блаженно закрыл глаза и замурчал.
— Ярослава, — протяжно зевнул брат, — быстрее, мне нужно успеть заскочить на работу.
— Ясенька, ты только глянь! Видимо, он хочет поехать с тобой, — рассмеялась тётя Оля. — Рыжие сами выбирают своих хозяев и приносят в их дом счастье, — тётя Оля излучает теплые лучи яркого солнца, грея своей улыбкой и горячими руками.
— Нет, — отрицательно покачал головой брат, когда я посмотрела на него, и в моих глазах уже точно можно было прочитать «хочу себе кота». — Он съест твоего хомяка.
— Ну Андрюша, — заканючила я, и, несмотря ни на что, открываю заднюю дверь машины, сунув туда кота.
Бесстыже улыбаясь брату, который закатил глаза, я махаю рукой Игнату и тёте Оле. У нее на глаза набежали проницательные слезы.
— Я выкину его на первой же парковке, — грубо прорычал Андрей, как только я начала плавно выезжать из деревни по очень страшной дороге.
— Тогда я заведу собаку, — лукавлю, но беззаботно пожимаю плечами, косо глянув на брата, который сидит на соседнем сидении.
— Соглашайся на кота, Сокол. Мерзавец ласковый, — довольно протянул сзади Морозов, а через водительское зеркальце я увидела, как он приподнял кота, при этом умудряясь поглаживать ему уши.
— Теперь вы всегда будете заодно? — брат немного съехал по сидению, продолжая хмуриться, дополнив свой протест сложенными руками на груди. — И зачем тебе этот кот? Морозов вполне себе хорошо исполняет все функции этого животного.
— Какая забавная шутка, Андрей. Если задевает, что тебя можно сравнить только с хомяком, который целыми днями жует морковь, тупо бегает по колесу и спит, это не как не значит, что меня можно оскорблять, — парни такие парни!
— Ничего общего с хомяком у меня нет! — злиться брат.
— Здесь бы я поспорил. Ты питаешься здоровой пищей и чаще всего овощами, загоняешь беговую дорожку в спорт зале, а на выходных целыми днями валяешься в постели. Чем тебе не жизнь заядлого хомяка? — рассмеялся Морозов.
Я прыснула со смеху, отвернувшись в сторону, прикладывая кулак к губам, создав фальшивый кашель.
— Прости, это правда было смешно, — пожала я плечами на невинную шутку Морозова, пока братец недовольно поджимал губы.
Он продумывал ядовитый ответ в отместку, и эти шутливые перепалки продолжалось еще несколько часов, пока мы не остановились у придорожного кафе.
Не смотря ни на что, я наконец-то смогла успокоиться и подумать, что мое предчувствие и волнение были лишними и совершенно необоснованными, в особенности, когда набив живот, я с удовольствием поглощала мороженое.
До Москвы осталось всего два часа.
Часть 17. Начало конца
Я воодушевленно подпеваю Максу Барских, и Артем полностью со мной солидарен, конечно, кроме забитого в угол кота и закатывающего глаза брата, когда я третий раз ставлю песню на повтор. Но даже Андрей поддается на мои уговоры и подпевает, когда медленно потягивает банку пива, которую я предумышленно купила в кафе для парней, чтобы уничтожить бдительность брата по правилам дорожного движения.
Так даже веселее!
Настроение превосходное, и я умудряюсь пританцовывать плечами, иногда забирая чипсы у брата. Андрею приходится не по вкусу выбранная популярная музыка и он находит легкий рок, порой покачивая головой или похлопывая пальцами по своему колену.
Мы переглядываемся и улыбаемся друг другу, испытывая счастье от нашего воссоединения и подобным хорошим завершением моей непростой истории…
Черт, если мне удастся восстановиться у Резника и продолжить работать журналистом, первый год мне будет чем заняться. Например, разоблачать таких мразей, как Господин Гордеев. Хотя теперь от меня будут сбегать, как от прокаженной…
Но уже сейчас у меня есть одна идея для нового проекта с социальным посылом. Думаю, что этот проект станет целью моей жизни, ведь я готова проработать проблему насилия в обществе. Резник давным-давно намекал мне, что пора бы мне бросить ненужные шалости и приняться за крупный проект, который принесет не только прибыль, но и оставит след после моей карьеры.
— О чем задумалась? — брат уменьшает громкость музыки, рассматривая меня.
— Примут ли меня обратно на работу после унизительного увольнения, — пожала я плечами, пропуская какого-то гонщика на красной ауди, поглядывая в боковое зеркальце.
Сердце забилось сильными ударами в груди, когда на горизонте маячит приметная серая Феррари. Я напряглась и сцепила зубы, не отрывая взгляда от дороги, немного ускоряясь.
— Примет, — поддерживает меня Артем. — Ходит все время мрачнее тучи, срывался на каждого по мелочи и отменил всем премии. Горюет, сразу видно.
Я тяжело сглатываю, и вновь посмотрев в зеркало, наблюдаю за тем, как Феррари металлического оттенка следуя моему маршруту. Пока успокаиваю себя тем, что еду по главному шоссе, и по дороге мне может попасться десяток серебристых Феррари, направляющихся в Москву.
Но что-то вязкое в сердце не дает мне покое…
— Эй, куда ты так летишь? Сбавь скорость, — брат замечает ускорение, но я взволнованно бросаю на него единственный взгляд и смелее давлю на газ. — Ярослава, — пытается достучаться до меня Андрей. — Что с тобой?
Я, насупившись, изучаю дорогу по навигатору и принимаю твердое решение свернуть влево, через поле, где нет ни единой машины. Это единый способ, чтобы убедиться, есть ли за мной хвост или мне все это кажется. В любом случае Феррари не отстает, даже когда я превысила скорость.
— Так и будешь молчать? — бесится брат, когда видит изменение маршрута, и ухватывается за ручку дверцы. На повороте задние колеса машины все же заносит, но я вдавливаю газ и всех нас откидывает на сидение. — Ты что творишь?! — кричит он, оглядываясь на машину, которую занесло из-за моего внезапного поворота со средней полосы.
Артем, который сидит без ремня безопасности, свалился набок, громко ударившись головой об дверцу.
— Останови чертову машину! — выкрикнул брат в гневе, когда я давлю на газ, ошалело заприметив, как Феррари поворачивает за мной.
Вот теперь паника сорвала мою голову, принудив действовать и использовать технику экстремального вождения.
— Не мешай! — рявкнула я, — не сейчас, Андрей!
— Ярослава! — брат пытается притянуть внимание, выкрикивая мое имя, но я с неудержимою силой сомкнула руки на руле, пересекая отметку ста тридцати. — Сейчас же остановись!
Когда брат решил действовать вопреки мне, потянувшись к ручному тормозу, мой кулак непреднамеренно дал оплепуху по его лицу. Я и сама испугалась, потрясенно охнув. Взволнованно, поворачиваясь к брату, совсем на мгновение, замечая, как он закрывает свой глаз, отвернувшись от меня.
— Прости! — выкрикнула я, испугавшись своей внезапной реакции.
— Ясь? — донеслось напряженное с заднего сидения.
— Прости, Андрей. Не лезь мне под руку… За нами хвост, — произнесла я, сглатывая.
Они вдвоем моментально обернулись.
— Хочешь сказать, что там сидит Гордеев? —
