– Старший где? – спросил Василий, показывая свои документы.
– Наверху, квартира пятьдесят шесть… Ох и кровищи там!.. – Лейтенант опомнился, подтянулся. – Проходите.
В квартире Ульяны все говорило о жестокой схватке: кровь на полу и на стенах, разбросанное оружие, одежда, вещи, книги, поломанная мебель. По комнатам бродили эксперты-криминалисты, какие-то люди в штатском, всего человек десять, а один из них, молодой, широкоплечий, красивый, с пышными черно-седыми волосами, в хорошем костюме, беседовал в углу с Анной Павловной, теткой Ульяны, по лицу которой все еще струились слезы.
Не найдя тела Ульяны, Василий смог вздохнуть свободнее, хотя боль в груди осталась. Ему вдруг пришла в голову мысль, что здесь был Самандар. Только он владел рукопашным боем такого класса, который позволял ему отбиться от любой вооруженной до зубов группы. И только он мог увести Ульяну из дома… или унести.
Улучив момент, Вася подошел к Анне Павловне, безучастно рассматривающей погром в квартире, сказал тихо, прижав палец к губам:
– Что здесь произошло, тетя Аня?
– Ой, Вася! – запричитала старушка, но спохватилась и понизила голос. – Ой, что тут было! Если бы ты видел…
– Где Уля?
– Унес он ее, сказал – в больницу надо…
– Кто?
– Да приходил один, важный такой, чернявый, страховым агентом представился, ждал Улю, пока не пришла. Не знаю, о чем они говорили, только потом банда ворвалась…
– Как он выглядит? Вы его раньше не видели?
– Высокий, строгий такой, черноволосый… Я не видела, как и что происходило, только слышала… ой, страшно-то как было! Ох ты, Господи, за что на нас такая напасть…
– Он ничего не говорил?
– Ничего… ой, прости ты меня, старую, запамятовала. Когда уходил, сказал: придет Котов, скажите ему, чтобы ждал моего звонка. Я его спросила: кто, мол, передал? А он – догадается, мол.
– Спасибо, – глухо сказал Василий. Он окончательно поверил в свою догадку: здесь побывал Самандар. И самое главное, Улю он все-таки спас…
– Эй, кто вы такой? – подошел к Василию молодой седоволосый представитель власти, допрашивающий Анну Павловну.
Вася обернулся, протянул свидетельство офицера ФСБ. Седоволосый внимательно изучил книжечку, вернул.
– Прямо из Москвы, значит? Я подполковник Панкеев, отделение по борьбе с терроризмом местной конторы. Вы один?
– Скоро еще подъедут. Что говорят свидетели?
– Они говорят такое, что волосы дыбом! Якобы всю эту кашу заварил один человек. Перебил четырнадцать нехилых ребят, забрал девицу, которая тут проживала, и уехал на одной из машин бандгруппы.
– Ясно. Супермен, значит, объявился. – Вася вдруг заметил на полу стеклянный блик, подошел ближе, нагнулся. Это была пустая ампула-шприц для укрощения особо буйных пациентов психиатрических клиник, применяемая также и спецами секретных подразделений.
– Что там? – спросил красивый седой подполковник, нагибаясь.
Бася не ответил. Окинул взглядом стены, пол гостиной, заиел в спальню и пошел к выходу. И в этот момент зазвонил телефон. Трубку снял один из людей в штатском, выслушал, обвел взглядом присутствующих:
– Кто здесь Котов?
Вася, уже спускавшийся по лестнице, вздрогнул, метнулся обратно, схватил трубку.
– Привет, ганфайтер, – раздался в мембране спокойный голос Вахида Тожиевича. – Ульяна у меня. Бери товар и приезжай, обменяемся.
– Какой товар? – опешил Василий.
– Не шути так, парень. Иван и ты сегодня привезли сюда контейнер. Он мне нужен. Возвращаешь контейнер – получаешь Ульяну. Но без глупостей!
Бася молчал.
– В чем дело? Не слышу.
– Я понял. Мне нужно посоветоваться.
– Советуйся. Через два часа я жду тебя с контейнером на втором мосту через Оку, в сторону Заокского. Но предупреждаю…
– Не пугай, мастер. – Вася бросил трубку на рычаг и, не оглядываясь, сбежал по лестнице на первый этаж.
Известие потрясло Парамонова настолько, что он пришел в себя лишь после того, как Василий в третий раз задал один и тот же вопрос:
– Что будем делать?
– Никогда не думал, что он способен на такое! – сказал наконец Иван Терентьевич горестно. – Видел, что Вахид меняется, ожесточается, что его заносит… но верил, что на предательство он не способен…
– Что будем делать?
Иван Терентьевич сдавил лицо руками изо всех сил, растер щеки и превратился в бодрого и решительного человека.
– Я поеду к нему один. Со мной он не посмеет драться. Ты останешься здесь и…
– Нет, – перебил его Василий. – Поеду я, с вами он не станет договариваться, потому что вы один из Посвященных. Что будем делать с контейнером?
– Придется отдать. Или у тебя есть другая идея?
– Есть идея свернуть ему шею, – угрюмо процедил Василий, отметив, что Иван Терентьевич перешел с ним на «ты».
– Сделать это будет очень трудно. Хорошо, едем вместе. Он не посмеет сделать вторую подлость, после того как сделал первую.
– Что вы имеете в виду?
Иван Терентьевич исподлобья взглянул на Котова.
– Вахид может не отпустить Ульяну. Ему нужна гарантия, что мы его не тронем. Во всяком случае, пока он не вернет «глушаки» Рыкову.
– Я… убью… его! – с расстановкой проговорил Василий.
– Собирайся. – Парамонов похлопал его по спине. – Я – за контейнером.
Через полчаса они сели в машину, переодевшись каждый по-своему. Парамонов натянул дорожный костюм, а Василий надел спецкостюм, выданный ему в команде КОП. Не забыл он и «тюбетейку», рассчитывая на ее защитные свойства от возможной психоэнергетической атаки Самандара, если дело дойдет до прямого боя.
– У меня созрел план, – сказал Иван Терентьевич, когда они выехали за город. – Я высажу тебя у излучины напротив пристани, ты возьмешь лодку и спустишься к мосту. Там всего три километра, за пятнадцать минут доплывешь. Ровно в четверть одиннадцатого я подъеду к мосту. А там сориентируемся.
Василий помолчал, взвешивая плюсы и минусы плана, потом кивнул:
– Годится.
В полдесятого они остановились у Рязанской пристани, Иван Терентьевич вылез из машины и пошел искать лодку. Вернулся быстро.
– Заводи, подъедем к молу со стороны заводи. Там байдарочники пристали, путешествуют ребята. Балдеют у костра. Охраны никакой. Придется их обидеть, но другого выхода нет. Ну, с Богом?
– Иншалла! – шутливо отозвался Василий.
Он надел шлем с очками, проверил, как сидит амуниция, легко ли вынимается из поясного захвата «вепрь», махнул рукой и растворился в сгущающихся сумерках на фоне берегового откоса. Иван Терентьевич проводил его внутренним зрением, сел за руль и повел «вольво» обратно к дороге, объезжая пристань слева.
Василий легко нашел байдарки. Горе-путешественники вынесли их из воды, но не разобрали, оставили даже весла. Группа была неопытной, и даже инструктору не удалось заставить молоденьких ребят и девушек выполнять все законы маршрута.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
