Глава 20.2
Адам резче положенного поднимается с дивана, но я делаю жест рукой прося не вмешиваться.
— Бабушка, мне уже двадцать пять лет, — боясь её дальнейшей реакции, тихо произношу я.
— Да хоть сорок, Белла! — женщина нервно проводит по волосам, приглаживая их за ухо.
— Но ты не можешь держать меня рядом с собой всю жизнь. Однажды я всё равно буду вынуждена уйти из этого дома.
— Если это спасёт твою жизнь, то смогу! — бабушку начинает трясти от ярости, она ходит по комнате заламывая руки.
— Да от чего спасать? Мне ничего не угрожает, — я не понимаю к чему такое преувеличение?
Адам смотрит на бабушку, словно понимает о чём идёт речь. Одна только я не в курсе.
— Как ты могла всё это время обманывать меня, писав эти лживые сообщения?!— кричит она. Какие ещё сообщения? Джон писал с моего телефона ей смс-ки что ли?! — Собираешься повторить судьбу своей матери? Ты никуда с ним не пойдёшь! Молодой человек немедленно покиньте мой дом, а с тобой я сейчас разберусь!
— При всём уважении, но вы и пальцем её не тронете, — встревает Адам, сжимая руки в кулаки. Я вижу, как он сдерживает себя, и взглядом умоляю его ничего не предпринимать.
— И кто же мне помешает? Ты что ли? — переключается бабушка на Адама, метая взглядом молнии.
— Да, я, — он уверенно подходит ко мне и прижимает к себе. — Я не должен встревать в вашу семейную ссору, но скажу одно - мы поженимся хотите вы этого или нет, — стальным тоном произносит он, отчеканивая каждое слово.
Бабушка начинает истерично хохотать, хватаясь за волосы.
— Господи да за что мне это всё?! Почему я должна снова через это проходить?! Ты умрёшь из-за него Белла! — она трясёт руками в воздухе. — Так же, как и твоя мать умерла из-за твоего отца!
Но они погибли в автокатастрофе, почему бабушка винит папу?
— Замолчите! — командует Адам повысив тон, что даже я вздрагиваю.
— Если ты переступишь порог этого дома наружу, я знать тебя не хочу! Слышишь меня?! Я свою жизнь положила, чтобы человека из тебя сделать! Так ты меня решали отблагодарить?
— Бабушка пожалуйста, — я дёргаюсь к ней пытаясь успокоить, начавшуюся истерику.
— Не подходи ко мне! — истерично визжит она. — Уйди! Уходи!
— Я люблю его, прошу тебя пойми меня, — я начинаю рыдать, обливаясь горькими слезами. — Неужели ты никогда не любила так сильно?
Моё сердце разрывается от того, что я причиняю бабушке боль. Она страдает по моей вине. Я ведь не хотела этого...
Бабушка резко поднимает на меня глаза.
— Вон из моего дома! Уходи я сказала! — она подбегает, и отвешивает мне звонку пощёчину. —Ты умерла для меня!
Моё лицо поворачивает от удара, кожа лица горит. Адам хватает бабушку за руку, пресекая второй удар.
— Если бы ты не была той, что её вырастила, я бы убил тебя сейчас не задумываясь, — тоном, от которого у меня самой кровь в венах стынет от ужаса, говорит Адам и отпускает бабушку.
Меня всю трясёт в немой истерике, Адам хватает меня за руку и тащит из дома на выход.
— Отпусти, Адам! Я не уйду! — я сопротивляюсь сквозь вырвавшиеся рыдания.
Ноги подкашиваются у входной двери, я не могу сама нормально идти. Адам, придерживая быстрым шагом выводит меня на улицу и в два шага пересекая дорогу усаживает в машину. Мне наплевать, что люди вокруг смотрят на нас из-за моих усиливающихся с каждой секундой рыданий. Наверное, прохожие думают, что до такого состояния меня довёл Адам, бросая презрительные взгляды в его сторону. Мне просто хочется умереть, от того, как же сильно горит душа! Она пылает в мучительной агонии, стыдится за свои чувства к Адаму и боль, причинённую бабушке.
— Белла! — зовёт вдалеке, к сожалению, до боли знакомый голос Брайна. — Белла, что случилось?!
— Только этого пидора щас не хватало, — рычит Адам, нервно пристёгивая меня ремнём безопасности.
— Убери его, — мычу сквозь всхлипы. — Я не хочу его видеть.
Адам захлопывает мою дверь, и я вижу, как на его лице появляется звериный оскал, когда он разворачивается в сторону Брайана. Украдкой наблюдаю в зеркало, Адам разминает шею. Блондин уже не той - уверенной походкой подходит, видимо поняв, что это была ошибка. Смотря на его лицо, я не испытываю ничего кроме отвращения. Меня похитили на его глазах, а он сразу же нашёл утешение в объятиях другой. Подонок.
Я не слышу, что говорит Адам, но Брайан разворачивается и со скоростью света почти бегом уходит в другу сторону. Да уж, видимо так сильно за меня волновался бедный, что снова струсил и сбежал. Ещё раз убеждаюсь в том, какая слепая я была, не видя его истинное нутро. Разве любящий мужчина поступил бы, как он? Да никогда!
— Трус! — не выдержав кричу в пустоту салона.
Адам звонит кому-то, после чего садится за руль, на его лице отпечаталась ярость. Волны агрессии исходят от бандита за километр. Всю обратную дорогу мы едем, не проронив ни слова. Я, тихо отвернувшись плачу, виня себя во всём происходящем. Теперь ещё и Адам злится не понятно на что.
