Читаем без скачивания Белое пламя дракона - Илья Крымов

Непосредственно на площади Яна Наталиса выстроились остальные Красные сойки, поддерживаемые городской стражей. Числом они превосходили скромные силы генерала Бальдена более чем в два раза.

– Вот сейчас и глянем, парни, хорошо ли я вас воспитал! Мушкетеры, стройсь!

Сойки открыли огонь немедленно, большая часть пуль ударилась о незримый барьер, поднятый Тобиусом, но площадь была широка, и некоторые свинцовые шарики достигли цели.

– Пли!

Грянул ответный залп, а вдогонку пулям к врагу устремились скаковые белки с размахивающими палашами кавалеристами.

– Алебарды опустить! Штыки примкнуть! Вперед шагом марш!

Серый маг взлетел повыше и принялся раскидывать заклинания, следя за столкновением конной и беличьей кавалерии. Пехотинцы обеих сторон пошли на сближение, а он, Тобиус, выпустил в тыл врагу духа бурана. Ему просто никто не помешал, Мальвар, как ни странно, не поддерживал защитников города, и бой сразу переломился в пользу штурмующих. Под руководством отважного генерала хогвудцы медленно, но верно теснили наемников, выдавливая их с площади сталью и свинцом. Высокая сверкающая фигура, превращавшая Красных соек в ледяные статуи, особенно сильно умаляла боевой дух обороняющихся, заставляя их бежать.

– Дави их, парни! Из строя не выступать! Все вместе!

– Генерал, это не к добру!

– Это война, чар Тобиус, она к добру не бывает!

– Мальвар бездействует! Это не к доб…

Враг побежал, и у Бальдена оказалось слишком много более важных дел, чтобы слушать волшебника.

– Отставить погоню, воины! Восстановить построение! Зарядить оружие! Не преследовать, это может быть западня!

– Это и есть западня, – прошептал Тобиус, видя, как в небе над площадью вдруг исчезла часть проплывавшего мимо облака. – Надо бежать!

Но оказалось, что уже слишком поздно.

На плечи людей навалилась невероятная тяжесть, она стала давить их, пригибая к земле, парализуя, причиняя боль. Тобиусу хватило сил устоять, он не носил брони, а значит, весил не так много, и строение его тела пережило целенаправленную мутацию, чтобы выдерживать большие нагрузки. Еще выстоял Бальден – избыток металла придавливал его к брусчатке, но чудовищно сильный человек продолжал стоять.

– Что это такое?! – Голос генерала увязал в сгущенном воздухе, как в патоке, все вены на его шее и лице вздулись, а капли пота, стекавшие по подбородку, неестественно быстро впечатывались в камень под ногами.

– Напор Луны. Он увеличил силу притяжения в отдельно взятом месте в несколько раз, заставив нас самих потяжелеть.

– Нас так перестреляют!

– Не думаю. Пули, вошедшие в поле действия заклинания, немедленно упадут на землю, а если враг приблизится, то тоже будет придавлен.

– И что… что нам делать? Когда это кончится?!

– Я думаю. – Тобиус повернулся к замку. – Нам повезло, что он не владеет этим заклинанием в совершенстве. Более опытный волшебник мог бы сровнять это место с землей, а из нас повыдавливать все внутренности.

– Ох, ахог! Мне прямо полегчало!

– Я отправлюсь в замок, генерал, и постараюсь убедить Рыжего прекратить это! Вы же, когда заклинание иссякнет, будьте готовы к бою!

– Это и есть твой план?!

– Готов выслушать ваши идеи! А? Что? Не слышу!

Тобиус взлетел, прилагая к этому втрое больше усилий, нежели обычно. О том, что он вырвался из поля повышенного притяжения, сообщило резкое ускорение и внезапно появившаяся легкость. Маг сделал круг над черепичными крышами Хогсдальна, выискивая Красных соек, а когда заметил их, ударил сверху Зыбучими Песками, внося в едва оклемавшиеся ряды наемников новую сумятицу.

Он полетел к одной из самых высоких башен замка, где на маленьком балкончике виднелась грузная фигура Мальвара Рыжего. Городской маг неважно выглядел после их прошлой встречи, бледный, осунувшийся, он тяжело опирался на посох и осматривал дымящийся местами Хогсдальн единственным здоровым глазом.

– Прекрати это, Мальвар! Мы уже выяснили, что я лучший боец! – без надменности крикнул серый волшебник. – Объяви о сдаче, без тебя они сражаться не станут! Присягнешь новому сюзерену – и заживешь спокойно, безо всяких темных делишек и мутных личностей, с которыми тебе не хочется иметь ничего общего!

