— А книжки-то интересные?
— Будь спок. Супер-пупер, настоящая научная фантастика. С наукой и приключениями звездных рейнджеров… Вот, опять ты меня с мысли сбил, разгильдяй.
— Нет-нет, Фил Олегыч, вы сами начали о прошлом в будущем говорить и отвлеклись. Так нечестно на маленьких свою вину перекладывать.
— Извини, Иван. Денек у меня сегодня веселенький выдался, экзамен спихнул, устал и всякое такое…
Так вот, берем твою любимую фантастику… И что же мы там видим? А находим мы там, Иван, сплошное историческое старье в виде анахронизмов. То есть предметы и объекты, не то чтобы не адекватные наукам и технологиям будущего, нам заведомо неизвестного. Но вещи бездумно и бездарно взятые из повседневного синхрокреативного настоящего, без какой-либо аналоговой или цифровой интерполяции в вероятное будущее, без оптимальной эвристики или же диахронических трендов…
Вкратце объяснив Ване вышеупомянутые кибернетические и математические понятия из прикладной футурологии, Филипп вернулся к научно-художественной теме. И для доходчивости начал приводить примеры.
— Возьмем хороший фильмец «Чужие» Джеймса Кэмерона. Ты помнишь, там была автоматическая пушка в туннеле, чтоб валить гадов-инсектоидов. Я сомневаюсь, что в будущем космические десантники будут воевать с отстойным огнестрельным оружием наперевес. Но Бог с ними, анахроничными огнестрелами, потому как за билет в кино платят не только меньшинство умников, но чертова уйма дебильных лохов, которые лазера от мазера не отличат. Да им это по фигу. Лишь бы громко стреляло с огнем и дымом.
Но вот то, что у стационарной огневой точки за десять минут кончается боекомплект, нисколько не соответствует даже нынешним боевым технологиям. Когда эти бравые ребята воюют за килопарсеки от Земли, спят в гибернаторах, имеют андроидов с могучим искусственным интеллектом, то не могу поверить, как если бы будущие инженеры не смогли обеспечить звездных вояк бесконечным боезапасом.
Скажем, им по уму и по технологиям поставить по отдельной термоядерной энергостанции на каждую огневую установку, шмаляющую не свинцово-медными пульками, а красивыми сгустками плазмы или еще чем-нибудь таким же смертоносным. Если теперь автономные стационарные огневые точки на особо охраняемых военных периметрах имеют в боекомплекте по 20–30 тысяч выстрелов, то в будущем, где оперируют космические десантники, им бы хватило одного нормального пулемета на несколько суток прикрыть огнем туннель, если чужие прут массой на рожон и столь же глупы, как и зрители, хавающие эти натяжки…
— Фил Олегыч, в кино же все не взаправду.
— Любой научно-фантастический вымысел, Иван, должен соответствовать тем умным вещам, какие могут быть, а не глупостям и несовершенствам, признанным таковыми нашими современными инженерами и учеными. Это и называется анахронизм, то есть идиотское прошлое, делающее вымышленное будущее дебильным и невозможным.
«Чужие» — неплохой боевик, и сценаристы там сравнительно грамотные. У дурных же писак-фантастов герой, умеющий летать со сверхсветовой скоростью, три раза пукнет из ручного лазера и в ауте. У него заряд кончается быстрее, чем у дешевого мобильника в режиме разговора.
Я бы таковских слабоумных писарчуков за бездарность расстреливал, чтоб другим графоманить неповадно было. А лохов редакторов, кто их печатает, на площади бы кнутом порол за публичную профнепригодность…
— А читателей?
— Вы тут ни при чем, вы не виноваты. Они вас нарочно приучают дерьмо жрать и анахронизмами антинаучными закусывать.
Сам вспомни, сколько раз ты читал у всяких придурков о том, что в далеком будущем не перестанут употреблять гибкие дискеты в качестве сменного носителя информации. Ты когда последний раз такую дискетку видел?
— В прошлом году, когда отец мусор из стола выгребал и показал мне, каким отстоем раньше вместо флэшек и карточек памяти пользовались.
— Так-то вот. Правильно говоришь. Твоя фантастическая литература — сплошь и рядом отстой. Он даже у хороших и умных писателей встречается. Просто ты на него внимания не обращаешь или считаешь какой-то сверхфантастикой.
Вон у Станислава Лема в отличной и очень умной повести «Непобедимый» персонажи энергией обеспечены под завязку, антиматерией пуляют по планетным окрестностям в созвездии Лиры… Читал о «Непобедимом» или нет?
— Читал, но давно.
— Так перечитай и найди то место, где суперинженеры будущего на древних логарифмических линейках считают. Знаешь, что это такое?
— Нет. А как на них считают, Фил Олегыч?
— Логарифмическая линейка — это, брат ты мой, такая деревянная штука с ползунком и бегунком. Навроде счетов. Ее в середине прошлого века для инженерных вычислений использовали вместо карманных калькуляторов. На этой линейке ползунок двигают туда-сюда и результат считывают по соответствующей шкале. Я тебе книженцию старую принесу, там с картинками увидишь.
Так вот, Лем — нормальный писатель-фантаст с идеями и мыслями. Будь он хоть с линейкой логарифмической или когда узкопленочные кинокамеры в будущее запускает. У него эти штуки, Иван, по недосмотру и недомыслию проскакивали. Обычно он писал на уровне современной ему науки и в будущее умел заглядывать из прошлого. Его и сейчас можно читать, скажем, как Жюля Верна.
Но вот ненормальные тормознутые писаки тащат в будущее свое слабоумное настоящее. Такие же тормоза их читают и забывают, когда они сами становятся прошлым, и от них даже окаменевшего дерьма не остается. Потому что одни пишут, другие читают ни для головы, ни для задницы…
Ты у нас, Иван, вовсе не тормоз, не обижайся, я не тебя имею в виду. Поэтому тебе умственное литературное задание на летние каникулы и, вообще, на будущее. Коль скоро ты три раза найдешь в книжке какой-нибудь невозможный анахронизм, вставленный сюжета ради, типа примуса, керогаза или газовой плиты в космическом корабле, чтоб кофе сварганить, значит, это сочинил никуда не годный писака.
Один или два анахронизма писателю можно простить. Это означает, что редактор — лох и дурак, потому как их не видит. Или скорее всего на редакторском месте сидит безграмотная дура, ни тпру, ни ну, ни кукареку не смыслящая в науках и в технологиях…
Пора тебе, брат ты мой, читать со смыслом, учиться отличать умные грамотные книги от бездарной графомании для недоразвитых. Ты, как я в малолетстве, перелопачиваешь без разбора разную придурковатую макулатуру. А если подумать, то вспомнить нечего, кроме однотипных сюжетов, из рака ноги…
В грамотности и в мозгах своего воспитанника Филипп был уверен на все американские умственные единицы, какими они оба располагали, если не в достатке, то в изрядном количестве.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
