предстоящего убийства.
Он в себе был уверен, как и каждый темный джедай…
А Мара была уверена в том, что каждый адепт Силы, возведший свою жизнь в культ, не представляет убийства без светового меча.
— Ча! Лови! — в пяти метрах от Инквизитора, Мара бросила ему меч Кайрисы, насколько хватало сил раненной левой руки. — Шире ноги, Тиерс!
Рукоять полетела криво, в сторону и Инквизитор на секунду отвлекся, чтобы установить с предметом зрительный контакт.
Этого Маре оказалось достаточно, чтобы нырнуть между ног Тиерса и нанести удар собственным световым мечом.
Отрубленные по локоть руки Намман Ча, удерживающие вибросекиру, упали на пол.
Девушка вскочила на ноги за спиной покалеченного темного джедая, шокировано наблюдающего свои культи.
— Это тебе за гвардейцев, мразь! — с нескрываемым удовольствием она что есть силы влепила ногой по почкам Инквизитора.
В этот самый момент раздался крик Наммана.
За первым криком последовал бы и второй (почек-то у него две), но Тиерс лишил его сознания ударом локтя в челюсть и вогнав в шею пневмошприцем дозу транквилизатора.
И только после этого гвардеец обессиленно рухнул на колени.
— Тиерс, Тиерс, — Мара, оцепив, что дроидеки и гвардейцы отбросили противника к проходам в ангар и там заняли оборону, подхватила командира гвардейцев. — Только попробуй умереть, засранец!
Шлем полетел в сторону и девушка ударила подполковника, чьи глаза начали закатываться, по щекам, приводя его в чувство.
— Не спать, боец! — рявкнула она ему в лицо. — Три дыры в груди еще не повод умирать!
С губ подполковника сорвался смешок, что несказанно радовало, но в то же время озадачило Мару.
— Рука… — прохрипел он. — До меня только сейчас дошло истинное предназначение Императорской Гвардии.
— Защищать Палпатина, — машинально ответила Мара, оглядываясь на поле боя. — Без обид, подполковник, но как-то вы подводите в вопросах борьбы с одаренными противниками… Если б джедаи знали, что напав на Палпатина в вашем присутствии они могут вас перебить… Империя пала бы гораздо раньше.
Гродин посмотрел на нее веселым взглядом.
Маре стало не по себе.
— Так мы бы в любом случае не выстояли, — произнес он. — Нас тренировали не защищать и устранять угрозы джедаев… Нас готовили умирать вместо Палпатина, чтобы дать ему время скрыться… А я дурак, думал, что мы реально сила против одаренных…
С этими словами подполковник лишился чувств.
Мара, оценив сказанное Тиерсом, вздрогнула.
А ведь он прав…
Палпатину не нужна была охрана от джедаев — для их устранения у него были другие инструменты.
Да и сам он не размазня…
Он просто окружил себя смертниками, которым внушил, будто они что-то могут против его настоящих врагов.
На душе стало дико паршиво.
Ведь ей тоже внушали, что она что-то может.
А потом ее отметелила Винтер в библиотеке Императорского Дворца.
— Вот ты задница морщинистая, всех по одному сценарию обвел вокруг пальца, — зло бросила Джейд, бережно положив лишившегося сознания подполковника на пол ангара и вынимая свой комлинк. — Ну, Палпатин, ну су…
Глава 19
Сектор Хаппих, или как его называли местные «сектор Заппи», что было правильнее с лингвистической точки зрения, являлся воротами на пути к Корпоративному сектору.
Пронзенный с южных до северных территорий Хайдианским путем, этот участок космоса, пусть и имел официальные обозначения в астронавигационных картах галактики, фактически не представлял для влиятельных разумных большого интереса.
Отсюда и неправильное произношение в обиходной речи.
Сектор Хаппих. Он же сектор Заппи.
Гранд-адмирал Траун, изучив доклады разведки, распорядился провести разъяснительную работу с подчиненными.
И теперь из обихода должно было быть вытеснено имперское пренебрежительное «сектор Хаппих», заменив его благозвучным для местных «сектор Заппи».
Вроде бы пустяк.
Но подобное трепетное отношение к правильной лингвистике является для аборигенов довольно значимым фактом.
Проявление внимания к их принципам — залог того, что среди рядовых народов пришествие Доминиона будет воспринято чуть более мягко, чем оно потенциально могло бы быть.
Впрочем, это мало каким образом интересовало контр-адмирала Шохаши, наблюдающего за тем, как перед клиновидным носом быстроходного звездного дредноута беззвучно расступается тьма глубокого космоса.
