эту идею до людей: у каждого в сердце найдется место для пчел и той пользы, которую они нам приносят. Но эти магические слова применимы ко всей природе, в том числе к тем ее элементам, которые несколько сложнее для понимания, – например, к осам. Надеюсь, что эта книга дала вам повод задуматься над тем, насколько беднее стал бы мир без ос.
Осы – это одна из самых таинственных и обделенных вниманием жемчужин природы. Бесконечное множество их форм демонстрирует нам одни из самых непредсказуемых и впечатляющих достижений эволюции: осы разнообразны и прекрасны, они удивляют и шокируют. Их жизнь тесно переплетена с жизнью других насекомых, а также грибов, бактерий, растений, почвы, экосистем и даже с нашей. За последние 500 лет мы изменили структуру планеты быстрее, чем вся ее предыдущая история длиной 4,5 миллиарда лет. Наши действия послужили толчком для вымирания и сокращения биологического разнообразия, которые по своим масштабам и скорости можно сопоставить с пятью предыдущими массовыми вымираниями в истории Земли.
Возможно, мы несем ответственность за шестое массовое вымирание на нашей планете. Насекомые – это одна из «канареек в шахте»[353] в системе тревожной сигнализации планеты Земля: численность двух третей видов насекомых сократилась почти вдвое[354]. Эти потери вызывают каскад воздействий на функционирование экосистем и на наше здоровье и благополучие. Однако не всем живым организмам приходится тяжело. В частности, некоторые насекомые процветают в новых местообитаниях, которые мы создаем. Они используют нашу стремительную мировую транспортную систему как попутку и осваивают новые для себя территории, изменяя свой образ жизни, чтобы лучше соответствовать тому меняющемуся миру, который мы им дали.
Как же поживают осы в эпоху антропоцена, когда человек все сильнее влияет на природу?
Дело в том, что мы этого не знаем.
Нам известны несколько душераздирающих историй о неадекватной адаптации. Возьмем, например, элегантную осу Sceliphron jamaicense, которая лепит гнезда из грязи (мы познакомились с ее родственниками в главе 2). Стройная оса с модельной фигурой строит свои трубковидные гнезда из грязи, поэтому она, по сути, приверженец городской жизни: все эти бетонные здания дают ей бесконечное число мест для гнездования. Подоконники, карнизы зданий, дверные проемы – все они представляют собой безопасные и прочные «детские», которым можно доверить своих малышей. Если ее гнездам повезет не попасться на глаза брезгливому человеку, для подрастающей осиной семьи город окажется более благоприятной средой, чем тайные глубины лесов или неизведанные речные берега.
Однажды наша замечательная мама-Sceliphron находит где-то в городе особенно удобный источник грязи, такой влажной и в то же время такой прочной. Неплохая штука! Она со странным ощущением гордости лепит из нее гнездо, затем складывает внутрь нескольких вкусных пауков, откладывает драгоценное яйцо и запечатывает горшок. Она не может удержаться, чтобы не бросить последний восхищенный взгляд на свое гнездо, – в нем есть что-то новомодное, но она не может понять, что именно. Проходит несколько недель, из яйца выводится личинка Sceliphron и с жадностью пирует в набитой пауками кладовой, которую ей оставила мама. Стадия куколки завершилась, и она готова вырваться наружу, в большой мир. Она вооружена солидной парой жвал и начинает крошить глину горшка, служившего ей колыбелью.
Вот только этот горшок не крошится. Он твердый, как камень. Его невозможно прогрызть. Личинка пробует снова и снова, пока наконец не ломает жвалы. Этот глиняный горшок в современном стиле, которым так восхищалась ее мать, слеплен из бетона. И личинка умирает, заточенная в своей городской колыбели[355].
Многие организмы хорошо приспосабливаются к жизни в городе. Но иногда они становятся жертвами собственного адаптивного успеха. Эта оса, строящая гнезда из грязи, реагировала на те же самые знаки, которые так хорошо помогали ее предкам на протяжении миллионов лет. Но в городской среде это иногда может оказаться ловушкой – экологической ловушкой. Ее виду придется подождать, пока эволюция не явит миру осу-мутанта, которая не будет выбирать бетон в качестве сырья для гнезда.
Такие истории редки. Мало кто удосуживается изучить, как измененная человеком окружающая среда влияет на поведение ос и их популяцию. Как ни странно, многим осам, а не только строителям из грязи, явно нравятся человеческие постройки, особенно заброшенные: там легко найти безопасные места для устройства гнезд, где их не станут беспокоить. И действительно, обжитые осами городские джунгли встречались мне почти на каждом шагу моего путешествия с осами. На нижней стороне бетонных мостов в Малайзии укрывались пугливые осы-стеногастрины, которые пробудили во мне восхищение этими существами. А в покрытом щербинами от пуль здании на задворках Панамы произошло мое первое знакомство с осами-полистами.
После этого был бетонный каркас очистных сооружений на острове Барро-Колорадо (в остальном этот остров – панамский тропический рай), а затем полуразрушенная американская военная база рядом с печально знаменитыми трущобами Колона. Лучшие популяции ос на Тринидаде были рассеяны по карнизам брошенных домов, где их соседями были лишь больные бешенством собаки. На стенах дома, где я останавливалась в Замбии, осиных гнезд было больше, чем в ближайшем лесу. Да и в наших родных широтах гнездышко Vespula проще всего встретить на чердаке у себя (или у соседей!). Да, осам явно нравятся некоторые человеческие творения, особенно когда человек слегка обделил их вниманием.
Но это все лишь отдельные эпизоды. Состояние популяций ос в мире документировано плохо. Однако факты очевидно свидетельствуют, что численность некоторых видов снижается, а отдельные виды даже исчезают. В Великобритании с середины XIX века считаются вымершими 10 видов ос-охотников[356]. Другое исследование показало, что в период с 1970 по 2011 год популяции 98 видов ос-охотников Великобритании сократились на 38 %[357]. Видовое разнообразие ос сократилось на трех четвертях участков в Англии, где на протяжении 80 лет производился сбор образцов[358], причем наибольшее сокращение произошло в районах, окруженных пахотными землями.
В других странах ситуация не менее тревожная. В урбанизированных районах Бразилии сократились численность и видовое разнообразие общественных ос[359]. Хотя данные скудны, общая картина указывает на то, что численность ос-охотников сокращается по всему миру. Состояние паразитоидных ос известно еще меньше. На этих насекомых может особенно серьезно сказаться вымирание других видов, учитывая, что они специализируются на конкретных видах-хозяевах и полностью полагаются на тщательно отточенные процессом эволюции отношения с ними. Вызывает беспокойство тот факт, что, поскольку паразитоидные осы являются неотъемлемой частью многих пищевых сетей, их исчезновение может иметь катастрофические последствия для экосистем в целом, а не только для самих ос.
Однако не все новости оказываются плохими: другое исследование показало, что популяции Vespula в Великобритании оставались относительно стабильными на протяжении последних ста лет, а
