Да, задница была прикрыта. И я даже знаю, чем. Трусами! Теми самыми трусами, которыми партия и правительство наградили Юрия Гагарина за его небеспримерный, но бессмысленный подвиг. Хотя, с точки зрения пиара, смысл, конечно, был — рискнуть одним из тысяч безвестных лейтенантов, чтобы получить пропагандистское преимущество перед вероятным противником в глазах всего мира. Но помимо понтов — ничего. До этого слетали собаки и, если ничего не ломалось и не взрывалось, возвращались живыми. Значит, если ничего не сломается, вернется и человек. Никакого научного интереса в этом полете не было. А вот личный героизм был. Обычный наш советский бессмысленный героизм, когда города во время войны берутся к какой-нибудь знаменательной дате, невзирая на жертвы, а жизнью рискуют ради ухарства. Подвиг ради подвига.
Вернемся, однако, к гагаринским трусам…
Фишка тогда легла удачно. Просто повезло. Не без технических накладок, которые могли обернуться катастрофой, но Гагарин все-таки приземлился живым. И стал фотогеничной мировой знаменитостью. Собственно, его и подбирали с этой точки зрения — как красивую куклу. Как фотомодель. Как пса для выставки. Недаром Гагарин честно говорил сам о себе после полета, что не знает, кто он такой — первый человек в космосе или последняя собака. А главный наш ракетчик Королев за глаза называл первых космонавтов «кроликами».
Партии нужен был презентабельный и идеологически выверенный (чистокровный русский, из рабочих и крестьян) человеческий материал, который если вернется, чтоб не опозорил. А у этого улыбка красивая. И сам не страшный. Говорить может, не заикаясь. Послушный. Если нужно будет соврать — соврет. И ведь врал ради партии! Но об этом позже…
Все, включая самого Гагарина, знали: шанс вернуться живым не столь велик, как хотелось бы. Но он решился — и, значит, настоящий герой. В конце концов, заградотряд за спиной не стоял, мог и отказаться. А он согласился! Молодец. Жизнью человек рискнул ради государственных понтов!
Чем же его наградить?
Ну, медалями и званиями — это понятно. Дешевых цацек не жалко. А вот еще так, чтобы по-настоящему? Хм… Что нужно советскому человеку в самой счастливой стране победивших пролетариев? В чем он нуждается? О чем мечтает?
Вопросы, в общем-то, несложные. Мечтает советский человек о нормальной жизни. Потому что нуждается во всем. Ну так и выдадим ему все, о чем советский человек может только мечтать!
И вот специальным секретным распоряжением Совмина СССР от 18 апреля 1961 года Гагарину и его семье выделяется куча подарков. Тут возникают сразу два вопроса: почему постановление секретное и почему бы просто не дать человеку денег, чтобы он все сам себе купил по своему вкусу, а не по вкусу дарителей?
Отвечаю по порядку. Денежная премия герою была выделена чуть ранее специальным постановлением Совмина СССР от 13 апреля 1961 года. Оно так и называлось: «О денежном вознаграждении т. Гагарина Ю. А. за образцовое выполнение специального задания». Это постановление не было секретным. Почему? Ну а что в нем секретного? Выполнил человек спецзадание, получил внеочередное звание, нагрудных знаков кучку и денежную премию. Чего тут такого?
Заработал Гагарин за свой подвиг 15 тысяч рублей. Немало. Но и подвиг велик! Рискнул жизнью. Да к тому же в историю вошел навсегда — первый человек, который облетел вокруг земного шара в железном ядре, будучи выстреленным в космос при помощи ракеты. На радостях зачем-то дали денежные премии (по 1000 рублей) даже братьям и сестрам Гагарина. Этакий нелогичный, но типично царский, широкий жест типа «гонца, принесшего хорошие вести, одарить», или «род провинившегося боярина извести до седьмого колена». Рецидив принципа коллективной ответственности и круговой поруки…
Но вот распоряжение Совмина о подарках уже было секретным. Потому что стыдно было. В стране победившего народного счастья одних денег для счастья мало. Это не Америка и не Европа, где можно пойти и на деньги все купить в магазине. Здесь — тотальный дефицит. И потому в СССР подарить вещь гораздо ценнее, чем бумажки, на которые эту вещь купить нельзя.
