— Хорошо. Поступай как знаешь, — пробурчала она, скрещивая руки на груди.
— Я приеду к тебе, Лили, — наконец сказал он и повесил трубку.
Лили продолжала сидеть на полу, слушая гудки и все еще не веря в то, что произошло. Зейн позвонил. Он прилетит в Хьюстон. Она встретится с ним… по делу. И это все? Лили чувствовала себя наполовину счастливой, наполовину убитой.
Ей так хотелось увидеть Зейна, что от нетерпения она буквально выпрыгивала из себя. Он, казалось, напротив, оставался профессионально хладнокровным. Он все точно рассчитал. Приедет, посмотрит, предложит цену, заключит сделку, вернется в Нью-Йорк и снова забудет о ней.
Если…
— Если я что-нибудь не придумаю, — произнесла Лили вслух.
Но что? Она постучала пальцем по щеке, потом хмуро взглянула в окно на проплывавшие облака. Кажется, она сваляла дурака… опять. Они жили в разных полушариях. Зейн уехал из Техаса давным-давно. С тех пор они стали взрослыми и у каждого сложилась своя жизнь, совсем не такая, как у другого. Может, Зейн и вправду женат? Слава Богу, что она не спросила об этом. Он бы сразу понял, что все еще небезразличен ей.
Нет, Зейн ни в коем случае не должен догадаться, что она только о нем и думает. У нее еще достаточно гордости, чтобы не допустить этого.
Пробегая по вестибюлю аэропорта, Зейн взглянул на часы, потом на билет. Он должен был вылететь в Хьюстон рейсом «Америкэн эйрлайнс». Времени совсем не оставалось. Зейн теперь не мог опаздывать, однако приходить заранее и терять время в аэропорту тоже не любил. С развевающимся на шее галстуком, с дипломатом и небольшим чемоданчиком в руке он несся во весь дух, не обращая внимания на взгляды стюардесс и хорошо одетых молодых дам. Зейн пролетал мимо них, не удосуживаясь даже вытереть пот. В последнее время он совсем забросил своих почитательниц и думал только о будущем.
Зейн подскочил к окошку, зарегистрировался и тут же прошел в самолет. Нашел расположенное отдельно кресло, которое всегда заказывал для себя. С этого места можно было легко выйти в проход, чтобы потоптаться во время полета, — совершенно необходимая вещь, поскольку его длинные ноги затекали, когда он долго сидел в одном положении. Зейн сунул чемодан под расположенное впереди сиденье, водрузил на колени дипломат и достал бумаги, касавшиеся месторождения изумрудов и кинжала, которые хотел купить Колд Тэп. Пристегнув ремень, Зейн углубился в них.
Когда испанцы завоевали Южную Америку, они отобрали у инков огромное количество изумрудов, но точное их происхождение установить так и не удалось. В своих легендах инки говорили о месторождениях-«источниках», однако ни прежде, ни теперь археологи и геологи не смогли определить, что означает слово «источник» и где он находится.
Изучив колумбийские Анды, Зейн выяснил, что в Центральной Кордильере расположена древнейшая кристаллическая скала каменноугольного периода, в которой имеется внедрение другой породы. Однако пласты мелового периода располагались на западе Колумбии.
Зейн намеревался начать с запада. Большая часть месторождений находилась вокруг Чивона и Мусо и еще в Коскуэнсе и Сомондоко. Но самыми доходными считались месторождения в районе Боготы. Зейн собирался слетать и туда, но решил избегать контактов с торговцами.
Речь шла о приобретении месторождения, а рассчитывать на это можно было лишь где-нибудь в отдаленных районах.
За годы работы Зейн привык мотаться по самым затерянным уголкам планеты в поисках драгоценных камней, и чем больше он изучал литературу в связи с прожектом Колда Гэпа, тем больше идея увлекала его. Попытка найти месторождение-«источник», которое так и не удалось отыскать испанцам пять веков назад, напоминала поиски иголки в стоге сена. На то, чтобы разобраться во всех легендах, фактах и старинных картах, фотокопии которых Колд Тэп раздобыл в музеях и у коллекционеров, могла уйти целая жизнь, и Зейн понимал это, но любопытство не давало ему покоя. Пожалуй, если не считать самых первых дней пребывания в Нью-Йорке, он никогда не испытывал такого воодушевления. Последнее время жизнь стала казаться ему скучной и рутинной. Он тысячи раз пересекал страну, покупая и продавая драгоценности из частных коллекций. Приелись и поездки в Европу. Работа утратила свою привлекательность, превратившись в бесконечную череду однотипных сделок. Зейн очень не хотел этого признавать, но жизнь стала ему неинтересна.
И вот теперь благодаря очередному капризу молодой рэп-звезды он вступал, возможно, в самую интересную полосу своей жизни. Движимый необузданными желаниями своего нового клиента, он должен был снова встретиться с Лили, которую тщетно старался забыть все эти годы. Зейн не знал, куда его несет. Жизнь напоминала автомобиль, за рулем которого сидел кто-то другой, а он мог лишь жать на газ или на тормоз.
Зейн выбрал газ.
Глава 29
Август 1991 года
Арлетта Митчелл нетерпеливо постукивала изящной черно-белой туфелькой от Шанель по берберскому ковру, украшавшему пол адвокатской конторы. Уже больше пятнадцати минут она ждала Фрэнка, и такое поведение казалось ей весьма невежливым с его стороны. Арлетте нравилось, чтобы ее обслуживали быстро и удовлетворяли все ее желания.
«Помимо всего прочего, ему за это платят!» — думала она. Наконец дверь открылась и появился Фрэнк. Арлетта с удивлением заметила, что он нисколько не постарел с того дня, когда читал завещание Джей Кея. Ей бы хотелось сказать то же самое о себе, но увы. Несмотря на то что два года назад она сумела выманить у Лили достаточно денег, чтобы привести в порядок глаза, ей не терпелось подтянуть лицо полностью. Но и это вряд ли помогло бы умилостивить время. Ее тело с каждым годом все больше провисало, как растянувшиеся колготки, что приводило Арлетту в состояние бессильной ярости.
— Арлетта, — произнес Фрэнк, улыбаясь самым галантным образом, — вы прекрасно выглядите. Недавно прочитал в «Максин» заметку о вас и Армандо Скателли. Когда состоится бракосочетание?
— Мы еще не выбрали день, — натянуто улыбнулась Арлетта.
— Понимаю. Чем могу служить? — спросил он, усаживаясь за стол.
— Хотелось бы узнать, почему вы отложили оглашение второй части завещания Джей Кея.
— Я не откладывал. Просто был занят в одном длинном судебном процессе. Разве моя секретарша не звонила вам, чтобы сообщить, что я уже назначил дату?
— Нет, не звонила.
Фрэнк перелистал календарь.
— Да. Вот оно. Во вторник.
— А Лили знает?
— Наверняка. У меня помечено, что секретарша согласовала с ней время. Так что, — он улыбнулся, глядя в раздраженное лицо Арлетты, — все будет в порядке.
