Усадьба имела позади жилого дома большой сад, который частично сохранился и в прошлом веке назывался в народе Потешным, то есть увеселительным. В советское время он стал садом имени Е. Ф. Кухмистерова, участника октябрьского переворота 1917 г., председателя профсоюза железнодорожников Московского узла; сейчас уже никаких "потех" в саду не осталось, тут скучное и унылое место рядом с железнодорожными линиями.
Рядом с этой усадьбой, но уже ближе к Курскому вокзалу, к площади выходит другое ампирное здание (Земляной вал, N 35). Его центр выделен небольшим изящным четырехколонным портиком, опирающимся на цокольный этаж. Сначала это был одноэтажный каменный дом, построенный в 1818 г. на месте сгоревшего деревянного, а к 1822 г. его надстроили вторым, также каменным этажом.
Помимо того, что дом этот является памятником архитектуры, он заслуживает внимания и как памятник исторический - на нем помещена мемориальная доска, отмечающая место рождения знаменитого врача С. П. Боткина 5 сентября 1832 г. Но здесь могли бы быть еще несколько мемориальных досок: в начале XIX в. дом принадлежал Петру Кононовичу Боткину, основателю известной русской купеческой династии, славной многими деятелями коммерции, литературы, искусства, науки. Семейство Боткиных, как писал В. В. Стасов, "необыкновенно замечательно по количеству интеллигентных индивидуумов, в нем народившихся, образовавших почти исключительно самих себя и потом игравших очень значительную роль в истории русского развития".
Глава семьи, происходивший из посадских людей города Торопца, переехал в Москву в 1800 г. Он первым понял выгоды чайной торговли с Китаем через Кяхту и вскоре разбогател, став в 1828 г. купцом первой гильдии, а потом и потомственным почетным гражданином. Семья Боткиных была даже и по московским меркам большой, от двух браков у Петра Кононовича было 25 детей, из которых выжило девять сыновей и пять дочерей. По воспоминаниям друга боткинской семьи доктора Н. А. Белоголового, "...все многочисленные члены этой семьи поражали своей редкой сплоченностью; их соединяла между собою самая искренняя дружба и самое тесное единодушие... на фамильных обедах этой семьи... нередко за стол садилось более 30 человек, все свои чада и домочадцы, и нельзя было не увлечься той заразительной и добродушной веселостью, какая царила на этих обедах; шуткам и остротам не было конца; братья трунили и подсмеивались друг над другом, но все это делалось в таких симпатичных и благодушных формах, что ничье самолюбие не уязвлялось..."
Многие из потомков Боткина приобрели широкую известность в России. Старший сын Василий стал одним из членов кружка интеллектуалов-философов и литераторов, автором широко известной книги "Письма об Испании" и многих статей по истории литературы и музыки; Дмитрий - собирателем большой коллекции западноевропейской живописи; Михаил - художником и также собирателем, но коллекции русского искусства; Петр посвятил свою жизнь семейной фирме; Сергей стал знаменитым медиком.
Вскоре после рождения Сергея Боткины переехали с Земляного вала в Петроверигский переулок, где они купили прекрасный особняк, бывший в их владении почти до взятия власти большевиками.
Отойдем от шума и суеты Садового кольца и углубимся в переулки.
Сыромятники удивительное место. Уйдя с оживленных улиц, путник неожиданно оказывается как будто в другом городе, не в центре большого, одного из самых крупных урбанистических образований в мире, а в тихом, провинциальном, удаленном от суеты и шума столицы городке. Перед ним переулки, заросшие деревьями, сквозь трещины асфальта мостовых пробивается зеленая трава, изредка пройдет по тихому переулку прохожий, а ведь совсем рядом гудит тысячами автомобилей Садовое кольцо и неумолчно шумит людская круговерть у Курского вокзала.
Вот в таком тихом месте оказываемся и мы, повернув в Мельницкий переулок (в этих местах находилась слобода мельников). Ранее называвшийся Кривоярославским, переулок связан с памятью знаменитого хирурга, педагога и общественного деятеля Н. И. Пирогова. На доме N 12 находится поставленная еще до большевистского переворота мемориальная доска, решительно утверждающая: "Здесь родился Николай Иванович Пирогов 13 ноября 1810 г.". Судя по этому тексту, он родился именно в том здании, на котором и помещена доска. Но это не так, оно уже третье по счету на этом месте со времени памятного события.
