Мне понравилось, я такое понимала. Наверное, я действительно - дракон.
Пока прикидывала, где и как купить сапоги, снег растаял до земли. И проблема перестала быть столь актуальной. А потом я просто начала радоваться, что не купила ничего. Потому что Ас, заболтав мое сопротивление и закончив сводить шрамы - я хихикнула, когда отсутствие груди как таковой у его "невесты" вызвало у парня грустный вздох - решил привести в порядок мои растоптанные ступни.
- Пытаюсь представить, что за обувь ты носила. И - не поверишь! - воображения не хватает. Деревянные башмаки? Или железные?
Покосилась вниз, на свои, как я их ласково именовала, утиные лапки.
- Лапти. Это зимой. А летом - босиком. И ходила почти все время с грузом в половину себя весом.
- Хм-м. Ясно, муравей ты мой повышенной грузоподъемности… Тут быстро не выйдет. Наверняка история та же, что с руками. Плюс деформация стопы. Потерпишь? Больно не будет, а щекотно может статься… Так что не брыкайся, ладно?
Не было даже щекотно. Было приятно. Но говорить этого я не стала, и так Аскани умудрялся подвигать меня на невероятные прежде поступки. Например, закончив очередной сеанс лечения, он, сетуя на магическое истощение, падал рядом на кровать. При этом ничего себе не позволял, но само сознание того, что я лежу, вот так, на постели рядом с парнем, с головой на его плече, в этой самой голове не укладывалось!
Аскани возился с моими ногами больше двух недель. В результате ступни стали заметно уже, мозоли на пальцах и некрасивые шпоры на пятках исчезли, сами пальцы перестали растопыриваться в разные стороны. Даже размер ноги уменьшился! Но теперь мне требовались не только сапоги… Кстати, а летом-то я буду что носить?
- Ну, теперь ты леди от макушки до пяток! Только глянь, какая ножка! - стопа маленькая, подъем высокий. Не знаю, кем был твой отец, но явно не крестьянином, - Ас, чуть надавливая, провел по подошве ногтем. Я дернулась. Он оставил в покое ногу и, улыбаясь, притянул мою голову на грудь.
- Мне нравится. Только надо привыкнуть. И придется всю обувь менять. А в школе ее не купишь, - вздохнула я.
- Оставь эту на вырост, - посоветовал Ас. - И у меня тоже проблемы с гардеробом. Как я ни старался быть аккуратным, а все равно, и локти протираются, и воротники с манжетами обтрепались. Да и вытянулся я за зиму почти на четыре пальца… пора новое шить. А где?
- Поговорим с лордом Россом?
- Лучше с Дэреком тер Лином. Я заметил, что хотя он и предпочитает мантию, пошита она явно вручную. И хорошим портным.
- Ага… - засмеялась я. - Заодно выясним, что он к этому портному в Ларран через телепорт ходит. Маг же!
- Интересно… - Ас задумался. - Портальная магия - насколько это сложно? Я спрашивал, так сказали, что ей даже в Академии не учат. Считают опасной.
- Для кого как… - в голове всплыла картинка, как кареглазый маг в черной рясе сует через форточку на Луну руку по плечо. Вот не видела бы сама - нипочем не поверила!
- Математика там завернутая. Нам пока такое не по зубам. Слушай, у меня спина дико зудит между лопаток - не почешешь? Кто-то вспоминает, наверное. Если сейчас икать начну, значит, отчим или его леди Янгира. Представляешь, он хотел, чтобы я звал эту акулу мамой!
Я подсунула руку под спину приподнявшегося Аса:
- Почему акулу?
- Ты акул видела? Какие у них глаза? Как черные мертвые дыры. У нее не черные, а бледно-голубые, водянистые, но ощущение то же самое. И сама холодная, безумно чопорная и благопристойная, всегда, даже за завтраком, затянутая в корсет. Слова не говорит - тихо цедит. И притом, как акула, кровожадна, беспощадна и всегда голодна. Есть в ней какая-то ненасытность… вечно ей всего мало! Ох, как она убивалась из-за запертой сокровищницы - почти все драгоценности матери тоже остались там. Кроме малости, вроде моей серьги. Я и ухо проколол, чтобы она ей не досталась.
- А это сапфир такой, да? - обрадовалась я поводу спросить. Недавно прямо в библиотеке я пролистала книгу о драгоценных камнях. В принципе, мне дела до них было, как до вулканов Тер-Шэрранта или коралловых островов в морях за землями зарифов. Любопытно… но абсолютно неактуально. Работая в алхимическом кабинете, годам к тремстам скоплю на колечко с камушком, ага!
- Не сапфир, бери выше, - усмехнулся Аскани. - В нашей семье было принято дарить любимым радужные алмазы. И в обручальных кольцах, и просто как украшения. Дороже и реже, чем они, только солнечные камни, которые и можно увидеть лишь в венце Владыки эльфов и коронных драгоценностях нашей императорской семьи.
- А почему он синий? Бриллианты же прозрачные?
- Цветные радужные алмазы - еще большая редкость… Кстати, на кольце, что ты зачаровывала - парный к серьге. Поменьше по размеру, но тоже неплох. Зря ты его носить не хочешь. Мм-м… еще чуть левее почеши, пожалуйста! Кстати, а что ты летом делать собираешься?
Упс. Спросил. Над этим вопросом я ломала голову уже недели две. Мне очень хотелось съездить, навестить Тин. Но жить там почти два месяца - это не просто гусей дразнить, это нарочно нарываться на крупные неприятности. Я ж сама видела в зеркале, как изменилась. Да, осталась тощей, как подрастающий мосластый щенок. Но белая чистая кожа, блестящие волосы, ухоженные руки, яркие глаза и розовый рот - такого уже достаточно, чтобы деревенские, раз меня увидев, начали охоту снова. И опять прятаться в избе, аки мышь из подпола, я не хотела. А по-иному не выходило - любой конфликт испортит жизнь Тин. Я уеду… а вот ей деваться некуда. Надо подождать еще хотя бы год-два, пока магия не позволит мне оставаться в безопасности, не развязывая военных действий. А пока можно встретиться с сестрой в Сухой Сохе, например.
Посмотрела в темные глаза:
- Не знаю. По сестре я ужасно соскучилась, но возвращаться пока не хочу. Неделю назад отправила ей письмо, спросила - как сделать лучше. Она умная, как скажет, так и поступлю. А ты что делать будешь?
- Хм. Тоже проблема… Ведь отравят или убьют. - Лицо друга стало грустным. Взглянул на меня, поправился: - Я хотел сказать, попытаются отравить…
Да нет. Сказал именно то, что думал.
Протянула руку и пальцами погладила его лицо - Ас улыбнулся. Как-то потихоньку, незаметно, он приучил меня к тому, что его руки и стук сердца рядом - не зло. Наоборот, мне стало нравиться ощущать его плечо рядом. И я перестала стесняться, когда в присутствии посторонних - в классе или столовой, он брал меня за руку. Правда, самым интимным жестом, который позволял себе Ас, было просто переплести пальцы наших рук. Хотя даже это казалось мне недопустимой вольностью.
Бри, глядя на нас, умильно вздыхала.
Как-то вечером у меня произошел с ней разговор:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
