забудем друг друга.
Братья переглянулись, и старший, воровато оглянувшись, быстро сказал:
– Согласен! Деньги!
– Держи, – так же коротко, презрительно скривив губы, ответила графиня и протянула мешочек со звякнувшими монетами. Братья деньги пересчитали быстро, там было пятьдесят золотых монет. Один из охранников графини, молча, открыл дверцу ралле, а графиня повелительно сказала уже заплакавшей в голос Лиливиане:
– Полезай, живо!
Лиливиана плакала всю дорогу, разлучившись с братьями – хоть они постоянно её обижали, а потом хотели продать, но всё же были её семьёй. А тут её фактически купила неизвестная аристократка, девочка теперь стала её вещью, и с этой вещью неизвестная графиня могла поступить как угодно. Ведь никто не поверит, что Лиливиана тоже не из простых, её слово против слова владетельной графини ничего не стоит. Девочка заплакала навзрыд, а ралле увозило её в неизвестность.
– Пошли, – сказала аристократка. Ралле остановилось, тихонько плачущая Лиливиана не заметила, как её куда-то привезла эта злая графиня, а какими ещё могут быть графини, покупающие девочек на улицах? Девочка сквозь слёзы увидела большое здание, куда её и завели, пройдя через общий зал, вошли в небольшую комнату, и ничего не видящая из-за залитых слезами глаз Лиливиана услышала голос графини:
– Вот, купила за пятьдесят лу, даже не делали попытки поторговаться.
– Испугались, – произнёс мужской голос, графиня ответила:
– Может быть, хотя направленных на них арбалетов не видели, скорее всего – жадность.
Пока шел этот разговор, кто-то обнял Лиливиану, очень нежно обнял, и чьи-то руки стали нежно гладить девочку, так когда-то гладила её мама, а потом сестра. Эти же руки вытирали слёзы, застилавшие глаза, и Лиливиана увидела давно пропавшую Вивилиану!
– Ви! – пискнула девочка, прижимаясь к сестре, словно надеясь таким образом от всех спрятаться. А графиня произнесла:
– Вот, сестра, забирай свою младшую.
Лиливиана удивлённо подняла глаза, ведь у них с Вивилианой не было больше сестёр, только они двое и братья…
А Вивилиана благодарно кивнула так, как кивают равным, и сказала:
– Спасибо, сестра!
Графиня что-то сказала на незнакомом языке, и две такие же смуглые девушки, как она, по очереди погладили девочку по голове, и меньшая ростом сказала, тщательно выговаривая слова:
– Сестра нашей сестры, тоже наша сестра.
– Ты теперь наша младшенькая, – улыбнулась оказавшаяся совсем не страшной графиня, – и в обиду мы тебя никому не дадим!
Анита
Медленно двигаясь по кругу, Анита внимательно наблюдала за своим соперником, Это уже был последний бой перед финалом. Этот противник фехтовал столь же умело, как и сама Анита, но уступал ей в скорости. Девушка могла поцарапать его в первые же секунды, но не делала этого: с одной стороны, надо было продемонстрировать упорный бой, а с другой – Анита хотела, чтоб её противник продемонстрировал все приёмы, что знал. А он должен был это сделать. Анита давно заметила, что за ней наблюдают из ложи принца, а потом этот наблюдатель сам принял участие в боях. Девушка увидела, что этот приближённый принца, а кто может сидеть рядом с ним в ложе, очень умелый боец. Анита тоже внимательно приглядывалась к своим будущим соперникам и видела, что их манера фехтования очень схожа. Но чем ближе к финалу, тем больше неизвестных ей приёмов демонстрировали соперники и многие из этих приёмов были весьма коварны. Вот Анита и решила, что у полуфиналиста в запасе тоже есть что-то такое, чего он не показывал раньше. От нескольких таких замысловатых атак девушка уже ушла, нельзя сказать, что это ей это далось легко, спасла только скорость. Чем дольше Анита сопротивлялась, а именно так это выглядело со стороны, тем больше злился её противник: ни одна из его замысловатых атак не увенчалась успехом, а он уставал всё больше и больше, теряя силы. Этот боец был ещё и одет в доспехи, закрывающие всё его тело, не оставляя даже маленьких открытых участков кожи. Эти доспехи хоть и не давали оцарапать своего хозяина, были довольно тяжелы. Только могучее телосложение их обладателя позволяло ему двигаться в них. Другой бы давно выдохся, если вообще бы сумел драться, надев на себя такую тяжесть. Но и этому могучему воину приходилось тяжело, не желая быть окончательно измотанным, соперник Аниты пошёл в решительную атаку, нанося удары, казалось, со всех сторон. Но девушка, уворачиваясь, сама стремительно атаковала, заставляя противника двигаться быстрее. Но как Анита ни старалась, поцарапать своего соперника ей не удавалось – ударить можно было только в прорези для глаз. Но при всей своей неуклюжести противник Аниты не давал ей этого сделать, да и не хотела Анита победы такой ценой. Увернувшись от очередного удара своего тяжело дышавшего соперника, девушка нырнула ему под руку, уходя из поля зрения. А он, не желая терять противника из виду, ведь неизвестно, что он задумал, постарался как можно быстрее развернуться и шагнуть в сторону, уходя от возможной атаки. Анита подставила ногу и подтолкнула соперника, а когда тот упал, направила острие меча в прорезь для глаз, сдержав в последний момент удар.
– Сдаюсь! – раздался хриплый бас из под шлема. Судья поединка объявил победителя, и Анита протянула руку, помогая подняться своему сопернику, и чуть не упала, когда тот поднимался, держась за руку девушки.
– Граф ле Порталья! – представился этот могучий мужчина, снимая шлем и демонстрируя пышные усы. Анита поманила графа, чтоб тот наклонился и, приблизившись к уху, быстро произнесла:
– Не посчитайте это невежливым, но назвать своё имя сейчас я не могу. Но после того, как выиграю турнир, вы его узнаете. Обязательно узнаете, и прошу вас сохранить в тайне то, что вы услышали.
Граф удивлённо поднял брови и согласно кивнул – хоть победивший его говорил полушёпотом, в голосе было что-то такое, нежное что ли, да и лицо… Издали было видно, что боец не носит бороды, наличие усов скрывала маска. Но разглядев вблизи незакрытую маской часть лица, граф мог бы поклясться – бритва этого лица не касалась! Но такого не могло быть! Не может же быть столь искусный боец таким юным!
– И увидели, – повторил, чуть улыбнувшись, этот странный юноша, ле Портанилья кивнул, ничего не сказав. Он как благородный дворянин будет хранить тайну своего соперника, тем более что тот пообещал открыть своё имя.
И вот наступило время финального боя. В нём сошлись победитель прошлого турнира граф ле Дирано и никому не известный боец такой же никому не известной приграничной баронессы. Отсалютовав мечами, соперники ступили за черту, обозначающую площадку поединка, но клинки не зазвенели. Противники медленно пошли по кругу, просто присматриваясь друг к
