Читаем без скачивания Песнь демона - Кэт Адамс

Ничего труднее мне в жизни делать не доводилось, чем это — отвернуться и броситься бежать. От барьера, демона, Бруно и Джона. Матти одарил меня взглядом, полным нескрываемого гнева, но я взглядом сказала ему: «Быстрей, беги за мной, надо поговорить!»— и указала на большую потрепанную брезентовую палатку, в которой, как я заметила раньше, находился пункт первой помощи раненым священникам.

Матти спрыгнул с бочки, попытался схватить меня за руку, но я вырвалась и показала ему нож. Глядя ему прямо в глаза, я мысленно произнесла: «Мы должны подготовить роги! Позвони мне на мобильный и скажи Окалани одно слово: „Вперед!“».

Матти должен был узнать это имя. Он кивнул и убрал от меня руки, сделав вид, будто испугался, хотя на самом деле мог дать мне такого пинка, что я до города бы долетела и обратно вернулась. Больше меня никто не останавливал, пока я не добралась до палатки. На самом деле некоторые даже расступались и давали мне дорогу. Демон в ярости взревел — как это я посмела уйти от него. Мое сердце колотило по грудной клетке, словно паровой молот. Я боялась, что демон употребит все свои силы и вырвется за барьер.

Но он, как ни странно, притих. В общем, к тому моменту, как я вошла в прохладную белую палатку, я уже могла дышать. Я зажмурилась и выдохнула.

— Селия.

Я открыла глаза и увидела перед собой того человека, в которого демон преобразился третьим по счету. Ну конечно. Почему бы не встретить медика в палатке, где ухаживают за ранеными?

— Гаэтано.

Он едва заметно улыбнулся и повернулся к капельнице, чтобы отрегулировать количество лекарства, поступавшего в вену на руке раненого священника.

— Зови меня просто «Крис».

Мне не пришлось ничего говорить. В палатку вошел Матти. Он, конечно, сразу заметил, что я покраснела, и догадался, почему, поскольку причина моего смущенного румянца находилась всего в десяти шагах от меня. Матти с искренним сочувствием похлопал меня по плечу, вытащил из кармана носовой платок и протянул мне, чтобы я вытерла кровь с лица и руки. Только потом он сказал:

— Если ты переживешь это день, нам, пожалуй, надо будет поговорить.

Моим усталым вздохом, наверное, все было сказано.

— Было бы неплохо.

— Мисс Грейвз?

Я подняла голову и увидела вице-президента Марион Ловелл, быстро шагающую ко мне. Я в этот момент, смочив платок слюной, пыталась стереть кровь с руки.

— Мы могли бы поговорить?

Разве можно отказаться от разговора с вице-президентом Соединенных Штатов? Вряд ли — учитывая, что по обе стороны от Марион стояли агенты спецслужб.

— Конечно. Почему бы и нет? Разве сегодня может случиться что-то более ужасное?

Глава 22

Стоя в широченном круге, я чувствовала себя потрясающе уязвимой. Расчистили огромную территорию. Войска и полиция отошли на пятьдесят ярдов, к недавно возведенному наружному барьеру. Уже никто не сомневался в том, что прежний, от которого меня отделяли какие-то двадцать ярдов, скоро рухнет. Все это понимали, поэтому имело смысл сотворить новую магическую преграду силами сотен магов, а не нескольких, чтобы никто из них не пострадал так сильно, как Бруно и Крид, а до них — другие. Еще ни разу в жизни я не видела, чтобы в одном месте собралась такая магическая «огневая мощь». От избытка магической энергии у меня дрожали зубы, и было такое ощущение, что я кусаю оголенный провод.

Все демоны понимали, что против них что-то затевается. Они выстроились вдоль искрящегося барьера и ждали. Мне предстояло оказаться между первой магической стеной, готовой в любое мгновение пасть, и новой, которая должна была быть сотворена — с помощью рога.

В круге вместе со мной стоял Матти. Он сам вызвался, как только архиепископ сказал, что я выживу только в том случае, если кто-то рядом со мной будет непрерывно молиться о моем спасении.

— Мне кажется, меня вот-вот стошнит.

— Ты ела, да?

«Тарелка, еда»?Что за чушь? Я сняла противошумные наушники.

— Извини? Что ты сказал? Я ничего не слышу в этих штуках.

Матти смутился.

— Это ты меня извини. Ты и не должна была ничего слышать. Я спросил, поела ли ты.

А, вот оно что.

— Дона передала с Окалани пару контейнеров с потрясающим бульоном из мясного ресторана. Я должна продержаться, пока все не кончится. А если не продержусь, у меня в рюкзаке еще один контейнер. — Рюкзак лежал рядом со мной на земле, и я указала на него носком ботинка. — А ты?

— Филе-миньон со свежей спаржей, — с нескрываемой похвалой проговорил Матти. — Федералы не поскупились насчет последней трапезы.

— Не последней, — строго сказала я.

Я должна была в это верить. Я в упор посмотрела на Матти, желая ему тоже в это поверить. Мы с ним не очень-то ладили в ту пору, когда я была помолвлена с Бруно, но за последние недели пришли к пониманию. Матти перестал считать меня просто неприятной особой. Наверное, теперь он думал, что я — особа, притягивающая к себе самые неприятные события.

— Может быть, еще раз проговорим план?

Матти поджал губы и прошептал:

— Мне все ясно. Первый барьер рушится, все гады кидаются к тебе, мне и другим священникам — на свежатинку.

Я кивнула и ответила примерно в том же тоне:

— Тогда ты создаешь первую растяжку, возникают круги, и все начинают произносить одну и ту же молитву.

Матти посмотрел на наручные часы. Оставались считаные секунды.

— Это будет не так-то просто. Я еще ни разу не пробовал создавать сразу четыре отдельных магических круга. Я понимаю, что удержать их поможет магия остальных, но если бы нас было только двое, было бы проще. Мощи у нас достаточно, чтобы сдержать натиск целой армии.

Я прикоснулась к одному из дюжины различных священных предметов и амулетов, висевших у меня на груди. Архиепископ Кентерберийский пожертвовал один из крестов из коллекции, собранной в Тауэре. По всей видимости, эта реликвия побывала в Крестовых походах. Матти держал щит с белой розой, едва заметной на поверхности старинного железа. Щит вибрировал, наполненный энергией, не иссякшей за сотни лет. Эти святыни были выданы нам «на всякий случай».

— Верно. Но нас могут растоптать до того, как мне удастся извлечь звук из рога. Возникнет суматоха. Как только они начнут тут летать и атаковать круги, архиепископ создаст вторую магическую растяжку, а Окалани доставит сюда Беверли и второй рог.

Кто мог предполагать, что архиепископ окажется магом средней руки? Это стало последним удачным штрихом в плане вице-президента. Она оказалась очень умной дамой.

— А потом мы все будем молиться, — вздохнул Матти. — И я имею в виду не только новенны. [24]Ну, начали. Семь… шесть… надень наушники.