приблизился, поддержал его. Карие глаза Мэрит распахнулись от неожиданности. Улыбка преобразила её лицо, придала очарование чертам. Она совсем не походила на Изольду. Та поражала красотой, величием, что сквозило даже в жестах. Теперь Люциан воспринимал это надменностью, когда Мэрит лучилась тёплой простотой. Такой же была Раяна, потому располагала к себе.
— Люциан Орнелл, — представился он.
— Я знаю, — отозвалась она мгновенно, — Гм… то есть… Приятно познакомиться, бон Орнелл, — и начала стремительно краснеть.
— Все знают, — усмехнулся Белин.
Люциан забрал из рук девушки поднос и отнёс его к круглому столику, расположенному между креслами.
— Родная дочь? — уточнил он у кузнеца, только опустившемуся обратно на своё место.
— Вся в мать, — махнул тот рукой.
— Замужем? — уже тише уточнил Орнелл.
Белин даже не растерялся, в Эрфолке отец решал судьбу дочери, свататься ходили к главе семьи.
— Когда на Стейнби пало проклятие, мои девочки остались здесь, закованные в камень. Сватаются к ней, конечно, да не могу я пока отпустить, — признался он, прищурив глаза.
Люциан кивнул, принимая к сведению, а потом снова бросил короткий взгляд на девушку. Она разрезала для Эрвина яблоко, то оказалась слишком для него жёстким. Щёки её пылали от смущения. Она ведь слышала разговор. Посмотрев на Люциана из-за веера тёмных ресниц, Мэрит опустила голову, отчего водопад тёмных волос скрыл на мгновение её лицо. Слишком молодая…
— Ты предлагал выпить? — драгон вновь сосредоточил внимание на задумчивом главе стражи.
— Давай, — рассмеялся он. — Заодно обговорим всё.
— Я могу подать обед, — предложила Мэрит.
— И на себя тогда накрой, — вздохнул Белин.
Губ Люциана коснулась улыбка. Похоже, не так уж и строг отец юной Мэрит. Он вновь посмотрел на смущённую девушку. А с другой стороны, почему бы и нет? Можно познакомиться, на этот раз он сделает всё правильно.
/Вестница/
— Изольда, я каждый день вытаскиваю тебя из постели, — упрекнул Ларс, помогая девушке подняться с кровати.
На кого-то другого она бы разозлилась, но он действительно будто перестал бояться её гнева, говорил с ней, как с обычной девушкой. Хотя они не друзья, даже не любовники. И потому только его она подпускала к себе.
Он приходил в её покои каждое утро, чуть ли не с боем вытягивал вестницу из постели, вёл в купальню, заставлял одеваться, есть. Двигаться. А она чувствовала себя разбитой, совершенно дезориентированной, уничтоженной… застывшей. Изольда не могла умереть, но и не могла спокойно продолжить жить. Потому что потеряла сына, не уберегла единственное дорогое ей существо.
— Кинжал не нашли? — спросил она слабым голосом.
— Нет, и вряд ли найдут, — Ларс недовольно сжал челюсть. — Ты должна собраться, людям нужна вестница.
Нужна? Его слова не вызывали ничего в душе.
— Я только всё порчу.
Она старалась ради Эрвина, но какой от неё толк, если она не смогла уберечь даже сына? Вестница… Смешно, она не ощущала присутствия богини с тех пор, как силой пробила себе путь к трону. Больше Сигурн не появлялась, не заявляла о себе. Будто оставила Изольду в покое, или потеряла интерес, добившись своего. Хотя, скорее потратила слишком много сил, направляя свою марионетку. Эта версия выглядела правдоподобнее. Изольда осталась одна. Она вышла победительницей в случившемся сражении, она прошла к трону, жила в покоях короля, в роскоши, при охране, но какой в этом смысл, если рядом нет Эрвина?
— Послушай, ты молода, красива, у тебя вся жизнь впереди, — Ларс встряхнул её за плечи, заглядывая в глаза.
Что-то искал их в глубине, будто проблеск того, что ему нужно. А когда не добился реакции, приблизился и поцеловал её. Губы мужчины действовали мягко, но уверенно. Изольда даже ожила, но больше от возмущения. Ларс отпрянул, когда на его щеку обрушилась рука девушки. Он провёл пальцами по алому следу от удара на коже, и улыбнулся лукаво. Возмущение его наглостью усилилось.
— Тебе помочь помыться? — уточнил он будничным тоном, будто только что не украл её поцелуй силой.
— Нет, — вестница смутилась, и сама же удивившись собственной реакции.
И вправду… наглец. В лицо ударила кровь. Он ведь уже помогал ей мыться…
— Я сама, — процедила она, направившись в купальню.
Но злость отступила так же быстро, как пришла. На душу снова наваливалась апатия, пока девушка выполняла рутинные вещи. Умылась, расчесала волосы, оделась в подготовленный заранее наряд. Ларс ожидал её в спальне. На том же месте, где она его оставила, где поцеловал её…
— Изольда, ты должна что-то решить и с городом, с королём… И я тебе говорил, во Флассии волнения. Возможно нападение.
— Тибальд на что? — скривилась она.
— Он не может принимать такие решения.
— Прими их сам, — махнула она рукой, глянув на кровать.
— А я вот решу казнить короля Дагмара? Ты мне потом сама голову не отрубишь? — он иронично вздёрнул тёмные брови.
Девушка вздрогнула. Ей было всё равно, но не настолько.
— Не нужно больше смертей, — попросила она сипло.
— Отправить его в ссылку? Договориться? Что?
— Поддержка рода Солемси не помешала бы, — задумалась она, но эти мысли тут же показались ничего не значащими, бессмысленными.
— Ладно, пошли завтракать, — подойдя к девушке, он взял её за руку, чтобы увести в гостиную, где был накрыт стол.
Изольда с сожалением посмотрела на кровать, но поплелась за мужчиной. К их общему удивлению, за столом сидела ухоженная женщина в сером одеянии. Изольда при всё желании не могла определить её возраст. Она казалась устало древней и невозможно молодой одновременно.
— Кто вы? — Изольда настороженно присматривалась к внезапной гостье, ощущая в ней… невероятную мощь, что-то близкое. — Вы….
— Смертные называют меня, Дод, — она поднялась из-за стола.
Чёрно-серые волосы, одежда, всё на ней осталось недвижимым, а лицо ничего не выражало.
— Что вам нужно? — пролепетала Изольда, глядя как к ней приближается богиня смерти.
— Я хочу помочь тебе справиться с моей сестрой. Капля моей крови освободит тебя из-под её влияния, — ровно пояснила