Рассекреченный список подарков потрясает. Среди крупных вещей, таких как дом, мебель, автомобиль «Волга» и четырехкомнатная квартира, значатся телевизор, пылесос, ковровые дорожки, постельное белье, одеяла, перчатки, пальто демисезонное, два чемодана дерматиновых, две пары обуви, две шляпы, шесть белых рубашек, шесть парк маек и столько же семейных трусов. Причем если на трусы Родина расщедрилась неимоверно (аж целых шесть пар — носи на здоровье, герой!), то перчаток выделила только пару.
Не обидели и жену героя. Ведь не только ради Родины парень рисковал, но и чтоб семью обеспечить. Поэтому жена Гагарина от Родины получила пальто демисезонное, чулки фильдеперсовые — целых шесть пар, две дамские сумочки, три платья, косынки две (шерстяная и шелковая) и кофточку.
Не обошли и детей героя. Куклы подарили, детскую коляску, четыре шерстяных платьица, две шапочки — зимнюю и летнюю, шесть пар белья нательного и еще какое-то загадочное «детское приданое», которое мне идентифицировать не удалось.
Получила гостинцы и мама героя. Наряду с прочим партия одарила ее платком пуховым, двумя парами туфель, чулками и кофточкой.
Ну, и кто после это скажет, что Родина у нас мелочная?..
Знаете, во времена революции и Гражданской войны особо отличившимся красноармейцам дарили красные революционные шаровары. Это был ценный подарок, потому что Красная армия, в отличие от царской, была разута и раздета. В обносках и лаптях люди воевали за свое счастье. И вот оно пришло, это счастье. В виде трусов, носовых платков и костюмчика шерстяного из ткани диагональ.
— Но ведь удалось же! — возразят мне. — Ведь лидировали мы реально в гонке космической!.. Пусть и с голым задом. Пусть расстреливая голодные демонстрации во время этой гонки. Но летали в космос! Опережали американцев! Ставили рекорды! Разве это не свидетельство технологической мощи СССР?
Нет, отвечу я, не свидетельство…
Глава 1
У Родины-мамы текли прокладки
Есть у русского человека давно и не мной подмеченная черта — склонность к рывкам, которая при СССР выражалась в советской штурмовщине и прямо вытекала из крестьянского быта, вынуждавшего затрачивать уйму усилий в короткий вегетативный период с последующей длительной зимней ленью. А еще одна наша черта — нетерпеливость, которая выражается в полной неспособности к сколь-нибудь длительной монотонной работе.
Советская плановая система с ее практически царской властью генсека и прочими чудачествами — то есть то, что у нас привыкли воспринимать как суть времени, на самом деле являлось формой. В которую отлилось очень древнее содержание. Это древнее содержание было просто покрашено новой, яркой красной краской, которая и застит многим основу.
Мы, русские, можем сделать прекрасный грузовик, который будет быстро пылить по пустыне от Парижа до Дакара и занимать призовые места. Но это пыль в глаза. Ибо если грузовик той же марки сойдет с нашего конвейера, вскоре у него непременно отвалится колесо. Или потечет прокладка. Или выйдет из строя амортизатор. Или случится еще что-нибудь. Для того чтобы работать методично и качественно, нам нужно перестать быть русскими, вот в чем парадокс.
Потому что работать методично русских не может заставить, кажется, ничто. Даже война. Известен случай, когда конструкторов знаменитой «Катюши», которые приехали на фронт посмотреть на работу их детища, солдаты едва не подняли на штыки — пришлось охрану выделять. Оказалось, многие снаряды взрывались не у немцев, а прямо на пусковых установках. Хотя на опытных единичных экземплярах такого рода казусов не случалось. Стали разбираться.
И выяснили, что заводчане гонят массовый брак — не выдерживают необходимой точности в обработке деталей, полагаясь на авось.
Наш Левша, проявляя чудеса изобретательности, может подковать английскую блоху. Но поставить эту блоху на поток — выше наших сил.
То же самое было и с покорением космоса. Единичные изделия. Пыль в глаза… Недаром люди, связанные с отраслью, говорили, что если бы те аппараты, которые с собачками и людьми запускал Советский Союз, были целиком сделаны из золота, они бы и то обходились дешевле. Ибо ручная работа. Штучный товар — как золотой поднос с рубиновыми буквами. Общий же уровень технологий (который и определяет развитость страны) в СССР был удручающе низким. Представьте себе: вот буквально только что прошла сталинская индустриализация, которой положено гордиться, ибо она обошлась в миллионы жизней и должна была ликвидировать отставание России, — и на тебе, уже через десяток лет мы вновь наблюдаем отставание от Запада, снова имеем удручающе низкий уровень технологий.
