Гарантией потерпевшей стороны от обесценения денег и вызванного этим нарушения эквивалентности обязательств сторон в момент исполнения договора может служить валютная оговорка. Она представляет собой одно из средств правовой защиты, которые применяются по предварительному соглашению сторон. Валютная защита цены товара выражается во включении в договор условия, которое определяет, какая валюта выступает в качестве валюты долга, в какой валюте должен быть произведен платеж и каково курсовое состояние между двумя указанными валютами[513].
В настоящее время возможность использования валютной оговорки предусматривает п. 2 ст. 317 ГК. Он допускает выражение денежного обязательства не только в рублях, но и в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте либо в условных денежных единицах (в качестве примера в самой указанной статье приведено экю, которое используется в Европейском союзе, а также «специальные права заимствования», применяемые Международным валютным фондом). Смысл валютной оговорки состоит в том, что, хотя сумма долга (цена) выражена не в рублях, а в иной валюте (условных единицах), расчеты будут производиться в рублях по их курсу на день платежа или на иной установленный законом или соглашением день. Таким образом, падение обменного курса рубля по отношению к указанной в договоре валюте (условным единицам) не будет ощущаться кредитором, а повышение курса – должником.
3. Форма договора и его государственная регистрация
Нормы, регулирующие форму договоров, находятся в Кодексе на трех ступенях: они помещены в гл. 9 («Сделки»), в гл. 28 («Заключение договора»), а также в различных главах ГК, посвященных видам (типам) договоров. Соответствующие нормы могут оказаться в любом, но принятом непременно на уровне закона акте, который относится к данному типу (виду) договоров.
Правовое регулирование формы договоров выражается в установлении требований к ней и последствий их нарушения. Цель соответствующих требований состоит в том, что все они позволяют сделать отношения сторон более определенными, снять основания для споров в будущем по поводу самого факта совершения сделки и ее содержания. Некоторые нормы придают акту фиксации сделки публичный характер. С этим связан государственный контроль за ее содержанием в интересах оборота и третьих лиц, помощь сторонам в уяснении правовых последствий совершаемых ими юридических действий, а равно информация заинтересованных лиц о совершенных сделках.
Вместе с тем любое дополнительное требование к форме договоров объективно приводит к осложнению и замедлению процедуры заключения договора и, как правило, вызывает дополнительные расходы по их оформлению[514].
Как очевидную реакцию на формализм национального законодательства можно расценить позицию международных актов о договорах, используемых в области внешней торговли. Эти акты пошли практически по пути полного отказа от предъявления каких бы то ни было требований к форме соответствующих договоров. Так, ст. 11 Венской конвенции «О договорах международной купли-продажи товаров» устанавливает в виде общего принципа: не требуется, чтобы договор купли-продажи был заключен или подтвержден в письменной форме или подчинялся иному требованию в отношении формы. При этом договор может доказываться любыми средствами, а значит, и свидетельскими показаниями[515].
В силу п. 1 ст. 29 Конвенции договор может быть изменен или прекращен путем простого соглашения сторон. Устная форма оферты и акцепта допускается частью II Конвенции, посвященной заключению договора. Имеет смысл обратиться и к ст. 1.2 Принципов международных коммерческих договоров. Она также отвергает установление обязательной письменной формы договоров, а соответствующая норма включает совпадающее с содержащимся в Венской конвенции правило, по которому наличие договора может быть доказано любым способом, включая свидетельские показания.
Позиция нового ГК существенно отличается от той, которая составляет основу международных актов. Имеется в виду, что Кодекс сохранил довольно много статей, требующих письменной формы. Вместе с тем он резко сузил случаи обязательного нотариального удостоверения договоров, в частности за счет договоров с недвижимостью. При принятии такого варианта учитывался ряд соображений. Имелось, в частности, в виду, что это позволит упростить процедуру совершения сделок, предоставит участникам оборота большую свободу в выборе форм сделок и при этом повысит уровень защиты интересов граждан и юридических лиц. С точки зрения последнего особенно важной является реформа системы государственной регистрации, включая передачу соответствующих функций органам юстиции.
Новый Кодекс разграничивает государственную регистрацию сделок и их форму, сделав явный упор на государственной регистрации сделок компетентными государственными органами. Государственная регистрация, которая ранее служила придатком к форме, теперь приобрела самостоятельное значение способа фиксации соответствующей сделки и вытеснила в ряде случаев нотариальную форму. Расширение сферы применения государственной регистрации непосредственно выражает расширение проникновения публичного начала в сферу частного оборота.
Новый Кодекс следует традиционному двучленному делению формы договоров (сделок). Соответственно в нем выделяются договоры устные и письменные, а в пределах письменных – совершаемые в простой (прежнее наименование – домашней) или в нотариальной форме.
Указанное деление выражает определенную иерархию формы: от самой простой – устной и до самой сложной – нотариальной.
Общая норма, закрепленная в п. 1 ст. 434 ГК, установила, что сторонам предоставляется право заключать договор в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если определенная форма не предусмотрена законом для данного вида договоров. Таким образом, требование к форме означает лишь недопустимость выбора более простой формы по сравнению с предусмотренной законом. В то же время использование более сложной формы зависит от усмотрения сторон. Свобода выбора формы сделки (договора) тем самым составляет правило, а предуказанность формы – законное исключение.
После того как стороны избрали более строгую, чем вытекает из закона, форму – нотариально удостоверенную вместо письменной или устной либо письменную вместо устной, основание обязательности соответствующей формы – является ли более строгая форма обязательной в силу закона или соглашения сторон, утрачивает значение. По этой причине предусмотренные в законе последствия нарушения требований о простой письменной форме либо о нотариальном ее удостоверении применяются независимо от того, стала ли соответствующая форма обязательной в силу указания закона либо достигнутого контрагентами соглашения.
Среди всех видов договоров, различаемых по их форме, устные занимают особое место. Если речь идет о договоренности сторон относительно формы договоров, имеют в виду исключительно согласование вопроса о необходимости совершить письменную сделку, а письменную – удостоверить у нотариуса. Устная сделка – это «остаток». Соответствующий остаточный принцип устной формы закреплен в п. 1 ст. 159 ГК, которая допускает заключение устных договоров во всех случаях, когда законом или соглашением сторон не требуется письменной (простой или нотариальной) формы.
Возможность совершения договора в устной форме ограничена по признаку его субъектного состава и суммы, составляющей его предмет. Из ст. 161 ГК вытекает недопустимость заключения в устной форме прежде всего договоров, совершаемых между юридическими лицами, а также юридическими лицами и гражданами. Соответствующая норма заменила собой ст. 44 ГК 64, которая предполагала аналогичное исключение для отношений между организациями, а также организациями и гражданами. В дальнейшем можно было бы установить обязательную письменную форму, наряду с юридическими лицами, также для отношений с участием граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без создания юридического лица, если речь идет о договоре, связанном с этой деятельностью. Тем самым была бы продолжена ясно просматриваемая тенденция в ГК и основанных на нем актах к унификации в обоснованных пределах режима, установленного для всех вообще предпринимателей независимо от того, идет ли речь о предпринимателях – юридических лицах либо индивидуальных предпринимателях.
Ограничение устных договоров по размеру выражено теперь с учетом колебаний курса рубля – подобно тому, как это имеет место по разным поводам в ряде других статей ГК и иных правовых актах. Имеется в виду определенная пропорция (в данном случае – 10:1) к установленному законом минимальному размеру оплаты труда[516].
