внутри компании на необоснованных слухах, созданных только для того, чтобы двигать рынок. На самом деле, как выяснилось впоследствии, ряд сотрудников BaFin владели акциями Wirecard. Один из членов наблюдательного совета Deutsche Bank, Александр Шютц, призвал Брауна «сделать [FT] внутри!!!»
В апреле 2019 года Wirecard объявила о вливании денежных средств в размере 900 млн евро от SoftBank. В марте 2020 года должен был завершиться аудит KPMG, однако публикация отчета бухгалтерской фирмы и результатов за полный год, проверенных EY, была отложена до конца апреля, и в итоге была опубликована 28 апреля. Теперь KPMG заявила, что не может подтвердить подлинность договоренностей, ответственных за "львиную долю" прибыли Wirecard в период с 2016 по 2018 год, а также поставила под сомнение остатки денежных средств в размере 1 млрд евро, которые подтверждались только сомнительными сингапурскими документами. 5 июня прокуратура Мюнхена начала уголовное расследование, а 18 июня, когда Wirecard должна была опубликовать свои аудированные результаты за 2019 год, руководство компании объявило, что 1,9 млрд евро, которые должны были выплатить филиппинские банки, "пропали". 23 июня Браун был арестован, а 25 июня Wirecard подала заявление о банкротстве. Скрытный главный операционный директор Ян Марсалек, который пришел в компанию в 2000 году двадцатилетним, в день увольнения бежал на Филиппины и, вероятно, оказался в России. Он носил дорогие часы Vacheron Constantin с турбийоном и открытым механизмом, а также черные костюмы Ermenegildo Zegna; он также работал с очень большими суммами наличных денег, которые его сотрудники переносили в пластиковых пакетах из супермаркета. К 2021 году парламентское расследование в Германии сообщило, что аудиторские проверки EY с 2014 года основывались на устных заверениях руководителей, а аудит 2018 года не содержал достаточных деталей для проверки отдельных операций, которые якобы обрабатывались азиатскими партнерами-аутсорсерами.
В сентябре 2019 года Маркус Браун дал двойное интервью, вместе с Кристианом Сьюингом из Deutsche Bank, и излучал оптимизм. Он хвастался "органическим ростом" в Германии в среднем на 20-30 процентов в год. Deutsche Bank на самом деле подвергся риску в 80 миллионов евро в отношении Wirecard в рамках более крупного синдицированного кредита группе, но благодаря стратегии хеджирования ему удалось ограничить свои потери 18 миллионами евро. В то время Браун реализовывал "проект Пантера", в рамках которого Wirecard должна была поглотить Deutsche Bank. Позже Сьюинг объяснил, что Wirecard «выставила Германию как финансовый центр в плохом свете». Браун предпринял смелую попытку захватить сердце финансовой системы Германии. Чтобы сделать это, ему также необходимо было захватить государство. При посредничестве харизматичного бывшего министра обороны Карла-Теодора Гуттенберга он добился внимания канцлера Ангелы Меркель, которая лоббировала интересы Wirecard во время государственного визита в Китай в сентябре 2019 года. Позже она признала ошибку, но заявила, что лоббирование интересов немецких компаний за рубежом было частью ее работы, и что «нет стопроцентной защиты от преступного поведения».
В Великобритании существовал эквивалент Wirecard в сочетании обещания трансформационного финансирования с центральным значением доступа к правительству и рычагам власти. Через несколько месяцев после обсуждения IPO на сумму $7 млрд компания Greensill Capital прекратила свою деятельность. Компания стала неплатежеспособной в марте 2021 года, после того как страховое покрытие в размере 4,6 миллиарда долларов прекратилось, а источники финансирования компании, прежде всего от Credit Suisse и Soft-Bank, иссякли.
Британская финтех-компания была создана в 2011 году Лексом Гринсиллом, австралийским фермером, ставшим банкиром. Будучи опытным продавцом, он плавно рассказывал о том, как производители арбузов страдают из-за задержек платежей и как финансирование может изменить их ситуацию, а также в целом повысить эффективность рынка. Например, в мае 2020 года Гринсилл предположил, что традиционные банковские услуги «будут заменены более новой моделью, основанной на больших данных, и я думаю, что этот тектонический сдвиг затронет всех игроков на рынке. Мы находимся лишь на самых ранних стадиях этого процесса». Он был похож на финансового волшебника из страны Оз. Гринсилл занимался особым, казалось бы, нишевым видом деятельности, называемым финансированием цепочек поставок. Историки финансов считают этот бизнес самым старым применением финансов. Торговцы покупают и затем отправляют товары, но у них нет денег, чтобы заплатить за эти товары, пока они их не продадут или не распределят. Финансирование сделки, предоставление торговцу кредита под залог счета-фактуры или обещания заплатить, таким образом, является деятельностью, которая может привести к удовлетворению неудовлетворенных потребностей. Основной процесс был знаком уже цивилизациям древней Месопотамии.
Прежде всего, финансы поставок были центральным элементом финансов позднего средневековья и раннего нового времени. Решающим нововведением и основой для последующего финансового развития стал вексель - документ, требующий уплаты определенной суммы в определенный момент в будущем. Купцы покупали такой документ и отправляли его в страну, из которой они хотели импортировать товар, где он мог быть использован для обеспечения права собственности на товар - например, тюк шерсти - другим купцом, который затем предъявлял вексель агенту первоначального эмитента. Векселя избавляли от необходимости перевозить физические наличные деньги, что было бы рискованно, а также выступали в качестве кредитных инструментов. Эмитенты векселей часто работали с крупными депозитами клиентов, как и при других банковских операциях. С современной точки зрения, особая привлекательность векселей заключалась в том, что компании могли использовать их для предоставления кредитов, не создавая видимости наращивания задолженности.
Greenhill получила доступ к венчурному капиталу сначала от General Atlantic, затем от Facebook и Alibaba: и это выглядело так, словно создавало условия для получения доступа к финансированию SoftBank. Финансирование SoftBank - 1,5 миллиарда долларов - пришло в 2019 году и было совершенно преобразующим. Большая часть кредитов Greensill была предоставлена очень ограниченной группе компаний, связанных с трейдером по имени Санджив Гупта и его компанией Liberty House, которая с 2009 года покупала значительное количество старых, устаревших сталелитейных заводов и обещала технологическую регенерацию и экологическую устойчивость. Это выглядело привлекательным предложением для правительств, сталкивающихся с социальными и политическими проблемами, связанными с управлением упадочной промышленностью. К 2020 году от этого ряда предприятий зависело около 35 000 сотрудников на 200 заводах по всему миру, а годовой оборот составлял 20 миллиардов долларов. Гупта преувеличивал инновационный "зеленый" характер технологии: он заявил на Всемирном экономическом форуме в Давосе в 2020 году: «Большая часть мира хочет перейти к юридически обязательной углеродной нейтральности к 2050 году». Мечта угасла. В начале 2021 года обанкротились два литейных завода в Пуату и завод под Шатору, производящий легкосплавные диски. Финансирование Greensill осуществлялось через старое и, казалось бы, сонное учреждение, Nordfinanz Bank AG в Бремене.
Было много предупреждающих сигналов в духе Строусберга, которые должны
