дверцу багажника, – дополнительные запчасти. Клиент попросил оригиналы, мы все можем достать недорого, это еще одно наше преимущество.
В обширном багажнике размещалось несколько деревянных ящиков, в которых обычно перевозят фрукты. Сквозь щели между досками, которые у фруктово-овощной тары предназначены для допуска воздуха к нежной продукции, на этот раз виднелась лишь черная оберточная бумага.
– Запасливый, однако, клиент, – усмехнулся Денис. – Он чего, полмашины себе заказал в разобранном виде?
– У каждого свои тараканы, – пожал плечами Димон. – Но на самом деле здесь не только для этой тачки запчасти. У ребят в Москве заказы появляются – обычно с оказией передаем.
– А почему в ящиках? – спросил Артем. – Неудобная какая-то тара для запчастей.
Димон слегка поморщился, – очевидно, бесконечные вопросы Артема все-таки начали его утомлять.
– Чтобы любопытные ручонками не лазили, – сдержанно произнес он. – Тут и для серьезных машин детали есть, так что ящики эти подороже самой тачки будут.
– Ладно, чего стоять? – торопливо вмешался Денис, испугавшийся, что внезапно проснувшаяся подозрительность брата испортит впечатление работодателей о новых сотрудниках. – По коням?
– Да, пора, – с готовностью поддержал Димон. – Не забудьте – за час до приезда надо отзвониться по телефону, который я дал, чтобы ребята были готовы вас вовремя встретить.
– Все помним, – заверил Денис, протягивая руку для прощания. – Ну, как говорится, счастливо оставаться.
* * *
Внешний вид и внутренняя обстановка клиники полностью соответствовали красочным фотографиям на рекламирующем ее сайте. Два одноэтажных корпуса – один подлиннее, лечебный, другой покороче, административный, – выкрашенные в нежно-зеленый цвет, словно скрывались от посторонних глаз в листве густого нетронутого леса. Невысокий, но украшенный замысловатой резьбой деревянный заборчик, служивший скорее для обозначения границы частных владений, чем преградой для непрошеных гостей или решивших сбежать постояльцев, огораживал довольно обширную территорию леса и узкую полоску берега небольшой речки. От оборудованных автоматическим шлагбаумом ворот по вырубленной в лесу просеке к корпусам тянулась асфальтовая дорога с ярко размеченной разделительной полосой, множеством «лежачих полицейских» и знаков с ограничением скорости до пяти километров в час.
Каждый одноместный номер-палата, обставленный с изяществом люксовой гостиницы, кроме ведущей в общий коридор двери, имел выход на широкую лоджию, откуда можно было спуститься на землю, сразу оказавшись посреди нетронутого леса. Полы коридора и номеров были выстланы мягкими коврами, что делало любые перемещения по корпусу абсолютно бесшумными.
– Как видите, Роман Николаевич, наши методы лечения не предполагают никакого принуждения, наши гости приходят к нам добровольно, так что вы вольны в любой момент покинуть клинику, при этом мы сделаем перерасчет стоимости оказанных услуг и вернем неиспользованную оплату за вычетом небольшого процента неустойки. Но вы должны помнить, что, как прописано в договоре, мы несем ответственность за результаты лечения только в случае прохождения гостем полного курса при неукоснительном соблюдении всех наших рекомендаций и графика процедур.
Главврач клиники – парень не старше тридцати, обладающий мягким вкрадчивым голосом, – за спиной которого на стене висело несколько обрамленных золотыми рамками дипломов, в основном на английском языке, сделал паузу, глядя на Романа с доброжелательным ожиданием.
– К нам обратился ваш брат – это обычная практика, чаще всего за помощью обращаются именно родственники наших будущих гостей, поэтому сейчас я хотел бы, чтобы вы лично подтвердили свое искреннее желание избавиться от пагубной зависимости и готовность претерпеть ради этого определенные неудобства, связанные с некоторыми процедурами и соблюдением режима нашего учреждения. Мы берем за свою работу высокую плату, но и выполняем ее добросовестно, поэтому, если человек не хочет вылечиться сам, мы ничем не сможем помочь и в таких случаях сразу отказываемся от подписания договора.
«Как много слов, – подумал Паша. – Такое ощущение, будто красноречие руководства будет прописано в счете отдельной строкой».
В обстановке кабинета отсутствовал даже малейший намек на то, что здесь располагается рабочее место главврача медицинского учреждения – стены обшиты дубовыми панелями, дорогая мебель из красного дерева, массивный, сделанный под старину письменный прибор на широком, девственно чистом столе. Рома сидел в кресле для посетителей, безучастно глядя в окно; создавалось впечатление, что он вообще не слышит обращенной к нему речи хозяина кабинета. Паша расположился на установленном вдоль стены кожаном диване, рядом примостилась Елена, то и дело издающая тихие всхлипывающие звуки и подносящая к носу скомканный платок.
«Все-таки хорошо, что Денис не поехал, – решил Павел. – Нечего ему тут делать. За последние годы он наверняка видел отца в разных состояниях, но такого – заторможенного, потерянного и равнодушного – вряд ли».
…Денис, узнав, что произошло с отцом, примчался домой – еще не совсем отошедший от ночной гулянки, скорее озабоченный и раздраженный, чем напуганный, задал положенные в таких случаях вопросы, некоторое время бесцельно шлялся по комнатам, пару раз заглянул на кухню, откуда тут же раздавались щелчки открываемых пивных банок и, не сказав ни слова матери, будто вообще ее не заметив, попросил Павла выйти с ним на крыльцо. Оставшись с дядей наедине, Денис сообщил, что новый работодатель отправляет их с Артемом в короткую командировку, поэтому он не сможет проводить сегодня отца в клинику, попросил Павла позвонить ему или Артему «если что» и пообещал сразу по возвращении проведать Романа в больнице. Не особо надеясь на успех, Павел попытался выяснить, куда и с какой целью командировка, на что получил вполне ожидаемый ответ: они сами еще ничего не знают, вернутся через пару дней, наниматели – классные парни и платят хорошо…
– Итак, Роман Николаевич, я жду. Вы действительно прибыли к нам добровольно с искренним желанием излечиться?
Рома, оторвавшись от созерцания колышущейся листвы за окном, коротко посмотрел на врача и перевел взгляд на свои судорожно сцепленные лежащие на коленях руки. Паша подумал, что брат готов сейчас согласиться на все, лишь бы не слышать больше муторных монологов вкрадчивого доктора.
– Ну, чего там, – выговорил Роман неожиданно сиплым голосом и, коротко прокашлявшись, продолжил уже более уверенно: – Небось, не на аркане меня притащили. Короче, буду лечиться.
…Предварительно завезя Лену, Павел вернулся домой около семи часов, решив не заезжать сегодня в офис для того, чтобы проверить дела, и ограничившись лишь коротким звонком с дежурными вопросами главному бухгалтеру. Поделившись со Светой своими впечатлениями от клиники, он сел за приготовленный женой ужин.
– Как думаешь, он выдержит там? – спросила Света.
– Не знаю, но очень на это надеюсь. Потому что, если он оттуда сбежит, честно, у меня нет других вариантов.
Телефон, который Паша по старой привычке держал под рукой даже во время еды, разразился мелодией, установленной на звонки от сотрудников. На экране высветилась фамилия одного из управляющих магазинами.
– Вот черт, стоит один день не появиться на
