этого… это существо, которое захватило Вульфгара.
Пайкел затряс головой в знак согласия, затем наморщил нос, как будто от отвращения.
– Что такое? – спросил хафлинг.
– Воняет, – произнес Пайкел, вылез из кустов сирени и начал, подпрыгивая, кружить по газону.
– Не так уж плохо она и пахнет, – возразил Реджис, выбираясь из зарослей и обнюхивая лиловые цветы.
– Нет, нет, нет, нет, – пробормотал Пайкел, описал широкую дугу, остановился, подбежал к какому-то месту, указал на землю и повторил: – Воняет.
Подойдя ближе, Реджис заметил отметину на газоне: среди зелени виднелся небольшой участок гниющей травы. Он хотел сказать, что это какая-то бессмыслица, потому что остальной газон выглядел совершенно нормально, но затем понял причину волнения Пайкела.
Это был след ноги.
Демон, принявший вид королевы и захвативший в плен Вульфгара, оставил след, и растения чувствовали его и видели его.
А Пайкел умел разговаривать с растениями.
* * *
– Отдайте мне драгоценный камень, – потребовала Малкантет.
Безуба Языкастый и Комтодди нервно переглянулись, недоумевая, откуда этой дьяволице известны их имена. Появившись поблизости от пещеры, она назвала именно их.
Демоница нетерпеливо протянула руку к Безубе.
– Я знаю, что он лежит у тебя в кармане! – крикнула суккуб. – Меня привело сюда это тело, которое чувствует, где находится его бывшая владелица. Отдай мне филактерию, иначе я заберу ее сама, но прежде разорву тебя на кусочки.
Спригган был более чем в два раза выше суккуба, но он нисколько не сомневался в том, что она в состоянии исполнить свою угрозу. Кроме того, под потолком маячили несколько чудовищных демонов, походивших на помесь человека и комнатной мухи. Безуба сунул руку в карман и извлек драгоценный камень, в котором была заключена душа королевы Консеттины.
– Мне нужно отдельное помещение, – заявила Малкантет. – Когда вернутся дроу?
И снова спригганы растерянно переглянулись и, пожав плечами, тупо уставились на Малкантет.
– Вот безмозглые твари, – вздохнула она. – Где у вас самая приличная комната? Отведите меня туда немедленно и имейте в виду: в ближайшие несколько дней я тщательно осмотрю все ваше жилище, и если найду пещеру лучше, то украшу ее стены шкурами спригганов.
Два сприггана слышали шум драки, случившейся на поверхности, у плоского камня, и поэтому поняли, что Малкантет вовсе не шутит. А раз так, они, не медля, проводили демона на нижние уровни комплекса Плавильный Двор, которые располагались под территорией Дамары. Вскоре спригганы очутились у входа в особую комнату, которую они обустроили специально для себя.
Дверь пещеры, окованная железом, была вырублена из толстой каменной плиты, покрытой ярко-красными прожилками, – это был тот самый кровавый камень, месторождения которого дали название всей области. Безуба, погремев кольцом, на котором болталось множество ключей, нашел нужный и хотел вставить его в замочную скважину.
Но Малкантет помешала ему. Грубо вырвав кольцо с ключами из рук Безубы, она оттолкнула «дворфа» прочь – от этого небольшого толчка он отлетел на несколько шагов и едва не упал. Она осмотрела выбранный ключ, затем нашла другой, по виду совершенно идентичный, и показала его сприггану.
– Ага, и этот тозе, ага, – уныло прошепелявил Безуба.
Малкантет взяла ключи в обе руки и резким движением разорвала кольцо. Обломки металлической проволоки и несколько дюжин железных ключей со звоном покатились по полу.
– Есть еще ключи, подходящие к этому замку? – жестко спросила суккуб.
Спригганы отчаянно замотали головами.
– Проследите за тем, чтобы меня никто не беспокоил, – приказала Малкантет. – Никто! Что бы ни случилось!
Спригганы закивали.
Малкантет открыла замок и распахнула дверь из кровавого камня, но, прежде чем переступить порог, оглянулась на присмиревших гигантов.
– Разве что в случае, если дроу Ханцрин вернутся, – добавила она. – Об этом сообщите мне.
И, не глядя на кивающих спригганов, она захлопнула за собой дверь.
Суккуб очутилась в просторной овальной пещере, довольно хорошо освещенной лишайниками и светляками, ползавшими по высокому потолку. Стены были выровнены, чтобы уменьшить количество теней, и в единственном в пещере столбе, соединявшем пол и потолок и расположенном примерно посредине, был вырублен дымоход. Основание каменной формации было превращено в открытый очаг, рядом лежала куча торфа и поленьев.
Пожалуй, это подойдет, размышляла Малкантет, оглядывая пещеру. Взгляд ее задержался на вогнутой стене в правой части помещения и на самой примечательной детали «интерьера» – подземном озере шириной около двадцати футов. Вода была совершенно неподвижной и такой прозрачной, что демоница могла разглядеть в тусклом свете лишайников и светляков рыбу, мелькавшую у поверхности.
Она тут же повесила свое зеркало в виде рожи демона над очагом, «лицом» к двери, в качестве ловушки для незваных гостей.
Суккуб швырнула в очаг несколько поленьев, создала над ладонью огненный шарик, затем бросила его на дрова. Поленья тут же загорелись с гудением и треском. Метавшееся в очаге пламя послужило физическим воплощением магического портала Малкантет, и сначала она воспользовалась им для вызова Инчедико. Квазит принес ей необходимые вещи, в том числе ее любимое платье из красной и черной ткани, едва прикрывавшее грудь и бедра; две части соединяла лишь полоска ткани, оставлявшая открытыми живот, ноги и руки.
Соблазн был ее самым могущественным орудием.
Инчедико также принес зачарованные кольца, браслеты, ожерелье, в котором заключалась магия, и защитный плащ.
– Осмотри пруд и разузнай, нет ли там чего-нибудь опасного, – приказала хозяйка, и квазит улетел.
Малкантет потерла пальцы друг о друга и снова мысленно воззвала к нижним уровням. На сей раз из пламени очага выскочил крупный демон, похожий на стервятника, вооруженный крючковатым клювом и острыми когтями.
– Стой снаружи, – велела она вроку. Затем вызвала второго и приказала ему присоединиться к сородичу.
Она позвала из коридора чазмов и послала их обратно через огненные ворота в Бездну, за своими вещами.
– Да, – произнесла она и удовлетворенно кивнула, когда крылатые твари исчезли. В пещере стало уютнее.
Возможно, ей здесь понравится.
* * *
– Мрз, – обратился Пайкел к Реджису, и хафлинг сообразил, что тот хотел сказать «мерзкие».
Они, пригнув головы, сидели за насыпью из мелких каменных обломков и пристально рассматривали зияющий вход в глубокую пещеру – рудник, решили они, различив в туннеле кучи пустой породы и мусора. Гоблины сновали туда-сюда, волоча тележки с отходами.
Однако какими бы мерзкими ни были гоблины, Реджис сообразил, что Пайкел имеет в виду других существ, толкавшихся возле рудника. Он разглядел гигантов и дворфов, и все они были грязными и отвратительными на вид.
– О-о-о, – одновременно вырвалось у обоих, когда один из гигантов отошел в сторону. Его трясло так, что, казалось, кости в теле гремели. Раздалось несколько громких щелчков, и на глазах у изумленных наблюдателей