Узкий, похожий на восьмикилометровый кинжал, «Алый рассвет» нацелился своим корпусом на далекий астрономический объект, находящийся прямо по курсу корабля в сотнях световых лет от местоположения флагмана эскадры «Красная Звезда».
Ни один обитатель громадной космической станции, тысячи лет уже являющейся пристанищем для местных пиратов, контрабандистов и прочих нелицеприятных личностей, не догадывался, что их ждет.
Они были уверены в своей неприкасаемости, в своей защищенности, в своей непобедимости.
Эрик знал это так же верно, как и то, что в ангар его дредноута в настоящий момент влетает корабль леди Вентресс, возвращающейся со своего задания в Чилунском разломе.
Чтобы возвестить о себе, «Алому рассвету» оставалось лететь еще некоторое время.
Ровно то, что необходимо другим кораблям для выхода на боевые позиции и начала атаки.
Но к войне флагман эскадры «Красная звезда» был готов как никогда.
— Все системы приведены в состояние боевой готовности, — доложили с центрального поста управления.
— Хорошо, — флегматично ответил Эрик, пробарабанив пальцами по набалдашнику своей трости. — Проследите, чтобы прибывший корабль был посажен исключительно в седьмой ячейке, а дезинфицирующие поля работали на полную мощность. Чтобы удостовериться в безопасности — продержите их на корабле пять минут, прежде чем разрешить подняться на посадочную палубу. Сообщите леди Вентресс, что я хочу ее видеть на мостике сразу же, как только она покинет свой корабль.
Из-за проблем с функционированием «ГолоНета», получить от нее полный отчет заблаговременно — непозволительная роскошь.
Эрик не сомневался в том, что на борту те, за кого себя выдают — все проверки Вентресс прошла еще на подлете.
Но удостовериться в необходимой биологической безопасности и отсутствия угрозы всему экипажу — было необходимо.
Для этого и оборудована система дезинфекции — жесткое излучение убьет любые возбудители любой болезни.
И чумы в том числе.
Благо что секторальный ретранслятор еще работает.
Потому что так нужно.
Долгие дни подготовки к полномасштабному наступлению вылились в то, что Шохаши имел в текущий момент.
Десятки оперативных соединений готовы одновременно ударить по силам противника в секторе.
Один удар — и враг повержен.
Да, он мог себе позволить подобную «роскошь».
«Красная звезда» — одно из самых укомплектованных оперативных соединений регулярного флота.
Как людьми, так и звездолетами.
А сектор «Заппи» — именно то, что требует пристального внимания «Мясника Атоана».
Этот сектор важен для Доминиона.
По нескольким причинам сразу.
Сектор «Заппи» не просто порог Корпоративного сектора, но и еще огромная территория, не изученная настолько, что лишь десяток систем представляют какой-то вполне объяснимый интерес.
Остальные — либо лишены жизни и истощены в контексте полезных ископаемых, либо же просто не разведаны.
Но было тут кое-что особенное.
Нечто, что даст Доминиону право на еще большую суверенность в галактическом масштабе.
Источник топлива.
Система, забытая во времени по причине того, что она утратила большую часть своих запасов.
Но она вновь приобрела значение, когда в нее вторглись орды бойцов «Консорциума Занна».
С теми же побуждениями — им нужно топливо.
Как можно больше, учитывая их амбиции.
Немудрено, что они перенесли в эту систему древнюю космическую станцию, превратив ее в свою штаб-квартиру.
Именно к этой системе в настоящий момент и двигался в полной боевой готовности «Алый рассвет».
— Свяжите меня с командирами боевых групп, — распорядился Эрик, отрываясь от созерцания безмятежной черноты.
— Есть, сэр.
Опираясь на свою трость, контр-адмирал добрался до голографического проектора, на котором уже располагались объемные проекции человеческих фигурок в одну четверть настоящего роста.
Они располагались полукругом над плоской панелью проектора, словно игрушечные фигуры из голошахмат.
Но каждая такая «фигура» — это олицетворение мощи и сокрушающей силы, которую они держали в своих руках.
— Господа, мы начинаем, — объявил Шохаши, посмотрев на офицеров, ждущих отмашки.
Некоторые из них — точные копии друг друга.
Другие же — индивидуальности.
Первые — равнодушно спокойные.
Вторые — даже не пытаются скрыть своего возбуждения от предстоящего сражения.
Слишком долго они ждали, когда получат возможность приступить к полномасштабным действиям.
Не к рейдам.
Не к засадам.
Не к перехватам.
Его подчиненные ждали возможности
