Читаем без скачивания Ник-7 - Анджей Ясинский

— Что должно заставить меня бросить все и следовать за вами? — спокойно спросил Ник и вдруг повернулся к Какабису: — Не надо так делать!

Торговец недоуменно перевел взгляд на своего чародея и понял, что тот видимо пытался что‑то по — чародейски сделать Нику, а тому это не понравилось. Вдруг лицо чародея напряглось, глаза будто еще сильнее положенного природой вылезли из орбит, а руки медленно поднялись, ладони скрючились и остановились напротив лица Какабиса. На виске чародея от крайнего напряжения забилась жила, но все было напрасно — его же собственные ладони приблизились к шее чародея и сомкнулись на ней, начав душить своего хозяина.

Но все быстро завершилось. Чародей снова смог управлять своими руками, чем он незамедлительно и воспользовался, перестав терзать свое горло.

— Приношу свои извинения, — прохрипел он.

Торговец же понял, что рассчитывать можно только на себя — Админ явно показал свое превосходство над Какабисом. Впрочем, он не воевать сюда прибыл. Да и функцию контроля переговоров никто с чародея не снимал. Что‑нибудь да увидит.

— Итак, на чем мы остановились? — спросил Ник.

Энхилье вздохнул:

— Видимо, деньгами вас не соблазнишь… Чародеи всегда найдут себе заработок, а вы, судя по всему, весьма неслабый чародей.

— Совершенно верно. Просто расскажите своими словами, что вам известно.

— С этого и надо было начинать! — разулыбался Админ, вертя в руках свой портрет, выполненный с величайшей точностью. Он был выполнен в стиле миниатюры с какой‑то надписью по кругу.

— А что там написано? — поинтересовался Моралес, — у нас никто этого языка не знает.

— Это на моем родном. «Птица Говорун отличается умом и сообразительностью», — произнес он, переведя надпись на понятный Моралесу язык.

— А есть такие птицы? — удивился торговец.

— Ну, раз тут так написано, значит есть, — вздохнул Админ. — И как нам быть?

— Я отправляюсь обратно домой завтра. Вы можете отправиться вместе со мной.

Админ поморщился.

— И сколько займет времени путешествие в вашем караване?

— Ну, в эту сторону мы добирались чуть больше года, обратно пойдем чуть быстрее — маршрут будет более прямой, — прикинул торговец и добавил, увидев вытянувшееся лицо собеседника. — Путь не близкий, дороги не везде, опять‑таки нужно учитывать рельеф…

— При желании я за сутки доберусь, — едва слышно пробормотал Ник. — Лучше дайте мне контакты, к кому обратиться, и я сам доберусь до места.

Энхилью враз погрустнел и упер взгляд в стол.

— Что‑то не так?

— Мне положена награда за ваше нахождение…

— Еще неизвестно, кто кого нашел, — хмыкнул Ник.

— Ну, а сообщить о вас надо любому местному управляющему Организации, если в городе есть ее представительство. В империи таких представительств пока нет. Мы пока присматриваемся к местным реалиям.

— Есть предложение. Вы оставляете караван на своего помощника — все равно домой возвращаетесь. Он расторговаться по дороге сам сможет?

— Вполне, — пока еще не понимая, о чем речь, ответил Моралес.

— Вот и хорошо! А сами двинемся моим путем. Думаю, за пару — тройку дней доберемся.

Энхилье посмотрел на Ника как на дурака, но вслух осторожно сказал:

— Даже если скакать налегке, по три раза на дню меняя лошадей, и иметь стальной зад, чем лично я похвастаться не могу, путь займет месяцы.

Админ поморщился:

— Никаких лошадей, уважаемый! Приличные чародеи ездят на чародействе!

Торговец промолчал, выразительно посмотрев на Какабиса. Админ почему‑то развеселился, перехватив этот взгляд, и махнул рукой официанту, который тут же принес кувшинчик с каким‑то вином. Моралес позавидовал даже — на его знаки официанты не так резво реагировали.

Никос тем временем пояснил:

— У меня совершенно отсутствует желание тащиться столько времени в медлительных тарахтелках без рессор. В то же время без вас, как можно предположить, мне придется делать лишние телодвижения, чтоб добраться до… заказчика.

— Заманчивое предложение, — пробормотал Моралес, — только где гарантия уже моей безопасности?

