заливу.
История этих мест такова…
На голом островке Ормуз (правильнее Хормуз) в Персидском заливе, напротив персидского же порта Гомбруна, находилась знаменитая гавань, служившая в начале XIV века складским и перевалочным пунктом транзитной караванно-морской торговли Персии с Индией, Китаем, Аравией и странами Европы.
Еще в 1507 году португальцы, открывшие незадолго до того морской путь в Индию вокруг Африки, завладели Ормузом и отклонили требование шаха Измаила I об уплате ему дани. Но затем они потеряли остров. В 1515 году адмирал Альфонсо д’Альбукерке, известный мореплаватель и вице-король португальских владений в Индии, вновь завладел Ормузом, истребил здесь всех сторонников кызылбашей вместе с раисом, но оставил местного владетеля Тураншаха на правах вассала-данника Португалии. Португальцы сильно укрепили Ормуз, поместили в нем свой гарнизон, а также завели инквизицию. В течение XVI века в Ормузе сложилась большая португальская торговая фактория, отчего он еще больше разбогател.
Ормузский порт был важен для персидских правителей в связи с вопросом вывоза персидского же шелка в Европу – торговля, являвшаяся монополией шахской казны. Шахи были крайне заинтересованы в том, чтобы шелк вывозился в Европу не караванным путем через враждебную Ирану Турцию, взимавшую высокие пошлины, а морским путем через Ормуз вокруг Африки. Доставка шелка по этому пути стоила дешевле, нежели через Турцию или по Волго-Каспийскому пути, и дала бы властителям Персии более высокую прибыль.
Переговоры шаха Аббаса I о вывозе шелка через Ормуз с Филиппом III, королем Испании и Португалии, при посредстве Роберта Шерли, не дали благоприятных результатов. В то же время с португальцами стали успешно соперничать другие колонизаторы – англичане.
В 1600 году была основана английская купеческая корпорация – Ост-Индская компания. Она всеми силами стремилась вытеснить португальцев из их колоний в Индии. Интересы шахского правительства в то время отчасти совпадали с интересами английской Ост-Индской компании. Дело было в том, что покупка иранского шелка непосредственно в Персии обходилась английским купцам вдвое дешевле покупки того же персидского шелка в сирийском городе Алеппо, главном шелковом рынке Турции.
Уже в 1614 году шах издал фирман, благоприятный для торговых судов Ост-Индской компании. А в дальнейшем на базе взаимных интересов позиции персидских властей и английских купцов сближались все больше и больше. Дело дошло и до военного союза.
Хотя испано-португальское посольство, прибывшее в Персию 1618 году, было принято шахом Аббасом I вполне благосклонно, но оно не сумело добиться от иранских властей никаких гарантий безопасности для Ормуза. Затем, в 1620 году военные суда Ост-Индской английской компании одержали победу над португальским флотом в Оманском заливе у города Джаска, а в 1623 году Ост-Индская компания предоставила свой флот шаху Аббасу для завоевания Ормуза. Шахским войском, перевезенным к Ормузу на английских судах, командовал Имам-кули-хан, сын Аллах-верди-хана, правитель Фарса. Совместными усилиями персидских войск и англичан Ормуз был взят штурмом, а португальцы изгнаны прочь.
Не располагая флотом для защиты острова Ормуз, шах Аббас I повелел разрушить его укрепления, а главный торговый порт перенес на материк, в Гомбрун, переименованный им в Бендер-Аббас, что в дословном переводе означало «гавань Аббаса». Английские союзники шаха были вознаграждены привилегиями, в частности правом беспошлинной торговли, правом на получение доли из доходов таможни в Бендер-Аббасе, а также разрешением основать там английскую торговую факторию.
Но вскоре там же появилась и голландская торговая фактория, получившая от шаха такие же привилегии и соперничавшая с английской факторией. Так умный и властный восточный правитель в очередной раз оставил с носом просвещенных мореплавателей, рассчитывавших получить право монопольной торговли с Персией.
В дальнейшем, успешно лавируя между голландцами, англичанами и подключившимися позже французами, персидские правители добились того, что их страна сохранила свою независимость, не подпав под влияние ни одной из европейских держав. Шли года и века, и через Бендер-Аббас текли транзитные потоки товаров из Индии в Европу и обратно.
С открытием Суэцкого канала порт Бендер-Аббаса отнюдь не утратил своего ключевого значения, несмотря на значительное сокращение транзитной торговли, превратившись в важнейший пункт морской торговли Персии с Европой.
И вот теперь над этими водами реял Андреевский флаги русских кораблей. И для древнего персидского города начиналась новая эра.
Адмирал Бутаков знал, что очень важную роль Бендер-Аббас играл и в планах российского императора Александра III по продвижению русского влияния в южном направлении. Здесь должен был появиться пункт базирования военных кораблей, крупный торговый порт, а также железная дорога, которая должна была связать Бендер-Аббас с Тегераном и каспийским портом Решт, что должно было позволить русской торговле выйти на совершенно новый уровень. Именно отсюда русский флот должен был контролировать Персидский залив и западную часть Индийского океана, вытесняя из них ослабевших англичан. Как говорили старики римляне: Vae victis! – Горе побежденным!
11 декабря (29 ноября) 1877 года. Англия, Лондон.
Сэмюэль Клеменс, писатель и журналист
Когда-то я писал, что самой холодной зимой, которую я когда-либо пережил, было лето в Сан-Франциско. По крайней мере, так было до недавнего времени. Но вот теперь, здесь, в Лондоне, я понял – как же я тогда ошибался.
Если в Сан-Франциско было холодно и промозгло, то здесь было в два раза холоднее и в три раза промозглее, если такое только возможно. А еще смог, от которого солнце, когда оно появлялось на небе, превращалось в какое-то подобие луны, еле видимое сквозь желтый туман, который местные почему-то считают воздухом.
Снега, который радовал мой глаз в Германии, здесь не было – все вокруг было грязным и унылым. Заколоченные окна лавок колониальных товаров напоминали о морской блокаде, которой подвергалась Британия. Это был просто какой-то Антимир, по которому медленно слонялись такие же грязные и унылые тени, считающие себя людьми. Да, не зря наши предки отделились от этой страны, совсем не зря…
Но обо всем по порядку. Когда-то, наверное, еще в прошлой жизни, после нескольких дней, проведенных в Эдеме, казавшихся мне тогда вечностью, пришло время покидать Константинополь. За последние несколько дней, проведенных мною в этом городе, я три раза встречался с читателями моих книг: во дворце Долмабахче, в только что открытом Константинопольском университете и в том самом книжном магазине, где я по приезде в этот замечательный город увидел свой портрет. Никогда еще ко мне на такие встречи не приходило столько читателей, а денег, полученных мною за проданные книги, хватило, чтобы купить множество подарков для жены и детей.
Но вот и последний обед в Долмабахче, когда мне пришлось попрощаться с канцлером Тамбовцевым и адмиралом Ларионовым, который, как и в первый раз, опять составил нам компанию. Когда я спросил,