Тут в глубине участка, приобретенного отцом Н. И. Пирогова, казначеем Московского провиантского депо Иваном Ивановичем Пироговым, около 1807 г., стояло небольшое деревянное строение, в котором родился будущий медик. В пожар 1812 г. дом сгорел, и на прежнем месте отец построил новый, на каменном фундаменте, но тоже деревянный дом.
По просьбе и указаниям отца Пирогова, который интересовался живописью, новый дом разукрасил некий доморощенный художник: на потолках он изобразил пестрых птиц, порхающих среди зарослей, все печи разрисовал аллегорическими изображениями времен года в виде женских фигур, в садовых беседках поместил фантастические фрески. Конечно, именно этот дом помнил Пирогов, живший в нем до 15 лет, когда его отец разорился и семья переехала в Конюшковский переулок на Пресне.
Дом детства Пирогова также не дошел до наших дней - его заменили строения, появившиеся по красной линии переулка во второй половине XIX в., на одном из которых и укрепили мемориальную доску.
Из дома своего детства маленький Николай каждый день направлялся на Верхнюю Сыромятническую улицу: он в 1821 г. поступил полупансионером в "своекоштное отечественное училище для детей благородного звания педагога Василия Степановича Кряжева". На доме училища по Верхней Сыромятнической, N 7 помещена мемориальная доска (для установления пироговских памятных мест много сделал известный москвовед В. В. Сорокин). В училище занимался и Василий Боткин.
На Верхней Сыромятнической улице обращает на себя внимание щедро украшенный большой особняк (N16). Но пышные одежды скрывают классическое строение конца XVIII в., которое принадлежало московскому купцу П. X. Колесникову (оно не исследовано и может скрывать еще более ранние части). В 1879 г. особняк перешел к некоему дворянину Ф. Ф. Биркелю, который пристраивает к нему слева трехэтажную башню по проекту архитектора М. К. Геппенера. Полностью изменил свою внешность этот особняк при следующем владельце, купце второй гильдии Романе Богдановиче Шене, разбогатевшем на торговле шерстяной пряжей и известному в Москве своей благотворительной деятельностью. Он превратил его в 1894 г. в здание, похожее более на средних размеров дворец где-нибудь в западноевропейском городе (архитекторы Б. В. Фрейденберг и В. И. Чагин).
Если с Верхней Сыромятнической улицы пройти в туннель под железнодорожными путями Курской дороги к Нижней Сыромятнической, то сразу же при выходе из туннеля с правой стороны начнутся строения завода "Манометр", основателем которого был Федор Федорович Гакенталь. История завода началась с 1886 г., когда Федор Гакенталь, записанный в мещанское сословие подмосковного города Подольска, получил разрешение на открытие в Денисовском переулке около Немецкой улицы литейного заведения. Потом он перевел его в Сыромятники и значительно расширил, устроив "бронзомеднолитейный, чугунолитейный и арматурный завод и фабрику манометров", получивший в 1896 г. на Нижегородской ярмарке большую золотую медаль. Стачечная борьба конца XIX - XX в. не обошла завод Гакенталя, его рабочие неоднократно устраивали забастовки, участвовали в демонстрациях; особенно частыми они были в 1905 г. Завод национализировали летом 1918 г. - он тогда стал называться 1-м арматурным, а через четыре года получил название "Манометр". Сам же Федор Гакенталь еще долго работал на собственном заводе, ибо новая власть на первое время не отказывалась от использования деловых талантов старого владельца, но только в 1926 г. он смог покинуть СССР. У туннеля стоит старое заводское здание, в котором на втором этаже находилась квартира Ф. Ф. Гакенталя.
Неподалеку отсюда, в 4-м Сыромятническом переулке, сохранилось прекрасное здание в стиле классицизма. Как ни удивительно, уцелело множество декоративных украшений его, да и сам дом, по крайней мере внешне, претерпел не много изменений. Стоит войти через калитку во двор и полюбоваться этим незаурядным сооружением, оно производит впечатление мощи и в то же время сдержанности, центр его выделен красивым портиком, а впереди находится необычный полукруглый выступ.
Один из первых планов этой местности свидетельствует о том, что здесь находилась огромная усадьба (участок ее был площадью более II тыс. кв. саженей, что составляет более 5 га) с главным каменным домом, а между ним и Яузой были несколько прудов. В 1809 г. усадьбой владел купец Никифор Прокофьев, в начале 1821 г. она перешла к ревельскому второй гильдии купцу Фридриху Даниельсону. В тимпане портика главного дома до сих пор можно увидеть затейливо переплетенный вензель его сына Людвига Фридриховича Даниельсона.
