— Нет — медленно помотал головой Герлат — не устоят. Ты даже не представляешь, что такое сорок архимагов, какая это мощь! Выводи всех, кто может держать оружие — если погибать, так с песней! Чтобы помнили!
— А ты молодец! — уважительно протянул Геор, смерив лекаря взглядом — я думал ты мягкотелый! Да, с песней! Песней Смерти!
Возвысив голос, ард приказал:
— Все уходим со стен! Вниз! Все вниз! Взять щиты, топоры, мечи! Построиться напротив ворот!
Защитники крепости горохом посыпались со стен, вынимая мечи из ножен, вытаскивая топоры. Построившись у ворот, арды замерли, глядя, как к ним идет глава рода. Геор был мрачен, но решителен. Выйдя на свободное место перед строем, он встал спиной к воротам, помолчал секунд двадцать, потом громко крикнул:
— Братья и сестры! За нами — наши дома! За нами — дети! Нам больше некуда бежать! Нам нужно драться! Насмерть! Сегодня многие из нас уйдут на небо, в чертоги бога войны, но уйдут с честью, сделав все, что могут! А можем мы многое! Каждый из нас умеет убивать, и умирать, и каждый может уйти лишь забрав с собой не меньше чем пять врагов! Бейтесь как можете, как умеете, знайте, у нас нет другого выхода! И будь, что будет — мы честно выполним свой долг, боги не будут на нас в обиде!
Геор замолчал, перевел дух и осмотрел войско, которое стояло перед ним. Его глаз сразу выцепил людей, не похожих на ардов — черноволосые, не очень высокие — замарцы. Они стояли вперемешку с ардами — ремесленники, кузнецы, рыбаки и ловцы жемчуга — никто не остался равнодушным, никто не остался в стороне. Они вышли на бой с теми, кто хотел разрушить их жилища, кто хотел изнасиловать их жен, дочерей, убить детей! Забыты многовековые ненависть и недоверие, забыта неприязнь и злоба — вышли даже женщины замарцев, вооружившись, чем могли — неловко держа в руках мечи, копья, вилы. Остановились кузницы, закрылись дома — все, кто мог держать оружие в руках, были сейчас здесь.
Глава рода слегка улыбнулся — если все‑таки они выживут, вопреки всему, эти люди будут помнить, с кем вместе они стояли перед лицом опасности. И превратятся в один народ, в одно племя, в один Род!
— Люди Черного Клана! Держитесь! Сейчас будет трудно — враг вывел против нас могучую силу — магов. Они собираются разрушить стену, разрушить всю нашу жизнь — держитесь! Помощь близка! Мы связались с Недом, нашим Конором, и он скоро будет здесь! (Дай‑то боги! — подумал Геор) Держитесь! Враг будет уничтожен!
— Славься! Славься! Славься! — грубые, хриплые голоса ардов — мужчин смешивались с голосами воительниц, среди которых были совсем молоденькие девчонки, при взгляде на которых у Геора щемило сердце — за что? Только начали жить, только все стало налаживаться — дома, семьи, любовь, и… смерть! Несправедливо. Может хотя бы на небесах есть справедливость? Больше рассчитывать не на что — на земле справедливости нет. В этом Геор был уверен — жизнь научила.
Будто огромный кулак ударил по земле рядом с крепостью — Геора сбило с ног, бросило на землю и какое‑то время он не мог нормально соображать — ударился головой при падении. Земля тряслась, как если бы огромная собака ухватила этот кусок земли и нещадно терзала его, рыча и завывая от ярости.
Из глубины земли шел гул, глухой рокот, поднялась пыль и кое — где появились трещины, смыкающиеся и снова расходившиеся, как жадные рты. Стены крепости ходили ходуном — все, что было выстроено за эти недели, месяцы — все превращалось в прах. Геор с грустью и отчаянием смотрел, как обрушиваются башенки, зубцы, за которыми прятались лучники, как корчатся могучие ворота, выдержавшие удары десятков снарядов и лишь посмеявшиеся над противником.
Глубокие трещины прошли и через кладку. Часть стены, обращенная к югу, раскололась на несколько кусков, угрожающе раскачивающихся под невидимым магическим «ветром». Наконец, один из обломков не выдержал, качнулся в очередной раз и упал внутрь крепости, ухнув, как громадный молот и подняв облако пыли. После этого упал еще один кусок — поменьше, и только тогда земля начала успокаиваться, удовлетворенная разрушением.
В стене образовался проем в двадцать шагов шириной, накрытый чем‑то вроде каменного моста, состоявшего из упавших обломков.
Земля еще содрогалась, когда Геор громко рявкнул:
— Все лучники на стены! Остальные — ждем здесь! Лучники — стрельба без команды! Вперед!
Защитники крепости разделились на две части — лучники заняли место на стенах крепости, чудом устоявшей после магической атаки, остальные выстроились напротив прогала в стене, за которым было видно, как войско врага, напоминающее грязную приливную волну, медленно, но верно движется на крепость под бой барабанов и повизгивание труб.
Реяли флаги Замара, солдаты, прикрытые тяжелыми щитами уверенно топтали землю, поднимая клубы пыли, и эта масса надвигалась на защитников крепости, возбужденная, уверенная в себе, горящая желанием отомстить за понесенное ранее поражение. Прибытие магов, разрушение стен неприступной крепости — все это подняло дух солдат и заставило поверить в победу.
Офицеры Юбара заранее долго рассказывали подчиненным, что с прибытием магов все изменится, что как только разрушат стены крепости, у ардов не будет ни одного шанса, что они, как всегда в открытом бою, не выдержат удара доблестной замарской армии, и это доказывали своими копьями поколения воинов Замара на протяжении веков.
Два дня понадобилось, чтобы вбить в головы людей мысль о том, что они победят. Два дня, и… специальные снадобья, которые готовили маги и добавляли их в котлы бойцам. Нет, не наркотики — снадобья помогали людям поверить в то, что им говорят. Теперь это были полноценные солдаты, которые шли на штурм крепости без страха. Тем более — что войти в нее сейчас можно легко и свободно. По крайней мере — так казалось со стороны.
Корпус Морской Пехоты так и хранил нейтралитет — после ночной акции Жересара он снялся с якоря, удалился подальше от берега — в пределах видимости и выставил множество наблюдателей — на всякий случай…
Жжжжжж!
Десятки стрел полетели в сторону наступающих латников и вонзились в щиты, в землю, в тела, прикрытые стальной броней. Против бронебойных стрел не помогали ни кольчуги, ни закаленные пластины. Лишь щиты могли сдержать удар тяжелых снарядов, и они теперь покрылись щеткой из дрожащих в нетерпении стрел, так и не напившихся крови.
Арды стреляли быстро, опустошая колчаны за считанные минуты. Каждый лучник выпустил по сорок стрел, туго набитых в свой «дом». Затем — лучники бросили луки, присоединившись к тем, кто встретил врага у пролома. А там уже шла жаркая схватка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
