь, продолжая держать юношу одной рукой, спросил стоявшего рядом человека:
– Он ещё может ходить?
Все, кто присматривал за заболевшими в Безмрачном лесу, должны были носить полное обмундирование, а ещё они заматывали лица бинтами и плотно кутались в плащи – не разобрать было, кто перед тобой.
– Никак нет, ваше высочество! – Судя по голосу, ответивший был молод. – Эта нога уже не работает: там внутри что-то выросло. Она стала тяжёлая, словно в неё свинец залили, с места сдвинуть невозможно. А зараза так и ползёт вверх… Боюсь, скоро на поясницу перекинется.
Се Лянь перепробовал все известные ему способы, но, похоже, конечность было не спасти: она утратила чувствительность и оказалась полностью во власти недуга.
– Ваше высочество, – тихо сказал кто-то из лекарей, – как по мне, единственное, что мы ещё не пробовали, – это отрезать часть тела, на которой растут лица, и смотреть, не остановит ли это распространение хвори…
Се Лянь тоже об этом подумал.
– Тогда отрежьте её! – скомандовал он.
– Не надо! – перепугался юноша. У него не хватало духу даже прикасаться к изуродованной ноге, но ампутации он боялся ещё сильнее. В полнейшем отчаянии парень взмолился: – Она же пока не совсем отказала! Может, я ещё поправлюсь! Ваше высочество… Вы… Неужели нет другого способа меня спасти?
Се Лянь больше не хотел кормить его обещаниями «сделать всё возможное» и «постараться». В глазах у него потемнело.
– Прости, но нет, – ответил он.
Впервые принц расписался в собственной беспомощности. Присутствующие потрясённо застыли, а кто-то утратил самообладание и сорвался на крик:
– Как же нет? Вы ведь наследный принц, вы – бог! Все эти дни мы живём только надеждой, что вы найдёте какой-то выход, а вы говорите, что его нет?!
Му Цин нахмурился, но смолчал; по его мнению, не стоило Се Ляню так неосмотрительно высказываться. Фэн Синь поодаль успокаивал других разбушевавшихся больных. Хорошо, что вмешался кто-то из добровольцев – раскричавшегося мужчину быстро приструнили, и больше он голоса не подавал.
В хлопотах последних дней Се Лянь совсем перестал убирать меч в ножны, и сейчас он болтался у него на поясе. Лезвие почти касалось ноги заражённого юноши, и одно из растущих на ней лиц, словно ощутив исходящий от стали холод, прекратило жевать, раскрыло рот и отчаянно заверещало.
Оказалось, эти твари ещё и кричать умеют!
Голосок был слабенький, но в том, кому он принадлежит, не было никакого сомнения. Юноша тоже вскрикнул, чуть не потеряв сознание от ужаса, потом изо всех сил вцепился в Се Ляня и стал умолять его:
– Ваше высочество, спасите! Спасите!
И в тот же миг у него на бедре, уже ближе к пояснице, проступили три небольших углубления. Врач в испуге воскликнул:
– Ваше высочество, болезнь распространяется! Сейчас с ноги перекинется выше!
Сколько бы Се Лянь ни тратил духовных сил, остановить стремительную заразу он не мог. Эти жуткие штуки готовы были расползтись по всему телу юноши, и, если это случится, исправить положение будет нельзя. Так что же – просто сидеть и ждать?
Се Лянь сжал зубы и медленно заговорил:
– Я задам тебе один вопрос. Оставляем ногу или нет? Учти, я не могу пообещать, что после ампутации ты пойдёшь на поправку. Если отрезаем, просто кивни. Если нет, подождём ещё, посмотрим, что дальше будет.
Юноша тяжело дышал. От страха глаза его расширились; он почти обезумел и тряс головой так, что не понять было, кивает или нет. Лица на левой ноге одно за другим разинули рты и принялись кричать, будто приветствуя присоединившегося к ним собрата. Можно было даже рассмотреть, как дрожат их крохотные красные язычки. Выглядели чудовища очень довольными. Страшно было представить, что творится внутри ноги, какие жуткие твари обрели там пристанище.
Времени не оставалось!
– Режьте, – велел Се Лянь врачу. Но тот замахал руками:
– Ваше высочество, помилуйте! Я ни в чём не уверен, боюсь в таком месте резать! А если это не поможет?.. Нет, лучше не рисковать!
Он уже успел пожалеть о том, что влез: знал же, что не стоит соваться в чужие дела! Чуть не заставили выполнять такое жуткое поручение. Лекарь быстро спрятался в толпе и больше не высовывался. Юноша на земле продолжал причитать:
– Ваше высочество, спасите меня! Спасите, спасите!
Голову Се Ляня заполнила звонкая пустота, грудь сдавило, а внутренний голос тоскливо взвыл: «Кто же меня спасёт…»
Толпа вокруг гудела; каждый причитал на свой лад. Им вторили визги мелких ликов с ноги парня. На миг Се Ляню показалось, что он в аду.
Он вглядывался в эту преисподнюю, но словно ничего не видел. По лбу катился холодный пот. Принц широко распахнул глаза, замахнулся – меч упал вниз, и кровь хлынула во все стороны.
Глава 86
В Безмрачном лесу зарождается поветрие ликов
Часть третья
До тех пор юноша лежал в бреду, а когда Се Лянь отрубил ему ногу, во всю глотку завопил:
– Моя нога! Моя нога!
Се Лянь стоял на коленях в луже крови, и его белые одежды покрывали алые потёки. Он удерживал парня и пытался его успокоить:
– Всё позади! Врач, остановите кровь!
Несколько лекарей в панике заметались вокруг больного. Му Цин больше не мог на это смотреть и сказал:
– Так, только не
