переходе в русское подданство, обещая ему прощение и защиту от турок. Если Дорошенко не согласится, постараться привести к присяге «заднепровских казаков» и выбрать им нового гетмана или, если станут просить, объявить гетманом обеих половин Украины самого Самойловича.
Русское правительство все еще надеялось обойтись без войны.
Русские полки и гетманское войско соединились близ Лохвицы только 22 мая. Ромодановский объяснял задержку весенней распутицей. 1 июня передовой отряд переправился через Днепр и пошел к Каневу. Одновременно поехали гонцы к Дорошенко – склонять его к присяге, но снова неудачно.
Даже этот небольшой рейд за Днепр вызвал гнев царя, который писал: «Разве вам велено было переправляться за Днепр? Вам велено было стоять у Днепра, где пристойно». У Ромодановского было всего 5 тыс., и он просил прислать московских «ратных людей», чтобы «не токмо в Азове, но и в Царьграде страх был великий». В июне 1673 г. на Дон действительно прибыли думный дворянин и воевода Иван Хитрово и стольник полковник Григорий Косагов, с ними находились 2 солдатских полка и 8 стрелецких «приказов» (всего 6098 ратных людей). С обозами привезли 6 пушек железных, 9 пушек верховых, 4 пушки голландские, да в Черкасском городке было 48 разных пушек. С такими силами можно было приступать к Азову, но воевода Иван Хитрово ограничился тем, что потребовал очистить от турецких гарнизонов Каланчинские башни, которые стояли «на прежней его царского величества земле», и добавил, что на сам Азов, а также морским путем на Крым и Черное море ему «ходить не приказано», если сам султан не начнет войну.
Только в ноябре 1673 г., когда переговоры с Дорошенко окончательно зашли в тупик, Григорий Ромодановский получил приказ готовиться к походу за Днепр.
В середине января 1674 г. русские полки и казаки Самойловича переправились через Днепр, сожгли Вороновку, Боровицу, Бужин. 27 января взяли город Крылов. Путь к Чигирину, где засел Дорошенко, был свободен.
Передовой отряд под командованием стольника Скуратова и переяславского полковника Дмитрашко-Раича 31 января подошел к самому Чигирину, разбил 2-тысячный отряд «заднепровских казаков», прикрывавший подступы к городу, и сжег посады. В это время главные силы продолжали захватывать правобережные города: Черкассы, Мошну, Канев, принимая присягу на верность от местных полковников.
На раде в Переяславле в марте 1674 г. Иван Самойлович был объявлен гетманом всей Украины. В раде приняли участие и полковники «Западной стороны». Дорошенко, оказавшись почти в полной изоляции (его поддерживали только татарские отряды, присланные крымским ханом), направил своего генерального писаря Мазепу в Турцию – просить помощи у султана. Но посольство перехватили запорожские казаки. Но другой посланник Дорошенко – полковник Евстафий Гоголь – все же сумел пробраться в Константинополь.
8 начале июня 1674 г. 40-тысячная турецкая армия перешла Днестр и двинулась к Чигирину. С другой стороны к городу спешила крымская орда. Турки взяли и сожгли Тульчин, Лодыжин, Умань.
Григорий Ромодановский и Иван Самойлович подошли к Чигирину 29 июля и сразу приступили к осадным работам: начали ставить шанцы, сооружать батареи. Вскоре заговорили пушки. Но взять Чигирин с ходу не удалось. 6-тысячный гарнизон яростно отбивался. На стенах и башнях стояло около сотни пушек. И что самое главное – Григорию Ромодановскому приходилось держать значительную часть войска в укрепленных станах для предупреждения неожиданного нападения турок и татар, которые подходили к городу.
9 августа первые конные разъезды крымцев появились в окрестностях Чигирина. Следом шла вся орда крымского хана. Где-то недалеко были и турки.
10 августа Ромодановский и Самойлович приказали сжечь свои «таборы» и отступать к Черкассам. Крымский хан пришел к Чигирину на следующий день, но уже не застал русского войска. Крымская конница начала преследование и вновь опоздала. 12 августа Ромодановский вошел в Черкассы, а татары «добежали» до города только 13 августа. Встретив крепкий отпор, хан увел свою орду в Умань, где стояли главные силы турецкой армии. Туда же, на поклон к великому визирю, отправился и Дорошенко со своими сторонниками.
Оставаться в Черкассах было теперь бесполезно да и опасно: турки и татары в любой момент могли двинуться дальше. И Григорий Ромодановский отвел полки за Днепр. Он построил укрепленный лагерь на левом берегу реки против Канева, чтобы не пустить противника в Левобережную Украину. Но в начале сентября турки ушли из-под Умани и Лодыжина обратно за Днестр. Вскоре, узнав о нападении донских казаков и калмыков на свои владения, покинул Украину и крымский хан.
Осенью царь разрешил Ромодановскому вернуться на воеводство в Курск, оставив в Переяславле полк «московских ратных людей» во главе с сыном воеводы, стольником Михаилом Григорьевичем Ромодановским. Служилые люди были распущены на зиму по домам – войску требовался отдых. Григорий Ромодановский писал в Москву: «Ратные люди Севского и Белгородского полков, будучи на службе в беспрестанных походах полтора года, изнуждались, наги и босы, запасов у них вовсе никаких нет, лошадьми опали, а многие от великой нужды разбежались и теперь бегут беспрестанно, а которых немного теперь осталось, у тех никаких запасов нет, оставить их долее на службе никак нельзя…» Не в лучшем положении оказались и полки гетмана Самойловича – с гетманом оставалось не более 15 тыс. казаков.
Тяжелый был год, не прибавивший славы ни воеводе Ромодановскому, ни его соратнику гетману Самойловичу. Не победами, а изнурительными походами, вынужденными отступлениями, разочарованиями отмечен он. Хорошо хоть, войско под турецкие ятаганы не подставили, вовремя отвели за Днепр и дорогу туркам и татарам на Левобережную Украину закрыли. Как бы вничью закончилась кампания. Поэтому не высказал государь своему верному воеводе царского милостивого слова, но и укорять не стал.
А следующий год принес облегчение. Турки навалились на Польшу. Новый король Речи Посполитой Ян III Собеский сражался отважно и умело и осенью 1675 г. отбил-таки султанское воинство от Львова.
Много усилий приложили польские посланники, чтобы и Россию втянуть в войну. Но только два полка армии Григория Ромодановского были переброшены через Днепр – полк генерал-майора Франца Вульфа и генерального есаула Ивана Лысенка. Но и этого оказалось достаточно, чтобы от Петра Дорошенко начали отъезжать многие казаки. Помощи от турок и татар он не мог получить – сами завязли в войне с Польшей.
И случилось то, к чему стремилось, оттягивая чисто военное решение вопроса, русское правительство: при посредстве кошевого атамана Запорожской Сечи Серка гетман Дорошенко начал переговоры с Москвой.
В начале января 1676 г. послы Дорошенко приехали в Москву, привезли бунчук и санджаки, врученные гетману Правобережной Украины от имени турецкого султана. Только гетманскую булаву оставил себе Дорошенко, сославшись, что без булавы ему неприлично будет ехать в Москву, если государь