— Где гарантия, где гарантия… — Ник аккуратно смочил губы вином и довольно кивнул. — Если бы я захотел — вы сами бы все мне рассказали, да нарисовали, да еще и слезу пустили провожая меня, при этом отдав мне все заработанные деньги и считая, что жизнь удалась. Но я вполне адекватный человек. У меня свои правила, свое отношение к миру, но оно вполне приемлемое почти для любого общества. Есть, конечно, кое — какая жесткость, — доверительно сказал Ник и улыбнулся, — но она обосновывается моей уверенностью в своих силах, и уверенностью в правильном и справедливом отношении к жизни. Смешно звучит насчет справедливости, согласен, но мне так удобнее, да и наплевать в общем‑то мне на чье‑то мнение. Поэтому, пока я в состоянии обеспечить жизнеспособность моей точки зрения от внешних посягательств, я буду вести себя так, как считаю нужным, не оглядываясь на окружающее. Чтобы не пугать больше необходимого, скажу, что стараюсь уважать правила жизни других людей. Поэтому можете быть спокойны в отношении себя. Возьмите несколько человек, если боитесь, — Ник неожиданно замолчал, обдумывая что‑то. Потом продолжил: — Да, пожалуй так и сделаем. Мне понадобятся сутки — двое, чтобы завершить здесь свои дела и подготовиться. Вряд ли в ближайшее время я сюда вернусь, так что…

— И все‑таки мне надо подумать, как поступить, — упрямо сказал Моралес, слегка нахмурившись. — Одно дело — налаженные торговые дела, дороги, планы на ближайшее время. И совсем непонятно почему я должен все это бросить и отправиться с незнакомым человеком неизвестно куда. Вернее куда известно, непонятно как.

Ник пожал плечами, продолжая думать о своем:

— Решать вам, только если решите отправиться своим караваном, сообщите мне, как найти в ваших краях того, кто интересуется мною. Ну, и как учесть ваши интересы, само собой. Я не собираюсь лишать вас возможности получить награду, какой бы она ни была, — Ник встал. — В общем, вот вам амулет связи, — Ник бросил на стол небольшой кристалл кварца, — как решите что‑то и будете готовы — связывайтесь. Ну и имейте в виду, что я в любом случае двигаю в ваши края. С вашей помощью или без, но цели своей я достигну. Вам же решать — получите вы свою награду от своих или нет, — и на этой ноте Админ покинул зал.

Моралес осмотрел на своего чародея:

— Чего ты там вытворял?

— Просто хотел его проверить, — все еще хрипло сказал Какабис. — Сильный чародей. Опасный. Я бы не стал с ним связываться.

— Но был ли он искренен?

Какабис пожал плечами.

— Его уровень выше моего, поэтому он вполне мог обмануть меня, но считаю, что ему это не интересно. То есть когда‑нибудь он конечно может решить, что мы ему мешаем и что‑то сделать против, при этом не испытывая угрызений совести, но в целом вряд ли такая ситуация возникнет. Я таких типов знаю, они кичатся своим словом и стараются его держать.

— Не думаю, что все так просто. Но, ладно, — торговец встал, с сожалением окинув взглядом остывший взвар. — Надо думать.

==Ник==

Ну что ж, встреча с торговцем прошла вполне успешно. Я немножко на него нажал, выставив себя типом себе на уме, да еще надавал пощечин его чародею — телохранителю, или кем он там приходится торговцу. А нечего было пытаться пристроить в мою ауру какую‑то хрень! Несложную и вряд ли опасную, скорее что‑то вроде метки, по которой можно найти. Но мне и такого счастья не нужно. Портретик, что показал торговец, был обычным, нарисованным хорошим художником, но не как фотография. Скорее как будто с чьих‑то слов, как это у нас делают криминальные художники в полиции. Не фотографическая точность и отсутствие возможной инфометки, которую Умник мог бы воткнуть в картинку, тоже говорило, что напрямую Умник не создавал рисунки. Но вот текст на русском языке — однозначно указывал на него.

Если честно, я даже как‑то оживился, как только появился замотивированный шанс двинуться дальше. Не ожидал от себя, что оказывается меня уже какое‑то время что‑то кололо в задницу, видимо шило, и подспудно я уже рыл копытом землю, не осознавая этого. Это странно, потому что в Широтоне, что ни говори, мне понравилось. Не везде побывал, но многое увидел через свои летающие невидимые камеры — шпионы. А может это последствия моего столкновения с богами. Воспоминания о нем вызывают у меня тягостные ощущения. Вроде и победил, а вроде как есть ощущение, что очень легко мог проиграть. Противник просто не ожидал моей прыти. Может и поэтому тоже я невольно стремлюсь оказаться подальше от места моего «позора», пусть я один так считаю. А то послушал я тут про свое выступление. Не будь у меня своего мнения, возгордился бы. Конечно, мало кто понял, что там произошло на самом деле, хотя кому надо — те все прекрасно поняли. Например, император, Лулио, Карина и прочие приближенные к власти и наделенные имперскими обязанностями. Тут я условный «герой», разруливший ситуацию с богами, причем в пользу людей (не только империи) тем, что настоял на том, что здесь остаются эти молодые и неопытные боги. Лулио например, считал, что при правильном подходе им удастся обозначить более выгодные условия сотрудничества, в то время как с опытными и старыми богами можно вообще обломаться, а то и быть переигранными по всем фронтам. Я же в то время, когда просил оставить этих богов, больше боялся за себя, считая, что в принципе может придти какой‑нибудь бог, у которого когда‑то были терки с атлами, и тогда мне придется кисло.