— Что, "Фрейя"! Это же тренажерный зал? — показно заозиралась ее высочество. — Вот я и позанимаюсь. Постою в спарринге с маминым будущем телохранителем. Не думаешь же ты, что мамин будущий вассал сделает мне больно?
Нет, Оливия не думала. Но ситуация висела на волоске, и она ни на что не могла повлиять. Потому продолжила увещевания, впрочем, не особо надеясь на успех:
— Ты не в форме. И вообще в юбке!
Фрейя лишь усмехнулась.
— И что? Некоторым можно драться в юбках, чем я хуже? У меня тоже ноги красивые! — И бросила уничтожающий взгляд на мою спутницу.
— Хуан, думаю, вам лучше поговорить наедине, — мудро произнесла огненный демон, устранившись от конфликта
Предательница!
Больше всего мне понравилось слово "поговорить". Да и "наедине" тоже ничего!..
Я окинул ее высочество придирчивым взглядом. Ну, что раскопала насчет школы — ничего удивительного с ее возможностями. И юбка у нее хоть и не длинная, но по меркам Венеры достаточно скромная. И главное, не узкая — движений стеснять не будет. Остальное мелочи.
— Слушаю тебя? — отошел я на несколько шагов и встал в защитную стойку. Фрейя встала напротив, отзеркалив мое действие. "Левша" — пронеслось в голове. И это не очень хорошо.
— Я думала ты обычный парень, — начала предъявлять она претензии, нарезая круги. Пару раз попробовала провести удары, но не всерьез — пристреливалась.
— А я необычный? — Я удивленно закатил глаза, стараясь не терять контроля за ее движением. Это чертовски сложно, переключаться между режимами! На сверхскорости, я был уверен, побью ее (хотя кто его знает…), но вот разговаривали мы в нормальном восприятии. То есть, в данный момент ключ к успеху лежал в кармане у того, кто быстрее может переходить из состояния в состояние, а женщины мало того, что превосходят в этом мужчин физиологически, так и эта выдра тренируется уже много лет. У нее опыт, что вещь немаловажная.
— Ты — ангел, — продолжила она.
— И что?
— Ты меня обманывал, все это время.
Подтверждением ее слов стала серия ударов. Еще не серьезная, но уже качественная разведка боем. Она кипела злостью, но при этом успевала пробовать на "вкус" мою защиту. Эх, не наделать бы ошибок! Не в ТАКОМ поединке!
— Я не обязан отчитываться перед тобой, кто я, — пытался парировать я, разрывая дистанцию.
— Как бы нет, не обязан… — Фрейя грустно усмехнулась. — …С точки зрения закона, устава. Но ты ломал передо мной комедию. Играл, заставляя верить в игру. Что ты — обычный. Чтобы я относилась к тебе, как к простому парню с улицы. Черт возьми, ты даже цирк устроил с этим республиканским нонконформизмом!
Она сорвалась резко, неожиданно — я почти проморгал ее атаку. Которую отбил чудом. Ого! А ее высочество умеет бдительность усыплять! И да, переходы у нее великолепны. Стоит ли говорить, что о контратаке я и не помышлял?
— Ты смеялся надо мной, да? — продолжила она, накручивая саму себя. — Какая я дура? Ничего не знаю, не подозреваю?.. Постой, это, получается, мои жучки на тебе обнаружили в воротах? — скривилось вдруг ее личико. — А я гадала, куда сигнал делся!..
Теперь моя атака — надо было срочно перехватить инициативу. Есть, попал, хоть и вскользь. Заболталась, голубушка! Болтология до добра не доводит!
Фрейя и сама поняла ошибку. Отскочила, прижав перчатку к губе. Бывает, девочка, бывает. Я тоже не лыком шит.
— Зачем тебе вообще понадобилось сажать жучки? — усмехнулся я. — Зачем принцессе какой-то республиканец с улицы? Я — мусор, ты на таких никогда не обращаешь внимания! Долго думал, солнышко, но так этого и не понял!
— Не называй меня "солнышко"! — Вспышка ярости, атака. ОЧЕНЬ быстрая. Да у нее уверенная "четверочка" и без границы перехода! М-да!..
— Хотела, чтобы Бени тебя вышвырнул! — со злостью продолжила Фрейя, когда я отбил атаку. — Решила насобирать материал! "Жучки" из долгоиграющих, не ломаются, не портятся от воды и прочих раздражителей. После мои мальчики просмотрели бы записи по ключевым словам, и тебя бы точно вышвырнули. Рано или поздно. Но сигнал исчез в первый же вечер.
— То есть, ты их нацепила с прицелом на будущее, — вновь ухмыльнулся я и провел атаку. Она отступила. Атака не была вершиной моего мастерства, но за ней угадывались знания и опыт, и в глазах противницы появилось уважение. Нет, она все еще смотрела на меня свысока, как на нахватавшегося выскочку, но на выскочку с потенциалом.
— А они "выстрелили" в первые же несколько часов! — Усмешка. — Националисты хреновы…
Удар. Она меня достала — проморгал. Но я обладал еще одним преимуществом — физической крепостью. Женский кулачок есть женский кулачок, даже на скорости, и на ногах я устоял, вновь позорно разрывая дистанцию.
— Фрейя, я не обязан был раскрываться перед тобой, — попробовал решить дело миром и успокоить ее, пока не кончилось чем-то плохим. Женщина, обиженная на мужчину, подобна дикой кошке. И не важно, что мужчина не виноват — для женщины нет такого понятия, "не виноват". Он виноват уже потому, что мужчина. И вряд ли Фрейя будет выбиваться из математического ожидания.
Меня, как и думал, не услышали, восприняв слова как лишний повод себя распалить.
— Конечно, не должен! Ты должен был кривляться передо мной, держать меня за дуру! И знаешь, получилось у тебя отлично! — Удар. Я отвел, но это было только начало. Еще удар, и еще. Злость придавала маленькой богине поистине нечеловеческие силы. — Скажи, вы сильно смеялись надо мной?
— Мы? — сделал я удивленное лицо, не понимая, кого конкретно она имеет в виду.
— Вы. Ты. Оливия. Жанка. Остальные. — Удар, и я, кажется, пропустил — отвлекся, подсознательно желая увидеть лицо черненькой в этот момент. Ай, как нехорошо! — Вы все предатели! ВСЕ!!! Но ты — особенно!
Пауза, разрыв дистанции.
— Почему же я — особенно? — усмехнулся я, пытаясь перехватить инициативу.
— Потому. Ты знал, кто я. Но все равно кривлялся. Хотя, если бы у тебя в отношении меня в планах ничего не было, я не вижу ни одной причины не сказать мне, кто ты!
Контратака, и вновь ее удар достиг цели. Нет, ну я так не играю! И главное, не возразишь! Оттого и с защитой торможу. Она искренняя, кипит внутри, слова от души идут; я же трачу ресурс внимания, чтоб сообразить, что говорить. М-да!
— Объясни, Хуан! — не стала добивать она, видимо, решив, что не все сказала. — Вот объясни мне, такой мартышке? Я не права? Почему бы тебе, кадету корпуса, будущему вассалу матери, МОЕМУ вассалу, черт возьми, не признаться? Если ты в школу с чистым сердцем пришел?
Атака, для закрепления, подтверждения доминирования. Я молчал — не успевал соображать, и это была лучшая стратегия, хотя и не выигрышная.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