– А если я клятву давал?! Если поклялся именем Джассара, что не сдам этот город?!

– Тогда ты идиот, и мне придется тебя убить! А ты давал клятву?

– Ну, нет, но… – смутился стихиарий.

– Тогда сдавайся, пока цел! Относительно цел.

– Без боя? – хрипло выкрикнул Рыжий. – Меня здесь больше не станут уважать, это неприемлемо!

Стихиарий ударил посохом о балкон, и каменная структура его башни отозвалась изменениями. В ее стенах появились арки высотой в человеческий рост, от которых в стороны выдвинулись каменные «лепестки» площадок – суть балкончики без перил. На эти площадки вышли существа с широкими плечами, руками, по форме напоминающими трубы, и короткими ногами. Они состояли из ярко-оранжевой материи, источавшей приглушенное свечение и явственный жар. Тобиус узнал в них элементалей огня, но состояли они не из подвижного живого пламени, а из уплотненной стихии, то есть «материального» огня.

– Испепелить!

Элементали подняли свои руки, уподобленные пушечным стволам, и на серого волшебника обрушился шквал ядер, состоявших из огненных сгустков, которые оставляли в воздухе пламенные кометные «хвосты». Тобиус заложил крутой вираж, уходя из-под плотного обстрела, и с чувством легкой паники заметил, как быстро два попадания уничтожили его Щит Стужи. Он попробовал уничтожать элементалей потоками воды и ледяными снарядами, но и то и другое обращалось в пар, не причиняя им никакого вреда, а камни самой башни не плавились лишь благодаря магии, пропитывавшим их защитным чарам. Мальвар Рыжий создал материю из чистого огня, сделал энергию твердой, придав ей постоянную форму. Тобиус никогда прежде не слышал о действующих заклинаниях, основанных на подобной технике.

Возникла идея. Нырнув вниз, чтобы избежать встречи с несколькими огненными ядрами, волшебник ударил в ближайшего элементаля Огненным Копьем. Дух стихии покачнулся, и по его твердому телу пробежала кратковременная рябь. Тогда Тобиус ударил еще одним огненным заклинанием, и элементаль взорвался с такой силой, что ударная волна дестабилизировала еще нескольких, попутно отшвырнув серого мага подальше. На какое-то время вся башня Мальвара потонула в грохоте взрывов, сопровождавшихся ярким светом и выбросами пламени, а когда это закончилось, ее каменное тело оказалось испещрено оплавленными и обугленными прорехами. Часть каменной массы буквально стекала вниз в виде лавы, но строение держалось за счет все еще сохранившихся защитных чар.

Тобиус нырнул в одну из пробоин, защищаясь от жара чарами Углежог, и поднялся по обгоревшей лестнице на три этажа, в обиталище городского мага. В центре круглого помещения, занимавшего весь этаж, стоял круглый же стол со стеклянным шаром в небольшой выемке, на полках книжных шкафов покоились увесистые тома; все вокруг постепенно тонуло в дыму.

– Эй, Мальвар, ты жив?

– Жив, – ответил неясный шепоток.

– Где ты?

– Если бы хотел дать тебе знать, то не прятался бы под Незримостью.

– Ты ведь получил магистерский посох не за своих чудо-элементалей, верно? Восстановил забытую технику превращения магической энергии в магическую материю, но не смог лимитировать входящий поток. В итоге каждый твой чудо-элементаль за счет уплотнения требует твоих сил в десять раз больше, чем обычный огненный. Но если бы это было главной проблемой! У этих твоих поделок нет защиты от огненных заклинаний, они принимают их за подкормку и уплотняются в массе до критических показателей, при которых ты больше не можешь контролировать их. Согласен, артиллерия из них отличная, но это же ходячие бочки с порохом, из которых торчат тлеющие фитили.

– Архимаги тоже указали мне на этот просчет, – прошептал голос, источник которого Тобиус не мог вычислить, как ни старался.

– Ты выйдешь?

– Не хочу…

Тобиус прищурился, вглядываясь в пространство. Он не интересовался предметами материального мира и не прослеживал ток энергии в имматериуме, его интересовало иное, а именно – неровности, складки на ткани бытия, которые может заметить только очень острый глаз далеко не каждого волшебника. Тобиус указал пальцем, на кончике которого пульсировало Расщепление, на книжный шкаф.

– Либо ты сдаешься сейчас, либо сейчас же умираешь. В любом случае этот город перейдет под руку моего сюзерена. Признаться, я ничего не могу противопоставить Напору Луны, разве что ударить по первоисточнику. Давай же, Мальвар, прояви разумность!

– Как ты можешь меня ви…