Если дела обстоят именно так, то игра стоила свеч - в этом серый гигант не сомневался.
- Кто ты, - неожиданно серьезно произнес Кондратьев. Суперсолдат поднял голову, и его глаза вперились в лицо Григория.
- Твой друг, как и прежде, - мягко улыбнулся Мезенцев. - С этой стороны ничего не изменилось.
- А с какой изменилось?
Григорий подмигнул Кондратьеву, подошел к нему и положил руку на плечо Михаила.
- Не заморачивайся на эту тему, - ответил он мягко, но настойчиво. - У нас много работы. Я ведь теперь, как некогда было сказано, Ведущий. Первый среди равных. Для нас с тобой, да и для Макса тоже, настало время межзвездной дипломатии, ну а для всего человечества... Людям пора подняться с колен и занять подобающее место под звездами. Думаю, сегодня мы доказали некоторым скептикам свою состоятельность. Что бы там ни задумали Сеятели, и какова бы ни была истинная причина их эксперимента, мы - живые существа, и мы должны жить.
Он сцепил обе руки в замок, поднял их над головой. Его глаза ярко сверкнули.
- Будем жить и стараться никому не мешать, - сказал он громко. Так, как будто его слушало гораздо больше народу. - Будем жить и постараемся, чтобы нас уважали!
Эпилог.
Дипломатия нового уровня.
Золотой свет Солнца озарял окрестности не функционировавшего уже пяток лет летного поля густым, медовым светом. На улице стоял зной. Несмотря на ранние часы в это погожее июньское утро столбики термометров уже успели подняться на отметку в двадцать семь градусов. И это в восемь утра. День грозился выдаться чересчур уж жарким, но никого из собравшихся на отреставрированной недавно пластобетонке ВПП это не волновало.
Маленькая девочка с золотистыми волосами, заплетенными в две небольшие косички, держала за руку свою маму - высокую красивую зеленоглазую блондинку - и изо всех сил старалась не пропустить самое интересное из происходящего вокруг. К началу девяти утра вторника, восьмого июня две тысячи девяносто четвертого года недалеко от подмосковного Жуковского уже успело собраться порядка трех с половиной миллионов человек, но мероприятие, намеченное на девять утра, грозило собрать чуть ли не вдвое больше. Ясно как божий день, что все летное поле не способно было вместить в себя такую прорву народа, поэтому вновь пребывавшие москвичи, россияне и представители иных государств занимали места на прилегавших к полю улицах, проспектах да бульварах города. Им не суждено было в живую увидеть то, до начала чего осталось подождать всего-то пятьдесят семь минут, но громады голографических экранов, расставленных повсюду на территориях крупнейших городов мира, готовы были передать всем желающим атмосферу, возможно, самого знаменательного события за всю историю человечества.
- Мама, мама, смотри, - заголосила девочка, дергая длинноногую блондинку за палец левой руки, - вторая луна на небе! Такая большая! Красивая! Это они? Они там!?
Зеленоглазая красотка подняла голову кверху, посмотрела на небо, аккурат в ту сторону, куда глядело восторженное ее дитя. На западной стороне небосвода и впрямь можно было наблюдать целых две луны. Естественный спутник планеты Земля выглядящий как полумесяц, стремился к новолунию, а в тридцати градусах к северу от него висел шар, видимые размеры которого в два с половиной раза превышали таковые у Месяца.
- Да, милая, это они, - с благоговейным придыханием произнесла девушка. - Это их космический корабль. Он завис над Землей, и скоро капитан этого корабля пожалует к нам в гости.
- И мы его увидим? - спросила девочка.
- Конечно, радость моя. Мы за этим сюда и пришли.
Лицо юной леди излучало радость и жизнь. Ее глаза (копия мамины), казалось, светились изнутри, словно два маленьких фонарика.
- А почему их космический корабль такой огромный? - задала очередной вопрос чудесная обладательница косичек. - Он что, больше Луны?
Ее мама едва заметно улыбнулась.
- Нет, солнышко, не больше. Просто он расположен к Земле значительно ближе, чем Луна, и поэтому нам кажется, что он визуально крупнее. Это оптический обман, иллюзия, но могу сказать, что их звездолет действительно огромен.
Лицо шестилетней девочки озарила очередная радостная беззаботная улыбка.
- А мы сможем побывать на их корабле?
- Конечно, дорогая, - ответила девушка, - пришельцы пускают на борт всех желающих. Исключения составляют лишь те, кто плохо себя ведет. Их внутрь не пустят.
- Мама, мама, а я хорошо себя веду? - поспешила спросить девочка. - Пришельцы пустят меня к себе?
Молодая мама потрепала свою дочку по голове.
- Пока да, Аленушка. Ели будешь вести себя так же, думаю, пришельцы будут к тебе благосклонны.
Пространство, принадлежащее некогда ЛИИ имени Громова, представляло собой громадную площадь, получившую название Звездной, однако в скором времени это место могло быть переименовано. Новое официальное название пока что нигде не фигурировало, но в головах обывателей вертелись громкие названия аля ""Площадь Мира", "Площадь межзвездной дипломатии" или "Площадь Мезенцева", и если первые варианты названий звучали слишком высокопарно и пафосно, то вариант присвоения площади фамилии первого в истории планеты межзвездного дипломата вполне мог быть реализован. Алексей Мезенцев, сын основателя военного концерна "Наследие", которого многие в шутку называли частным министерством обороны России, по праву занял сей почетный и безмерно ответственный пост. Отпрыск знаменитого родителя шагал в первых рядах тех, кто решил открыться миру, рассказав о своих паранормальных способностях. Поначалу, это вызвало настоящий шок внутри социума, но в последствие выяснилось, что подобных Алексею людей с каждым днем рождалось все больше и больше. Процент паранормов с каждым годом лишь возрастал. Среди них были совсем слабенькие операторы паранормальных способностей, но появлялись и те, чьи силы уходили далеко за грань понимания. Алексей Мезенцев считался одним из самых сильных псиоников на свете, что вкупе с его блестящим аналитическим умом и гениальным интеллектом сделало его, фактически, единственным кандидатом на пост дипломата человеческой цивилизации.
По толпе народа пронеслась волна восторженного гула. Несколько миллионов человек выдохнули в едином порыве, уперев свои глаза в небо. То, ради чего они здесь собрались, начиналось. От гигантского шарообразного корабля, радиусом в одну пятую радиуса Луны, отделились пару десятков сверкающих точек. Малые космические тела, так же имевшие форму шара, преодолели расстояние в несколько тысяч километров за считанные секунды. Эскадра космических кораблей, войдя в плотные слои атмосферы, мигом перестроилась в парадное сопровождение. Один из сверкавших шаров не стал менять полетный вектор, и вокруг него гости из космоса выстроили почетное сопровождение. Тридцать два корабля образовали две ромбовидные формации, по шестнадцать космических кораблей в каждой, и заняли два полетных эшелона, один над центральным кораблем, другой под ним. Снизившись примерно до пяти километров, эскадра гостей ровным строем прошла над половиной Европы, мгновенно снизила скорость на подлете к Москве и зависла над Звездной площадью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
