Какой знакомый стук, прерывистое частое биение…
Сердце! Ведь так стучит сердце, поняла она и, сняв руку с плеча Ника, положила ее ему на грудь.
Он замер. Стук под ее ладонью усилился.
Горячее, живое, переполненное любовью сердце.
Любовью к ней.
Кристина отсчитала несколько неровных гулких ударов, прежде чем осознала, что они неподвижно стоят в центре танцевальной площадки и Ник пристально на нее смотрит.
Словно очнувшись от наваждения, она отдернула руку и, повернувшись, хотела отойти, но Ник задержал ее, схватив за локоть:
– Кристи, постой!
– Что? – сухо ответила она, глядя в сторону.
– Подожди… Я тебя провожу.
– Не надо. Но… (проклятый внутренний голос!) я еще здесь.
Взмахнув ресницами, она с холодной кокетливой улыбкой посмотрела на Ника, высвободила руку, пользуясь его замешательством, и вернулась к своему столику, где, разумеется, увидела Миранду, которая даже не пыталась скрыть свое изумление.
В соседней компании, через проход, сидел Леней с абсолютно таким же, как у Миранды, выражением лица. Похоже, эти двое наблюдали весь танец и его не совсем обычное завершение и теперь желали получить объяснение. По крайней мере, Миранда, судя по ее явному нетерпению, точно от нее не отвяжется.
Кристина нервно огляделась и заметила еще несколько лиц, обращенных в ее сторону. Да что же это такое, в самом деле! Шагу ступить нельзя без свидетелей и последующих разборок! Ей в лицо бросилась краска, и она, не дойдя до своего столика, повернулась и пошла к выходу.
Ничего, потерпят. Она вообще никому не обязана давать объяснения!
Из зала она прямиком направилась в дамскую комнату. Ей повезло, здесь почти никого не было. Вот что значит медленный танец: кто на ловле, а у кого вообще последний шанс. Зато можно не толкаться в туалете.
От собственного цинизма ее передернуло.
Выкрутив кран с холодной водой на полную мощность, как будто он был в чем-то виноват, Кристина намочила руки и коснулась своих пылающих щек, стараясь не испортить макияж, который ей наложила Оливия. Она стояла, глядя в зеркало, с прижатыми к лицу ледяными ладонями и морщилась от усиливающейся боли в висках.
Что она только что сделала? Зачем она это сделала? И, главное, что ей теперь делать дальше?
Что сказать Вуду, когда он опомнится и подойдет к ней? А ведь он непременно подойдет! Как объяснить свою выходку Миранде? Кристина представила круглые от удивления глаза подруги и криво улыбнулась одним уголком рта. А Леней? Ну, этот-то, как раз, скорее всего, не пристанет. Хотя кто его знает, у него, похоже, припадки стеснительности и заикания чередуются с состояниями, близкими к нормальному, и тогда он может изобразить допрос с пристрастием. Наверное, решил, если она с ним сегодня пару раз станцевала, то вручила на себя лицензию? Ха!
Боже, о чем она думает?
Кристина потерла переносицу, но боль не отступила, даже, наоборот, усилилась. Ей отчаянно захотелось домой, несмотря на то, что бал был в полном разгаре. Она промокнула щеки бумажной салфеткой и вышла в коридор с твердым намерением позвонить матери и попросить Патрика забрать ее отсюда. Но у телефона толпились девчонки, ожидая своей очереди, и ей волей-неволей пришлось возвращаться в зал. Она все равно должна попрощаться с Мирандой и забрать свою сумочку.
– Итак, что это было? – спросила Миранда, как только Кристина опустилась на стул рядом с ней. – Что значит все это представление и твое последующее бегство, как я полагаю, в туалет?
Неопределенное движение плечами. Кристина старательно избегала смотреть подруге в глаза.
– Вы же вроде… того… расстались?
– Вроде, – мрачно подтвердила Кристина, теребя браслет на руке.
Наверное, все-таки стоило пожертвовать сумочкой, чтобы избежать этого допроса.
– Тогда я совершенно не понимаю, что ты творишь.
Кристина уже готова была идти домой пешком посреди ночи, только бы подруга прекратила ее пытать.
– Не делай вид, что меня тут нет! – не унималась Миранда. В зале стало жарко, и она, разгоряченная танцами, энергично обмахивалась салфеткой. – Ты уж прости, но сегодня я от тебя не отстану. Объясни мне, зачем ты это делаешь, а?
– Что «это»? – Кристина из чистого упрямства продолжала изображать вид, что не может уловить суть вопроса, хотя прекрасно понимала, что, или, вернее, кого имела в виду Миранда. Она оставила браслет в покое, откинулась на спинку стула, потягивая через соломинку холодный коктейль и глядя куда-то в потолок.
Миранда отложила салфетку и наклонилась почти к самому уху подруги, потому что музыка загрохотала так, что ничего нельзя было разобрать, кроме ужасающих басов, от которых ощутимо вибрировал пол.
– Я не слепая, Крис, и все прекрасно вижу. Ты только что сама пригласила на танец Ника Вуда. И это притом, что ты его на дух не выносишь в последнее время, а это, кстати, не только я заметила.
Кристина испуганно вскинула на Миранду глаза, и та все поняла:
– Ладно, это проедем. Я о другом вообще-то… Ну, бросила ты его, допустим, у тебя свои мотивы. Может, тебе неизвестно, хотя я сомневаюсь, что он после этого как помешанный стал? Ходит по школе словно привидение, а как тебя встретит, вообще не отличить… То есть я хочу сказать, ему и без того нелегко. Зачем ты так с ним? Уехала бы без этих… фокусов, он, может, со временем в себя бы пришел… А ты только что вбила последний гвоздь в крышку его гроба. Для чего тебе это? Не мое это дело, но, мне кажется, продолжать не стоит. Оставь его в покое!
– Да брось, – с деланным безразличием оборвала неожиданную отповедь подруги Кристина. – Вуд взрослый мальчик и сам решит, оставаться ему в покое или нет.
– Ну да, после твоей выходки однозначно решит, – скептически подтвердила Миранда.
– Давай не будем, а? Миранда, я очень тебя прошу! – Кристина с громким стуком поставила стакан на стол. – Кто тебе, в конце концов, дороже, Вуд или я?
В ней опять поднялась волна раздражения и, чтобы перевести разговор на другую тему, она спросила, несказанно удивив саму себя:
– Скажи-ка лучше, ты поедешь к Рону?
Большая часть выпускников собиралась после танцев в кафе махнуть на озеро, где на самом берегу жил Рональд Ричмонд. Его родители предоставили свой дом на растерзание молодежи, отступив перед очевидной истиной, что выпускной бывает только раз, а дом все равно пора ремонтировать.
– Я не знаю, – неуверенно протянула Миранда, явно сбитая с толку такой сменой темы. – А он тебя что, пригласил? Когда успел?
– Когда мы с ним танцевали.
– Ты и с Ричмондом танцевала? Обалдеть! Интересно, где я была в это время?
– Надо думать, танцевала с Грэгом Маршаллом. Или нет?
Кажется, Миранда покраснела не только от духоты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
