раздалось гневное:
– А я настаиваю на этом!
Доктор Доу сразу же узнал раскатистый голос главы пожарных Саквояжного района.
– Вы спятили, Кнуггер! – А этот голос доктору был не знаком: тонкий, чуть визгливый – он явно принадлежал человеку склочному и вредному. – Нет никаких свидетельств того, что эти пожары связаны!
– Что? Нет? – прорычал Кнуггер. – А как же визитная карточка, которую этот мерзавец оставляет для нас?
– Только не начинайте снова об этой спичке! Спичка на пепелище! Только вы могли углядеть в этом тайный знак. До Департамента доходили слухи, что вы помешались на этой спичке! Ваша навязчивая идея…
– А я говорю вам: в Тремпл-Толл действует пироманьяк! Я руку даю на отсечение: прямо сейчас он замышляет новый пожар!
– Вы видите то, чего нет. И знаете что, Кнуггер? Я склоняюсь к мнению, что вы слишком стары, чтобы возглавлять Пожарное ведомство такого большого района. Я все укажу в своем отчете в Департамент. Непременно.
– Да указывайте вы, что хотите! Меня не запугают какие-то канцелярские крысы, которые дыма не нюхали!
Доктору Доу надоело стоять за дверью.
– Стучите, мистер Бонни.
– Но, сэр…
– Время не ждет.
В голосе доктора прозвучал металл, и пожарный понял, что лучше не спорить. Он несколько раз стукнул в дверь и, дождавшись окрика «Что там еще такое, провалитесь вы все пропадом?!», открыл дверь и пропустил доктора в кабинет.
Брандмейстер Кнуггер, широкоплечий и статный, обладающий пышными седыми усами и облаченный в темно-красный мундир, сидел за столом. Перед ним в кресле для посетителей устроился худосочный прилизанный джентльмен с узким лощеным лицом и выдающимися вперед крысиными зубами.
– Доктор Доу! Только вас сейчас и не хватало! – пророкотал брандмейстер, хмуря кустистые седые брови. – Вы очень не вовремя, знаете ли.
– Как впрочем, и всегда, – ответил доктор. – Но, боюсь, сейчас я к вам пришел по делу, не терпящему отлагательств.
– Дайте угадаю, вам снова нужна помощь славных пожарных?
Доктор коротко кивнул, и брандмейстер продолжил:
– Что сейчас? Помнится, в прошлый раз вы ловили какую-то… гм… тварь неподалеку и просили не вмешиваться. Устроили настоящее шоу с красным фонарем. Поймали свою тварь?
– Ту да. Но, боюсь, появилась еще одна.
– Что от нас требуется?
Доктор не успел ответить, когда в разговор влез лощеный тип с крысиными зубами:
– Вы спятили, Кнуггер? Вы готовы растрачивать ресурсы Ведомства в интересах какого-то постороннего лица?
– Доктор Доу вовсе не постороннее лицо, – скрипнул брандмейстер. – Он лечит моих пожарных практически бесплатно, в то время как Департамент удавиться готов за каждый пенс на лечение в Больнице Странных Болезней.
Департаментский клерк вскинул кривой палец.
– Меня это не волнует! Я вам запрещаю!
Губы брандмейстера изогнулись в улыбке. Что бы он прежде ни говорил, все же доктор явился как нельзя вовремя – лучшего момента, чтобы поставить на место этого типа сложно было бы и представить.
– Что от нас требуется, господин доктор? – спросил он.
***
Сомнение. Это то, что может остановить человека от совершения чудовищной, ужасной, непоправимой ошибки. И в то же время – это то, что может поселить в человеке неуверенность и не позволить ему сделать то, что требуется.
Сэр Уолтер Пемброуз был решительным человеком и обычно не поддавался сомнениям. Его твердость, непоколебимая убежденность в собственной правоте и закаленная опасностями воля не раз спасали ему жизнь. Коварные джунгли, в которых он провел большую часть этой жизни, не оставляли шанса тому, кто склонен к промедлению: бросок кобры, проламывающиеся под ногами доски трухлявого моста над пропастью, свист выпущенной из трубки отравленной иглы туземца-каннибала из племени Любителей Хрустящей Корочки – все это может стать концом экспедиции, если зазеваться хоть на мгновение.
Что ж, сейчас сэр Пемброуз впервые за много лет испытывал упомянутое сомнение. Когда острие его охотничьего ножа коснулось тяжело вздымающейся груди мальчишки, он вдруг застыл.
Сомнение заползло к нему в голову и остановило его руку.
«Что ты делаешь?! Ты уверен?!»
Он не был уверен. Впервые в жизни.
«А что если все это обман? Вдруг ты сошел с ума?»
Он ведь не видел превращение своими глазами. Он просто поверил на слово этому доктору и его племяннику, ведь их рассказ соответствовал истории старого пьяницы Гохха о братьях Лэмп, а между тем…
Между тем он сжимал за шиворот обычного мальчишку. Это же просто перепуганный ребенок!
Расширенные от ужаса огромные глаза, взлохмаченные волосы, сугубо мальчишеская щель между зубами…
Еще полчаса назад сэр Пемброуз и не предполагал, что вскоре перед ним встанет то, что сам он называл недопустимой дилеммой.
Он стоял у двери своей квартиры и вслушивался в происходящее за ней. По лестнице вниз топал констебль Шнаппер; с ним были мистер Уилкс из пятой квартиры и капитан Блейкли из двенадцатой. По их разговору он понял, что возвращение миссис Паттни побудило жильцов дома к решительным действиям: они направлялись навестить доктора и его племянника.
Когда их шаги и голоса стихли, он перешагнул стоящий у двери капкан и подошел к своей кровати. Вытащил из-под нее дорожный чемодан. Открыв его, сэр Пемброуз снял с шеи цепочку с ключом.
Время пришло. Доктор Доу понял все правильно: он собирался медленно травить жильцов дома № 12, пока один за другим они не зачахнут. Это был хороший план, он требовал терпения и времени, но он бы точно сработал. Все было продумано, существовала схема последовательных отравлений – он действовал выверенно, соблюдал осторожность. Его не подозревали. Он добрался даже до старухи Браун – пришел к ней с жалобами на портрет мистера Карниворри, мол, тот вызывает у него хандру и вообще действует на него подавляюще. Разумеется, старуха сказала, что портрет покойного домовладельца останется, но это был лишь повод, чтобы оказаться в шаге от миссис Браун. Сэр Пемброуз уже даже начал разрабатывать подходы к особо трудным целям – Шнапперу и капитану Блейкли…
Все шло своим чередом. У его плана была первая жертва – мистер Типпин из восьмой квартиры, а симптомы миссис Жиббль из десятой вышли на финальную стадию, и скоро она должна была присоединиться к Типпину…
Ну а теперь… Долгая, кропотливая работа была испорчена. Треклятый доктор и его мальчишка все испоганили своим вмешательством. Времени больше не оставалось…
Сэр Пемброуз открыл узкий ящичек в чемодане и достал из бархатного углубления стеклянный шприц, заполненный густой янтарной жидкостью. Как только
