– Когда ты в последний раз был здесь, я познакомила тебя с Кейт Донован, невестой Эвана Бартлетта. Помнишь ее? Это было на благотворительном вечере в пользу детской больницы.
Вместо того чтобы кивнуть, Митчел откинулся на спинку стула и молча уставился на нее.
– Так вот, они больше не обручены, – продолжала она, встречаясь с его напряженным взглядом и снова прижимая к губам салфетку. – Через несколько недель помолвка была разорвана. Если верить слухам, Эван и Генри решили, что она недостойна войти в семью Бартлеттов. Он встречается с другими женщинами и распространяет крайне неджентльменские сплетни о Кейт. Я не могла не заметить несколько напряженную атмосферу на благотворительном вечере, особенно когда представила тебя Кейт... словно вы с ней уже были знакомы и успели поссориться. Это правда?
Митчел, не отвечая, знаком велел официанту принести счет. Оливия мгновенно помрачнела.
– А я надеялась выпить с тобой по бокальчику хереса, как всегда, когда мы ужинаем вдвоем. Разве ужин закончен?
– Надеюсь, мы больше не затронем эту тему? – парировал Митчел, просматривая счет.
Она похоже что-то поняла, поскольку настороженно взглянула, покорно кивнула, сложила руки на столе, просто вздохнула и быстро – быстро заморгала. Осознав, что бедняжка в полном отчаянии, Митчел поспешно велел официанту принести два бокала хереса. Но этого оказалось недостаточно, чтобы заглушить угрызения совести за собственную прямолинейность. Зачем он так упорно вдалбливал тетке, что не желает ничего слышать о Кейт? Глупо и совершенно бессмысленно, тем более что престарелая тетка так и сияла от удовольствия, каждый раз, когда была с ним.
Разглядывая низко склоненную седую голову, перехваченную широкой черной бархатной лентой, которая придерживала ее все еще густые волосы, он пытался придумать, как лучше сгладить ситуацию. Несмотря на немалые годы, тетка была проницательной, любопытной и безнадежно романтичной, следовательно, его крайне отрицательная реакция на все расспросы вполне могла убедить ее, что он питает тайную безнадежную любовь к Кейт Донован. И поскольку он не желал и не собирался обсуждать подобные темы даже с родственниками, то, взяв ее руку, пригласил танцевать.
Оливия больше никогда не упоминала при нем имя Кейт, впрочем, как и все окружающие, и в дальнейшем ему удалось простить себе слепое увлечение. Удалось убедить себя, что, скорее всего, просто встретился с ней в момент слабости, чем и объясняется полная неспособность мыслить разумно и связно. Что ни говори, а за те несколько месяцев до его поездки в Ангилью Уильям нашел его и смело перевернул все представления о себе и о жизни. Прежде всего брат рассказал о всех обстоятельствах рождения Митчела, познакомил с родными, включая престарелую внучатую тетку, которая сумела задеть его очерствевшее сердце, и немолодого властного деда, пробудившего в нем крайне противоречивые чувства. Всего через несколько недель, хотя и против воли, Митчел уже думал о Кэролайн, прекрасной нежной жене Уильяма, как о невестке и считал юного Билли своим племянником. А Уильям... попроси кто-то Митчела дать свое представление об идеальном брате и прекрасном человеке, он, даже не будучи знаком с Уильямом, описал бы именно его. Задолго до того, как Митчел позволил себе считать остальных своими родственниками, Уильям в его мыслях уже был братом. А потом Уильям исчез. Так же быстро и неожиданно, как появился в жизни Митчела.
Наверное, именно из-за смятения, которое пережил Митчел незадолго до встречи с Кейт, обычная настороженность уступила место непонятной доверчивости, а прославленная проницательность в тот раз просто не сработала. Но сейчас... говоря по правде, он почти не думал о Кейт, если не считать крайне редких случаев, когда кто-то или что-то напоминало о ней. Но даже когда это случалось, она мелькала в его памяти слабым огоньком, который почти мгновенно гас.
Так продолжалось почти три года, но звонок Мэтта разом разрушил сложившуюся ситуацию, которая до сих пор вполне устраивала Уайатта. Изменилось все, кроме одного: Митчел, совсем как в прошлом, снова оказался в положении ни о чем не подозревавшего глупца, только на этот раз невинной пешкой в этой жестокой игре оказался сын.
Глава 47
Кейт медленно мерила шагами гостиную, наблюдая, как часы отсчитывают мгновения каждой минуты, проходившей в ожидании звонка от Митчела. Маленькая стрелка сделала уже семьдесят пять оборотов: один мучительный час с четвертью. И ни единого слова от бессердечного негодяя, которого, как ей казалось, она любила когда-то.
Отец Донован поспешил приехать сразу же после звонка Марджори и теперь сидел на диване, беспомощно гипнотизируя телефон. Взгляд устремлен на аппарат, руки сложены на коленях. Очевидно, он молился, чтобы Митчел позвонил.
Грей Эллиот устроился на табурете у длинной стойки, отделявшей зону кухни от гостиной. С сегодняшнего утра он стал лучшим другом Дэнни, готовым на все, чтобы обеспечить его благополучное возвращение. Судя по мрачному, как туча, лицу Эллиота, его заветной мечтой было выдернуть Митчела из той норы, куда он забился, обвинить в преступном отсутствии человечности и обеспечить пожизненное заключение в самой суровой тюрьме Штатов.
Макнил стоял у окна, выходившего на улицу перед рестораном, где под самыми невероятными углами столпились полицейские машины с мигалками. На тротуаре толкались репортеры, взволнованные жители, любопытные зеваки, надеявшиеся на какие-то новости. Кейт не понимала, о чем думает Макнил, но тот все время поглядывал на мобильник, словно одной силой воли можно было вызвать звонок. Может, он ждет какой-то подсказки, которая поможет обнаружить похитителей... послать поток полицейских машин, ревущих сиренами, на спасение Дэнни...
Холли оставила Мауи в разгар конференции ветеринаров и вылетела в Чикаго. В одном из обеденных залов разместилась оперативная группа, и после объявления «желтой тревоги», на вновь установленные телефонные линии стали поступать звонки. Узнав о похищении сына, Кейт немедленно приказала, чтобы ресторан закрыли, но большинство служащих оставались на местах, неся молчаливую вахту ради маленького синеглазого мальчика с сияющей улыбкой, который умудрился навсегда покорить их сердца.
Чилдресс был где-то внизу, должно быть, работал с оперативной группой.
Мобильник Макнила издал резкий щебет, и детектив поднес его к уху так быстро, что движение получилось смазанным. Немного послушав, он повернулся и перевел взгляд с Кейт на Грея.
– Внизу стоят два адвоката: Дэвид Левинсон и Уильям Пирсон. Они представляют Митчела Уайатта.
